«Если моего Портоса любят до сих пор, значит, я оставил добрый след». Актер Валентин Смирнитский — о 4 браках и магии ролей

Накануне 80-летнего юбилея журналист MSK1.RU поговорила с народным артистом России о том, как его спас голос, с кем встретит юбилей, как фильм «Три мушкетера» вмешался в его судьбу. «Дерусь, потому что дерусь!» До встречи со своим главным киногероем Портосом молодого актера уже давно полюбили зрители. И театральные, и те, кто посмотрел фильмы «Семь стариков и одна девушка», «Удар, еще удар!», «Щит и меч», «Адъютант его превосходительства». Чудом глаз режиссера Юнгвальда-Хилькевича рассмотрел в стройном Валентине Смирнитском любителя плотно закусить и от души выпить, гедониста Портоса. Но о том, что на Одесской киностудии будут снимать «Три мушкетера», киношное сообщество заговорило давно, и многие хотели попасть на проект. Поэтому играть с накладным животом актер согласился. И на долгие годы стал для советских, а потом и российских зрителей легендарным Портосом — любителем жизни и всех ее удовольствий. — Валентин Георгиевич, роль Портоса стала для вас даром или «проклятьем», ведь сколько лет прошло, а вас чаще всего ассоциируют именно с ней? — Никакого отрицательного отношения к роли Портоса у меня нет, тем более что я играл его в нескольких фильмах и он стал мне родным, можно и так сказать. (Помимо советского мюзикла «Три мушкетера» 1979 года, актер снялся в фильмах «Мушкетеры 20 лет спустя», «Тайна королевы Анны, или Мушкетеры 30 лет спустя» и «Возвращение мушкетеров, или Сокровища кардинала Мазарини». — Прим. ред.). А то, что до сих пор зрители узнают чаще всего как Портоса или просят «сфотографироваться с Портосом», — значит, ты оставил след, о котором им приятно вспоминать. Вот и хорошо. Я философски к этому отношусь. К тому же есть много актеров, которые, как и я, попали в магию своей роли. Например, Александр Демьяненко, с которым мы общались и снимались вместе, был для зрителей исключительно Шуриком. Или Михаил Боярский, он тоже для многих вечный Д'Артаньян. — Ваше мушкетерское братство продолжается в жизни? — С Боярским мы на съемочной площадке первыми познакомились, выпили как полагается — скрепили дружбу, и она продолжается все эти годы. Вообще, на съемках «Трех мушкетеров» была очень дружеская и веселая атмосфера — воспоминания только приятные. А с Боярским мы часто видимся, приезжаем в гости, остаемся близкими людьми. — Михаил Сергеевич приедет на юбилей? Где вы будете отмечать праздник? На даче в Испании? — Никаких торжеств не планирую и не хочу. На даче я уже не был несколько лет и не стремлюсь. Дело не в отношении к русским — среди обычных людей оно совершенно не изменилось. Просто стало очень сложно с перелетами, визами, да и тратить теперь нужно какие-то огромные деньги. Нет, отметим в Москве в приятном семейном кругу. Будут друзья, Михаил Сергеевич обязательно, жду его, готовлюсь. «Я просто поумнел» — Валентин Георгиевич, вы сегодня довольно активно снимаетесь в кино и сериалах, хотя надолго уходили за кадр — не было достойных проектов. Сейчас они появились? — К счастью, появляются потихоньку. С девяностыми, когда обрушился и театр, и кинематограф, не сравнить, конечно. Тогда приходилось хоть как-то выживать, к счастью, мне удалось продержаться и даже сохраниться в профессии. Фильмы, в которых я в те годы снялся, так и не вышли, картин пять. Где они, понятия не имею. Говорят, снимались на какие-то бандитские деньги. Спас меня голос, вернее, владение техникой дубляжа. Вот и переключился на дубляж и озвучивание — тогда зарубежные фильмы просто обрушились на нас лавиной, нужно было дублировать на русский язык, озвучивать мультяшки всевозможные — и диснеевские, и японские аниме. Платили не бог весть какие деньги, но тогда они сильно выручали. Правда, потерял на этом три единицы зрения — приходилось по много часов неотрывно смотреть в яркий монитор, установленный в темном зале. И сейчас мне тоже необходимо зарабатывать, поэтому я снимаюсь, жить-то надо. Вот сейчас снялся в нескольких проектах (сериалы «Высшая мера» и «День отца» готовятся к выходу в эфир. — Прим. ред.), пока перерыв, но уже зовут в новые проекты. — Как вы считаете, российский кинематограф сейчас по уровню мастерства приближается к советскому? Или лучше не сравнивать? — Прогресс, конечно, есть, особенно в технической части — компьютерные технологии позволяют делать то, о чем в советские времена и подумать было невозможно. Но к «золотому фонду» нашего кинематографа, на мой взгляд, пока еще не приблизились. Я не склонен идеализировать советские времена — были в них и унизительные вещи: дефицит, сложности с поездками по миру и так далее. Но были, безусловно, и замечательные явления — расцвет театра и кинематографа, такой советский ренессанс. Конечно, фильмы и на полку клали, но талантливых режиссеров, сценаристов, актеров, да людей любых творческих профессий, выросло немало. — Сейчас есть те, кто считает время СССР чуть ли не идеальным. Вы застали и оттепель, и застой, и развал. Есть у вас ностальгия по тем временам? — Ностальгия по молодости есть. А советское время было непростым и неоднозначным. Существовало и плохое, и хорошее. О чем-то я сожалею. Но нет полного принятия или резкого неприятия. Я человек не радикальный, любой радикализм мне чужд. — А после того как вы дважды сыграли Брежнева, отношение не изменилось? — Изменилось, но не к СССР, а к Леониду Ильичу. У нас его сейчас больше воспринимают как персонажа комического, героя анекдотов, человека с кустистыми бровями и плохой дикцией. А он был не такой. Сложный, умный и сильный. Стать во главе страны, устроить, по сути, заговор и переворот, другому было бы не по силам. Я не ожидал, что мне предложат такую роль в фильме «Петля Нестерова», но согласился — было интересно перевоплотиться в того, чье правление я застал и прекрасно помнил. Я прочел много исторических, документальных материалов о нем, чтобы сыграть не карикатуру, а именно человека. Видимо, получилось. Потому что через несколько лет мне снова предложили его сыграть в датской картине с длинным названием «Стооднолетний старик, который не заплатил и исчез». «Конечно, тянуло, монастырь-то женский» — Валентин Георгиевич, сейчас у вас уже четвертый брак и самый продолжительный — двадцать лет. Вас, наверное, можно считать экспертом в семейных отношениях. Что помогает оставаться вместе, сохранять семью? — Увы, рецептов нет, всё может зависеть от обстоятельств, даже незначительных. Всё очень индивидуально. Но, мне кажется, сначала обязательно должна возникнуть какая-то химия, влечение, но а потом она должна перерасти уже во взаимопонимание. Я бы даже сказал — взаимопроникновение. Не только общие интересы, общие цели, а желание слышать друг друга, помогать. — Вам, наверное, проще — ваша жена, Лидия Рябцева, была замдиректора Театра Луны, где вы работали. Общее дело, понимание профессиональной жизни друг друга. Это помогает? — Может быть, не знаю. В служебном романе, который стал «семейным», наверное, есть свои плюсы — мы точно понимаем все трудности наших профессий, нам проще мириться с их неудобствами. Но дело всё равно в людях. К счастью, актерская профессия с возрастом вырабатывает в тебе очень четкое чутье на людей. Ты интуитивно начинаешь их понимать. И, надеюсь, реже ошибаешься. — А ошибок было много? — Да, я считаю, что много. Я чувствую груз прожитых лет, груз ошибок. Очень стараюсь сейчас эти ошибки не совершать. — Есть ли роль, которую вы бы пожелали себе в подарок на юбилей? — Нет, уже нет. Я сыграл так много в театре и кино, что каких-то нереализованных амбиций не осталось. Я уже в том возрасте, когда желают не ролей, а другие подарки. Например, здоровье. Вот его себе и пожелаю! Успехи и трагедии Валентин Смирнитский родился 10 июня 1944 года в Москве. Окончил театральное училище имени Щукина. Служил в «Ленкоме», Театре на Малой Бронной, Театре Луны, где сыграл десятки ролей в классических и современных пьесах. Сейчас играет в антрепризных постановках. Карьера в кинематографе началась с эпизода в картине «Я шагаю по Москве» и развивалась стремительно — каждый год участие в картинах, становившихся любимыми у зрителей. Личная жизнь актера тоже бурлила. Его первой женой стала однокурсница, но брак продлился всего год. Затем на одной из шумных вечеринок, которые он любил и не пропускал, актер познакомился с переводчицей Ириной Ковалевой. Пара поженилась, у них родился сын Иван. Но на образ жизни это не повлияло — любимец зрителей всё так же проводил время в компаниях, выпивал. Семья распалась. Третьей женой актера стала искусствовед Елена Шатурина. Но случилась беда с сыном — в 16 лет он попал в зависимость от наркотиков. Отец лечил его в российских и зарубежных клиниках, спасал как мог. Что не помогло его семейным отношениям, и пара развелась. К несчастью, сын Иван погиб от передозировки в 27 лет. В это время актер был на гастролях в США, так что не успел прилететь на похороны. Груз трагедии Валентин Смирнитский ощущает до сих пор. Но теперь он не один — 20 лет женат на Лидии Рябцевой, работавшей заместителем директора в Театре Луны. В ней он нашел понимание и поддержку. Живет активной творческой жизнью — снимается в кино и сериалах. Ранее мы также рассказывали, как живет телеведущая и главная сваха страны Роза Сябитова, которая отказалась от квартиры в Москве и коттеджа на Рублевке.