Кореец переехал в Россию ради любви

Джастин Сонг — уроженец Сеула (столицы Южной Кореи), гражданин Канады, а сейчас — житель Тольятти. Он объехал полмира, работал в крупных корейских, американских, канадских, японских корпорациях, например в Samsung, LG, Xerox, а потом переехал в автомобильную столицу России — потому что здесь родилась и живет его супруга Наташа. Корреспонденту TOLYATTY.ru супруги Сонг рассказали, как строился этот межкультурный союз и с какими вызовами сталкивается иностранец в России. Влюбиться через онлайн-курсы английского, переехать в Южную Корею, чтобы потом всё-таки вернуться в небольшой российский город, — такова непростая траектория семьи Джастина и Натальи Сонг. Мы встретились в тольяттинском кафе и разговаривали то на русском, то на английском. По признанию супругов, дома они общаются исключительно на английском: русский Джастина пока довольно скромный, как и корейский Натальи. — Я поступила на курсы и удаленно учила английский, а Джастин был одним из носителей языка по ту сторону экрана. Однажды нас объединили в одну группу, а Джастина поставили моим наставником. Мой английский на тот момент был практически нулевым, но — в том числе и с его помощью — я вскоре поднаторела, и мы начали общаться всё чаще, сближаться, а потом перешли в личную переписку, чувствуя, как нас сильно влечет друг к другу, — вспоминает Наталья. Джастин рассказывал Наташе о своей жизни, которая до встречи с тольяттинкой была богата на события и путешествия. — Джастин родился в Южной Корее, но является гражданином Канады. В 1999 году он уехал туда один, устроился на работу и получил гражданство. Затем перебрался в США, в Нью-Йорк. Позже вернулся в Корею по приглашению Samsung, но вскоре снова уехал в Штаты, а затем опять возвратился в Корею. После были снова Канада и снова США — так он курсировал между континентами. В 2010 году он окончательно вернулся в Корею и остался там, — рассказывает Наташа. Наташа и Джастин решили встретиться. Первое свидание случилось в 2018 году — Наташа прилетела в гости к своему собеседнику в Южную Корею. — Мы оба были одиноки, за плечами у каждого остались брак и дети, оба были готовы к новым отношениям. Очень другу другу понравились, а потом решили пожениться, — вспоминает Наташа. Свадьбу пара сыграла в России — зарегистрировать брак в Южной Корее оказалось невозможным. Джастин пояснил, что они с Наташей не могли этого сделать, поскольку оба являются иностранцами: он — гражданин Канады, она — гражданка России. При получении канадского паспорта ему пришлось отказаться от корейского гражданства, так как Корея не признаёт двойное. По его словам, вернуть корейский паспорт он сможет не раньше 65 лет. Церемония прошла в одном из загсов Самары. Как рассказала Наташа, регистрация брака с иностранцем в Самарской области возможна только в областном центре и непременно в присутствии переводчика. Само торжество организовали в ресторане на самарской набережной. Вскоре после свадьбы пара вернулась в Южную Корею. — Изначально мы планировали обосноваться в Канаде: перевезти маму в Корею нельзя — здесь очень жесткая миграционная политика. Оставить же ее одну в Тольятти тоже невозможно — у нее, кроме меня, никого нет. Получалось, что Канада — единственный разумный компромисс. Но тут грянула пандемия, и мы «застряли» в Корее, — призналась Наташа. Как только представилась возможность, супруги вновь перебрались в Тольятти — опять же ради мамы Наташи. В автограде они поселились в Автозаводском районе и налаживали быт с нуля, привыкая к рабочим графикам друг друга. — Джастин работает удаленно, я каждый день хожу на работу (Наталья работает бухгалтером. — Прим. ред.). Из-за разных графиков нам пришлось приспосабливаться друг к другу, — поясняет Наташа. Корейцу пришлось осваивать и местные продукты, и русскую кулинарию. Впрочем, Джастин быстро стал главным по кухне — по словам Наташи, готовит он практически всегда и предпочитает интернациональные блюда. — В нашем меню — вьетнамская пунча, итальянская паста, буррито и, конечно, корейское кимчи, которое муж готовит сам. Специи для него мы привозим из Кореи: ему не хватает остроты. На его родине острая еда не только возбуждает аппетит, но и спасает от стресса — примерно как для многих русских сладкое. Что касается нашей кухни, Джастин больше всего любит блины и шашлык. Еще он в восторге от наших молочных продуктов, особенно йогуртов. Мясо, кстати, вкусное и здесь, и в Корее, главное — уметь выбирать. Продукты мы покупаем в обычных супермаркетах, и мужа там уже узнают, здороваются, — смеется Наташа. Она добавляет, что для корейцев еда занимает огромную — пожалуй, центральную — часть жизни. — Первое, что спрашивают корейцы при встрече: «Пап мо-го-ссо-йо?», что означает: «Ты поел?» Для них это аналог нашего «как дела». Традиция идет еще с 1950-х годов, когда после войны люди голодали. Смысл простой: если ты поел — значит, ты жив и здоров, — объясняет Наташа. Супруги испытали настоящий шок, когда увидели цены в тольяттинских магазинах. По их словам, стоимость продуктовой корзины в автограде и в Сеуле практически одинаковая — при том, что доходы населения несопоставимы. — Цены почти как в Корее… Если сравнить с нашей зарплатой, мы просто в шоке: как люди вообще здесь выживают? В Корее минимальная зарплата — 120 000 рублей в пересчете на наши деньги, и это самый минимум. А у нас МРОТ — 27 000 рублей. Мы постоянно недоумеваем: «Господи, как же люди живут?» — поделились Наташа и Джастин. Еще один момент, к которому корейцу оказалось трудно привыкнуть в России, — отсутствие культуры раздельного сбора мусора. В Корее действует жесткая система: пищевые отходы отправляют в специальные пакеты, а пластик, бумагу и стекло собирают отдельно. — Южная Корея — страна очень маленькая, места для мусора попросту нет, поэтому люди давно приучились сортировать отходы и отказались от пластиковых пакетов — корейцы ходят по магазинам с авоськами. Но Джастину пока неловко ходить с авоськой в тольяттинские магазины — люди косятся, — призналась Наташа. При этом сам Тольятти, по мнению корейца, вполне удобен для жизни — особенно в бытовом плане и для отдыха после работы. — Здесь красивая природа, много магазинов, широкие дороги, замечательная набережная, где мы очень любим гулять. Но городу явно не хватает креативности и современных общественных пространств. Думаю, нужно чаще привлекать молодежь, давать ей возможность самовыражаться и создавать что-то новое. Было бы здорово, если бы больше молодых людей оставались здесь после школы — насколько я знаю, многие из Тольятти уезжают. А ведь город преобразится, если они останутся, — считает наш собеседник. Еще один момент, к которому пришлось привыкать корейцу, — местный климат. Промозглые периоды межсезонья, мороз и ветер зимой, а летом — палящее солнце. По словам Наташи, когда солнце становится активным, ее супруг не выходит из дома без внушительного слоя солнцезащитного крема с SPF 50 — это самый высокий уровень защиты. — В Корее все ходят с зонтиками от солнца, носят специальные нарукавники, а в период самого активного солнца стараются оставаться дома. Корейцы вообще очень трепетно относятся к молодости и красоте, очень многие делают второе веко. Правительство даже хочет включить пересадку волос в медицинскую страховку, то есть готово оплачивать процедуру — всё из-за того, что у молодежи начались проблемы с волосами: они стали рано выпадать, — делится Джастин. Наташа добавляет, что, несмотря на культ красоты, который стал чуть ли не национальной традицией, ее супруг — противник агрессивной косметологии. — К накачанным губам и ботоксным лицам он относится прохладно — говорит, что в Корее это не в почете, считается дурным вкусом. Что касается моего ухода за собой, он советует не лезть в естественные процессы и обходиться легким уходом. Но в целом мой Джастин — мужчина-мечта. Добрый, заботливый, аккуратный, а главное — никогда не разбрасывает по дому свои носки, — смеется Наташа.