С момента исчезновения в Уфе школьника Дамира Адигамова прошел год

Ровно год назад, 30 марта 2024-го, в Уфе начались поиски двух школьников, которые ушли на прогулку в лес и не вернулись. Несмотря на размах поисков, результат был плачевным: тело 13-летнего Павла нашли на берегу Белой в мае, а Дамир всё еще остается пропавшим без вести. UFA1.RU вспоминает те события, как шли поиски, как сплотились уфимцы и во что верили родители мальчиков. Как дети оказались в лесу? 13-летний Павел и 14-летний Дамир подружились еще во время учебы в лицее № 6. Позже Дамир перевелся в школу № 88 в кадетский класс, но общаться ребята не перестали. Связывали их спортивные увлечения. Как рассказала мама Дамира Гузель Адигамова, ребята были как братья и вместе занимались комбинированным туризмом, ориентированием и скалолазанием, любовь к этому привил их тренер. 30 марта, в субботу, ребята пришли домой после соревнований по скалолазанию, где заняли призовые места, и отпросились погулять. Они планировали провести небольшой пикник, родителям сказали, что пойдут в лесополосу недалеко от улицы Шафиева — около детского лагеря «Чайка». Как рассказывала родственница одного из мальчиков, местность эта им была знакома, так как ранее они ходили туда с родителями. Там есть пешеходные дорожки, освещение и всегда можно встретить людей на прогулке. Адигамова отметила в беседе с UFA1.RU, что с сыном у нее полное взаимопонимание и, несмотря на школьный возраст, Дамир ответственный. «Он прежде всего думает о моем здоровье и моем самочувствии. Потому что прекрасно понимает, сколько я в них вкладываю. Это не пустые слова, он действительно такой — „маленький мужичок“. Серьезный, ответственный, добросовестный, честный», — рассказывала Гузель Адигамова UFA1.RU. Поэтому вопрос о прогулке долго не обсуждался и детей отпустили одних, к тому же родители также должны были прийти туда чуть позже. Но всё вышло иначе. Примерно в 16:00 мальчики перестали выходить на связь. Начало поисков и первый результат Поняв, что до детей не дозвониться, родители сразу отправились к лагерю. После безуспешной попытки найти их они обратились в полицию и в поисковый отряд «Башрегионспас», те в свою очередь объявили набор добровольцев для выхода в лес. Начались поиски. Погода в конце марта была прохладной, на Белой еще стоял лед, а в лесополосе лежал толстый слой снега. Несмотря на это, в первый же день откликнулось много уфимцев. Быстро наступил вечер, но работы по поиску не прекращались до самого утра. Волонтеры сообщали, что закрыли большую территорию, но детей и их следов нигде нет. Искали и спасатели МЧС Башкирии и Управления гражданской защиты Уфы, а также сотрудники МВД. Подключились волонтеры «ЛизаАлерт». Продолжились поиски и утром 31 марта, и наконец появилась первая зацепка. На улице Шестая Пристань, которая расположена на берегу реки Белой, примерно в двух километрах от лагеря «Чайка» были обнаружены рюкзаки Павла и Дамира. Родители позже рассказали, что в найденных рюкзаках на месте были все вещи ребят, которыми те сильно дорожили и не могли просто так оставить. Не было только телефонов. «У Дамира карточки были в телефоне, оплачивал через него, — сообщила Гузель Адигамова. — А у Павла карточка осталась в рюкзаке. Их вещи — это их клад. Это то, на что они копили, покупали на эти скопленные деньги вещи. Их, так скажем, хозяйство. Я думаю, так просто ребята рюкзаки не оставили бы. Для них это очень дорогие вещи». К этому моменту масштаб поисков расширился. В спортзале школы № 40 развернули поисковый штаб, где работали волонтеры, приходили добровольцы, чтобы записаться на поиск, отдыхали те, кто приходил с маршрута. Так как рюкзаки нашли недалеко от берега Белой, появилась страшная версия: ребята могли выйти на лед и утонуть. В дело вступили водолазы УГЗ, которые в первый же день обследовали 6 тысяч квадратных метров акватории реки. Поисковики прочесывали лесной массив, спасатели обследовали береговую линию на аэролодке, осматривали все промоины и выходы на лед. Детей нигде не было. Что могло случиться? 31 марта Следственный комитет Башкирии возбудил уголовное дело об убийстве. Это стандартная практика в таких случаях, которая дает следователям больше полномочий при проведениях поисковых мероприятий, то есть никто еще не верил, что ребята погибли. Дело взял на личный контроль даже глава СК Башкирии Владимир Архангельский. Руководитель следкома России Александр Бастрыкин также заинтересовался поисками и запросил доклад. Версии пропажи школьников были неутешительными. Одна из главных, как уже было сказано, — утопление. Однако учитель Павла по лыжному спорту отмечал, что мальчик знал технику безопасности на реках и водоемах, а также про риски нахождения на льду. Вторая версия — они где-то в городе, а вещи либо оставили, либо забыли. Это говорило бы о том, что они могли сбежать. Против данной версии говорило то, что такое поведение не в привычке ребят и в семье всё было нормально. Родственники отмечали, что ребята послушные и конфликтов в семьях не было. «У нас с сыном ссор не было. Потому что я их поднимаю одна, двух детей [Дамира и его сестру]. Они прекрасно знают цену деньгам. У нас полное доверие с детьми. Если где-то нашкодят, то обязательно придут и расскажут. Об этом я всегда узнаю первая. Секретов не было», — говорила Гузель Адигамова. Учительница Дамира также подтверждала доверительные отношения между ребенком и его мамой. «Если он во время уроков плохо себя чувствует, мы с мамой сначала созванивались, сообщали, что приболел. Только с согласия мамы отпускали с уроков. Без причины никогда не прогуливал», — сообщила она. Поисковики, конечно, не зацикливались на одной версии и прорабатывали все варианты, поиски шли и в воде, и в лесу, и в городе. «Нужно понимать, что это может быть и другая природная или городская среда. Пока поиск не закончится, нельзя со 100%-й уверенностью сказать, что случилось. Мы не можем упереться в одну версию, на ней зациклиться и работать только по ней. Есть много вариантов, и они прорабатываются», — объяснял волонтер «ЛизаАлерт». Сапог во льдах Поиски продолжились с удвоенной силой. В Уфу 2 апреля помогать местным прибыли опытные поисковики «ЛизаАлерт» из столицы и соседних регионов: Москвы, Московской области, Калуги, Челябинска, Магнитогорска, Миасса, Усть-Катава, Перми, Новосибирска и Самары. Уфимцы, узнав о большой беде, ежедневно приходили в штаб волонтеров и записывались на маршруты. Некоторые приносили провизию для участников поисков. «Люди идут, активно помогают. Каждый день в поисках участвует около 200 человек. По вчерашнему дню (2 апреля) 195 человек было задействовано. Проблемы были с продуктами, но продукты приносят. Это на самом деле очень трогательно. Потому что приходит какая-нибудь женщина, говорит: „Ребята, я не могу помочь, но вот два мешка с продуктами, возьмите“», — рассказывал волонтер Юрий. Помогали люди и информацией. Например, сообщали о шахтах, штольнях и пещерах, о которых знали только местные. Их оперативно осматривали поисковики. На тот момент лесной массив на данном участке осмотрели на 70–80% по каждому берегу Белой. 2 апреля спасатели обнаружили во льдах русла реки Белой сапог. Он находился в 500 метрах от того места, где ранее нашли рюкзаки. Сразу же появились предположения, что он мог принадлежать одному из ребят. Мама Павла рассказала, что он похож на тот, в котором он ушел. «Мы сами не знаем. Сапог похож на обувь детей, но действительно ли это их сапог, нельзя сказать. Даже если сапог принадлежит одному из детей, это ни о чем не говорит. Мы, когда узнали о находке, прибежали, нам сказали, что это еще ничего не значит», — сообщила Екатерина. «Не дай Бог такого никому» Дни шли один за другим, поиски превратились в рутину. Добровольцы предоставляли и технику, к примеру квадракоптеры и автомобили повышенной проходимости. Территория поисков расширялась и продлевалось дальше по течению, осматривали лесной массив, особое внимание уделяли ямам, оврагам, природным ловушкам. Проверили остров Сафроновский. По течению реки установили наблюдательные пункты. Продолжилась работа в городе, где расклеивали ориентировки. 5 апреля начался паводок, поэтому водолазы приостановили погружения, однако по реке продолжили осмотр на воздушной лодке. 6 апреля штаб посетил Радий Хабиров вместе с главой Госкомитета Башкирии по ЧС Кириллом Первовым. «Мы решили, что поиски сворачивать не будем, будем искать до последнего. Понятно, что сейчас сложные условия, связанные с ледоходом. Но тем не менее ребята работают, — сказал Радий Хабиров. — Родителям — сил и мужества. Трудно представить, что они чувствуют. Не дай Бог такого никому. Мы всегда рядом с ними. И будем искать». Волонтеры попросили Хабирова предоставить им новое помещение, так как из-за того, что они заняли спортзал школы, там нельзя было проводить уроки физкультуры. Кроме того, на тот момент уже снизился поток желающих пойти на поиски. Волонтеры сообщали, что в первые дни приходили 150–200 человек, но с каждым днем их становилось меньше. Несмотря на это, поиски дошли до Благовещенска в 50 километрах от места пропажи. 8 апреля волонтеры подвели промежуточные итоги. На тот момент в поисках приняли участие 240 добровольцев «ЛизыАлерт», как местных, так и приезжих. Также на поиски пришло около 1,5 тысячи уфимцев. Совместными усилиями они преодолели 4 тысячи километров и закрыли 382 квадратных километра территории. На десятый день поисков штаб волонтеров переехал в другое здание на улице Шафиева. Людей становилось всё меньше, но волонтеры продолжали работать и выходить на маршруты, просили помощи и звали добровольцев. Спасатели непрерывно осматривали реку. Мальчиков всё еще нигде не было. «Мы же родители, мы всё понимаем» Так прошел почти месяц, волонтеры и спасатели отчитывались о проделанной работе, но ни следов, ни тем более самих мальчиков найти не удавалось. Родители пропавших школьников рассказали, что тот месяц дался им очень тяжело, они сами участвовали в поисках и, конечно, верили, что всё может хорошо закончится. «Говорили, что сейчас век равнодушия, что люди живут по принципу „моя хата с краю“. Но такой отклик доказал, что это не так. Очень много отзывчивых сердец, которые приходят и помогают, и их хата не с краю. Кто чем может помогает», — говорит мама Дамира Гузель Адигамова. Во время встречи с UFA1.RU 24 апреля папа Павла сказал, что они всё понимают, но, пока не будет доказательств, не смогут поверить. «Мы же родители, мы всё понимаем, — говорил Сергей Паличев. — Мы на всё готовы и все варианты рассматриваем. Но тем не менее пока физически ничего нет, даже вещей. Это всё странно. Если бы это была вода, что-то бы нашли, шапки там. Сейчас никто не знает, что на самом деле произошло, но надеемся до последнего, что они живы». Как нашли Пашу К началу мая волонтеры перешли на мобильные поиски, добровольцы собирались в субботу и воскресенье и шли на маршруты. Каждый раз они звали людей, собиралось по несколько десятков человек. 26 мая на берегу реки Белой в районе Парка Победы нашли тело мальчика. Установить личность удалось только на следующий день, когда мама Павла опознала в нем своего сына. По этому поводу высказался координатор штаба «ЛизаАлерт» в Уфе Николай Сынковский: «Тяжело. Это было достаточно серьезным ударом. Мы всегда до последнего ищем живых людей. Когда вот эта новость пришла… В любом случае мы опираемся только на факты. Пока Следственный комитет не сказал, мы продолжали верить», — поделился Николай Сынковский. Поговорить с родителями Павла тогда не вышло. Убитые горем, они отказались от общения со СМИ. Молчание они хранят и по сей день. Но тогда мы пообщались с Гузель Адигамовой. — Паша — лучший друг моего сына, они как братья были. Его смерть и боль Кати (мама Павла. — Прим. ред.) — это и моя боль. Мы столько времени вместе искали наших мальчиков, и узнать, что твой сын мертв… Это самое страшное в этой жизни, — сказала она в разговоре с UFA1.RU. Павла похоронили в Уфе: 29 мая в Свято-Сергиевском соборе прошла церемония прощания. «Помогите найти сына!» В октябре уфимские следователи сообщили, что, скорее, склоняются к версии, что Дамир также утонул. «Основная версия — это утопление в результате их похода к реке. Возможно, он мог попасть в заводь, зацепиться за корягу на дне. Есть такая вероятность. Что-то всё равно будет найдено, например клочок одежды, даже через год-два и более. Пока реку лед не стянет, будем искать. И в следующем году поиски также будут продолжены, в случае если в этом они не приведут к результату», — сообщил Иван Костырев. Несмотря на это, поиски за прошедший год не прекратились, но, конечно, масштаб уже другой. В управлении гражданской защиты и в «ЛизеАлерт» сообщили, что работы продолжаются. «Активные поисковые мероприятия на данный момент по этому поиску не проводятся: мы не имеем возможности и инструментов продолжать искать на воде, — сообщили в уфимском штабе „ЛизыАлерт“. — Но информационный поиск Дамира не прерывался. Пока человек не найден, поиск продолжается, идет сбор возможных свидетельств, работает горячая линия „ЛизыАлерт“. При поступлении какой-то информации мы ее обязательно отрабатываем и проверяем». Управление гражданской защиты имеет возможность и инструменты для продолжения поиска и делает это. Однако в этом году половодье пришло раньше, и на данный момент водолазные работы приостановлены. «Сейчас в Уфе период половодья, поэтому водолазные работы не проводятся, так как это запрещено. Возобновление поисков планируется с наступлением благоприятных условий для водолазов», — сообщили в УГЗ. Такое положение дел, конечно, не утешает родных Дамира, которого нет уже целый год. Во время поездки в Емметово, куда приехали участники шоу на ТНТ «Экстрасенсы. Битва сильнейших» (16+), мы встретили Гузель Адигамову. Она хотела встретиться с одним из трех приехавших экстрасенсов, чтобы попросить о помощи. Дождалась она только Артема Краснова, который завершил испытание и шел к автомобилю. «Помогите мне, сын пропал, его нет уже ровно год. Как мне к вам в Москву попасть? Просто посмотрите, может быть, что-то скажете», — говорила Адигамова. Но организаторы оперативно усадили Краснова в микроавтобус, и тот быстро тронулся и уехал. Остальных Адигамова дожидаться не стала и ушла. «Других экстрасенсов ждать не буду, никакого толку, они так же развернутся и уедут», — сказала она нам. — У Дамира отец умер от переживаний. [По поиску] ничего не происходит, ничего нет уже целый год». Мы предложили Гузель подробнее рассказать о том, что она пережила за этот год, как ей можно помочь и есть ли еще надежда на то, чтобы найти Дамира. Но та объяснила, что устала от разговоров.