«Памятнику из бронзы — быть»: Радий Хабиров объявил окончательное решение по скульптуре Салавата Юлаева

Памятник Салавату Юлаеву отольют из бронзы. Глава республики Радий Хабиров поставил точку в общественных дискуссиях о реконструкции скульптуры народному герою. Об этом стало известно в ходе оперативного совещания в правительстве республики.

Накануне UFA1.RU побывал на дискуссии, предшествующей этому решению. Подробнее о том, в каком состоянии находится металл памятника и какие еще вопросы волновали общественников, — в материале.

Заседание наблюдательного совета по реконструкции памятника Салавату Юлаеву прошло 29 мая. В обсуждении участвовали реставраторы, архитекторы, представители общественных организаций, чиновники, эксперты и блогеры. Главной темой стало оглашение результатов многочисленных экспертиз по состоянию чугуна, из которого был сделан памятник.

В начале мая специалисты провели экскурсию и показали наглядно состояние памятника. Тогда и началось активное обсуждение его дальнейшей судьбы: возможно ли сохранить оригинал на прежнем месте или его придется музеефицировать, а на холм вернуть уже бронзовую копию.

На заседании представили реставраторов и экспертов, которые работают над проектом. Памятник восстанавливают под эгидой Российской академии художеств. В том числе участвует и Василий Церетели — внук знаменитого скульптора.

— Для нас это один из важнейших объектов культуры. Мы делаем всё, чтобы сохранить памятник и передать его будущим поколениям, — подчеркнул Василий Церетели.

Он также напомнил, что завод, на котором изначально создавался памятник, находится в ведении Российской академии художеств.

— Получается, что и история, и специалисты, и сама работа над памятником сегодня снова объединяются в одном круге. Это важно для сохранения такого объекта, — добавил Церетели.

Начальник Башкультнаследия Салават Кулбахтин отметил, что все этапы работы идут открыто и находятся под контролем. Он сообщил, что результаты экспертизы получили 25 мая.

Директор департамента реставрации Фонда Академии художеств Анна Пышта подробно рассказала об итогах исследований металла, которые провели в Центральном научно-исследовательском институте сплавов и металлов имени Мельникова.

По ее словам, специалисты отобрали 4 образца чугуна из разных частей скульптуры. Все участки выбирали так, чтобы следы на памятнике после исследований были незаметны.

— Мы ждали это лабораторное заключение достаточно долго. Мы знали, что в процессе исследований образцы могут разрушиться. Достаточно посмотреть на скульптуру, чтобы увидеть, как ее рвало, когда она стояла на постаменте. Провели химический анализ образцов, а также испытания на сжатие, определение твердости, графические исследования микроструктуры, микрорентгеноспектральный анализ покрытия и многие другие, — рассказала эксперт.

Отдельно остановились на оглашении результатов химического анализа. По словам Анны Пышты, в чугуне обнаружили слишком большое количество шлаков, а также отклонения по содержанию марганца.

— При нашей марке чугуна этот показатель должен колебаться от 1,4 до 2,4. Мы видим колебания от 2,47 до 5,45. Это означает значительное содержание шлаков даже в тех образцах, которые мы специально брали из наиболее плотных участков, — пояснила она.

Отдельно эксперт рассказала об исследовании твердости металла.

— По фрагментам колебания происходят от 97 до 200. При этом 97 — слишком мало для чугуна, а 200 — чересчур много. Это не говорит о том, что материал «хороший» или «плохой». Дело в том, что он очень сильно неоднороден для такой массы и конструкции. В одних местах это вызывает разрушение, в других — чрезмерное напряжение. Он разрушает сам себя, — пояснила Анна Пышта.

Специалист показала полости и внутреннюю коррозию в микроструктуре металла. Она объяснила, что ржавчина уже пробралась непосредственно внутрь материала, который теперь «буквально заполнен лакунами».

Подводя итог, эксперт подчеркнула, что все результаты исследований могут быть предоставлены по официальному запросу.

В завершение член наблюдательного совета Данир Гайнуллин отметил важность открытости материалов и выразил пожелание опубликовать экспертное заключение в открытом доступе на сайте Башкультнаследия, чтобы с результатами исследований мог ознакомиться каждый желающий.

Еще один вывод экспертов: памятник никогда не был бронзирован, несмотря на многолетние разговоры об этом. Специалисты убедились, что он сложен из чугуна с очень разной структурой и пластичностью.

— Химические элементы, входящие в состав порошка, в отложении на поверхности фрагментов бронзы и меди не обнаружены. Лаборатория, проведя анализы, совершенно ответственно сообщает нам, что чугун не был бронзирован. Бронза была только в замыслах автора, она присутствует только в исторических документах. Данная скульптура из чугуна не подвергалась такой обработке, — заверили эксперты.

После оглашения результатов экспертизы участники заседания вновь вернулись к главному вопросу: что делать дальше? Академик Российской академии художеств Александр Мирианашвили заявил, что памятник можно отреставрировать, но прогнозировать результаты — нет.

— Композиция, конечно, может быть отреставрирована. Но никто не даст гарантий, что через 5–10 лет не придется опять что-то делать. Поэтому есть идея перенести скульптуру в закрытое помещение, чтобы не было климатических воздействий и ветровой нагрузки, которая сильно влияет на структуру. На место, где стоял памятник, поставить копию из бронзы. То есть воссоздать скульптурную композицию из того материала, который и был задуман автором и как ему было поручено, — предложил Александр Мирианашвили.

Он напомнил, что осуществить задумку автора и сделать памятник из бронзы не удалось из-за постановления правительства: в 60-е годы было запрещено без специального разрешения делать скульптуры из бронзы и меди из-за того, что это был стратегический материал для развития технологий, первого полета в космос и гонки вооружений.

Вице-президент Российской академии художеств Манана Попова также поддержала идею о том, что сохранить оригинал необходимо любой ценой.

— Это великолепная, прекрасная скульптура. Когда видишь ее вблизи, понимаешь, что терять работу автора нельзя. Лучше вовремя снять формы, сделать копию, а оригинал сохранить, — сказала она.

Специалисты также рассказали, что внутри памятника уже идет сложная работа по реставрации. Руководитель реставрационной группы, который ежедневно работает в цеху, Андрей Кудрявцев заявил, что часть элементов фактически придется создавать заново, а состояние металла действительно оказалось тяжелее, чем ожидали многие.

— Если мы сейчас будем воссоздавать памятник и оставлять его в чугуне, нам всё равно придется создавать новые элементы. Есть детали, которые уже просто не могут нести нагрузку. Я всем показывал, что у нас происходит с головой коня, что происходит с хвостом. Некоторые элементы уже развалились на части. И вопрос сейчас стоит не в косметической реставрации, а фактически в серьезном восстановлении конструкции, — заявил Кудрявцев. — Мы максимально убрали коррозию внутри памятника, заменили крепежи, сейчас начинаем подготовку к сварочным работам. Но есть проблема: металл очень разнородный. И не всегда получается добиться того результата, который нужен. Допустим, чтобы заварить чугун, его нужно нагреть примерно до 350 градусов. Да, технологии ушли вперед, но в случае с чугуном чудес не бывает. Работа будет тяжелая и очень сложная.

Руководитель реставрационной группы также поддержал идею сохранения чугунного памятника как музейного объекта.

— Хочется сохранить руку художника и сам памятник спрятать под условный колпак. Тогда мы сможем сохранить максимум оригинального металла. А на холме уже установить копию, которая не будет разрушаться так быстро, — пояснил он.

Позже глава республики на оперативном совещании также отметил, что памятник из чугуна будет отреставрирован и установлен в другом месте. Он обозначил, что скульптуру, исходя из озвученных на обсуждении пожеланий, поместят под стеклянный купол для обзора всем желающим.

После разъяснений специалистов директор Научно-производственного центра по охране объектов культурного наследия Башкирии Данир Гайнуллин рассказал об архивных документах, которые позволяют разобраться, в какой момент памятник из бронзового стал чугунным.

По его словам, удалось найти данные, подтверждающие, что изначально памятник планировали отливать именно в бронзе. В переписке скульптора Сосланбека Тавасиева, письмах Министерства культуры СССР и сметах речь шла только о бронзовом варианте. Более того, в 1962 году для памятника даже выделили 26 тонн бронзы.

— Нам очень важен был момент, когда же вот эта бронза перешла в чугун? И мы долго искали в архивах этот ответ. Мы нашли интересные документы. Например, письмо от 24 мая 1961 года, где сообщалось о скором завершении авторской работы и необходимости направить скульптуру на бронзовое литье. Есть и другие документы: в июле 1962 года подтверждалась целесообразность перевода гипсовой модели в бронзу. А уже 4 августа 1962 года Министерство культуры СССР сообщало, что выделяет 26 тонн бронзы для отливки памятника, а ленинградский завод готов принять заказ. Республику просили выделить 65 тысяч рублей на работы по отливке конной статуи. 27 ноября 1962 года была утверждена смета, где снова фигурировал перевод гипсовой модели памятника в бронзу, — рассказал он. — Однако судьбу памятника решило другое. В приказе № 184 от 12 июля 1961 года, который ссылался на постановление Совета министров СССР 1960 года «О дополнительных мерах по экономии меди, никеля и других цветных металлов», фактически запрещалось использование бронзы без специального разрешения. Предприятиям художественного фонда предписывали переходить на чугун. И вот это был тот самый переходный момент, который мы искали.

По словам Гайнуллина, 11 декабря 1962 года ленинградский завод направил в Министерство культуры письмо о возможности литья памятника уже из чугуна. А 1 февраля 1963 года министерство ответило, что если перевести скульптуру в бронзу действительно невозможно, то ведомство «не возражает» против изготовления памятника из чугуна.

— По сути именно тогда и дали добро на перевод памятника в другой металл. При этом до последнего момента речь шла именно о бронзе. Более того, в паспорте объекта культурного наследия от 15 апреля 1974 года материал памятника всё еще был указан как бронза. И только спустя 15 лет в обновленном паспорте появилась формулировка «бронзированный чугун», — пояснил Данир Гайнуллин.

Участники встречи поговорили не только о состоянии памятника, но и о восстановлении так называемой исторической справедливости. В их числе — член Общественной палаты республики, председатель регионального отделения Российского военно-исторического общества Рамиль Рахимов.

— Мы выполним замысел, утвержденный и правительством Башкирской АССР, и самим скульптором, и всеми художественными комиссиями. То есть мы делаем так, как было задумано в авторском варианте, — сказал он.

Рахимов подчеркнул, что памятник давно стал не просто скульптурой, а одним из главных символов республики.

— Образ Салавата Юлаева — это образ, который находится на гербе республики и олицетворяет Башкортостан. Он должен оставаться на века, — отметил общественник.

Главное беспокойство общественников вызвал вопрос финансирования. Они высказали опасения, что денег может не хватить и работы приостановят. Однако начальник Башкультнаследия заявил, что этот вопрос сейчас «не вызывает опасений».

По его словам, объект находится на балансе администрации Уфы, а средства на реставрацию были предусмотрены заранее. При этом все проектные решения и сметы проходят не региональную, а федеральную государственную экспертизу.

— Главгосэкспертиза без финансового подтверждения проект даже не берет на рассмотрение. Поэтому здесь опасения излишни. Ответственность все понимают. Тем более что здесь не стоит вопрос о том, что какой-то из вариантов (бронза или чугун) будет дороже, по стоимости выйдет любой из этих вариантов примерно одинаково. Тем более что все сметы проходят государственную экспертизу, — отметил он.

Отдельно общественников интересовало, успеют ли завершить работы в срок. Памятник планируют вернуть на постамент ориентировочно в апреле 2027 года, но открыть его для посещения планируют по графику — в октябре 2027 года.

Прозвучал вопрос о возможности создания музея буквально под памятником. Однако специалисты отметили, что такой вариант крайне сложен с технической точки зрения из-за особенностей грунта и рельефа территории. По их словам, в районе памятника фиксируются оползневые процессы, а также сложные грунтовые условия, что делает любое масштабное строительство рискованным.

При этом отметили, что все предложения и решения о возможной музеефикации памятника рядом с его уже бывшим нахождением будут приниматься отдельно — с учетом экспертиз, безопасности и общественного обсуждения.

Эксперты подчеркнули: чтобы получить модель для формы новой скульптуры, чугунные части не будут транспортироваться. Все замеры и моделирование проведут в Уфе — в цехе, где сейчас и находится скульптура. На заседании также предложили, чтобы у горожан и общественников была возможность следить за процессом создания бронзовой скульптуры.