Профессионалы отказались: как скульптор с кладбища создал памятник афганцам в башкирском городке

«Халк», «позорище», «урка с автоматом» — как только не называли в интернете скульптуру, которую установили в память воинам-интернационалистам в Салавате. Башкирский памятник стал предметом для обсуждений по всей стране. Мало того, что внешний вид изваяния вызывал многочисленные вопросы, так в нем еще усмотрели сходство с екатеринбургским бронзовым солдатом, который стоит в мемориальном комплексе «Черный тюльпан». Скульптор из Екатеринбурга Константин Грюнберг назвал каменного побратима его афганцу самодеятельностью. Корреспондент UFA1.RU поехал в Салават чтобы выяснить, что думают об этом автор идеи и сам скульптор. «Никто не хотел браться» Установить скульптуру придумал депутат местного горсовета, а по совместительству тренер по кикбоксингу и иподиакон Салаватской епархии Сергей Данилов. Несколько лет он тесно общается с представителями местного ветеранского движения. Говорит, ребята обратились, вот и не смог им отказать. — Движение [ветеранов] у нас немножко замерло и умерло, потому что они никому не нужны. С моим приходом с ними начали работать. Вместе с ними езжу на все соревнования, приглашаю на мероприятия. Они ожили, взбодрились, поняли, что нужны, — говорит Сергей. Данилов решил установить в местном мемориальном комплексе скульптуру, посвященную павшим воинам-интернационалистам. Как раз к круглой дате — 30-летию вывода советских войск из Афганистана, ее отмечают 15 февраля. Своих денег у общественной организации нет, обратились к спонсорам. — Мы и в администрацию Салавата обращались, — вспоминает депутат. — Но там сказали: денег нет. И тут я познакомился с гендиректором «Газпром Салават Нефтехим» Айратом Азатовичем (Каримовым. — Прим. ред.). Он сказал, что «Газпром» выделить деньги не может, Миллер запретил. Но идею выслушал, проникся и дал два миллиона рублей из собственных сбережений. Но на то, чтобы заказать работу у профессиональных художников, этих двух миллионов не хватило. Именитые мастера просили пять миллионов рублей и обещали прислать результат только через год. Тут Данилов и вспомнил про своего бывшего воспитанника, 30-летнего Артема Будакова. Он работает с камнем — делает на заказ надгробия. Спасибо Артему, не стал чваниться — сразу взялся за работу. За сходством не гнался Артем высокий, с резкими чертами лица. Изготовлением гранитных надгробий занимается всю жизнь, но профессионального образования у него нет, бизнес достался от отца. В ангаре на окраине Салавата, где находится мастерская, пыль стоит столбом — в дальнем углу один рабочий кромсает болгаркой камень, другой поднимает краном огромный булыжник. — Я практически все время работаю с гранитом. Да, можно было выбрать более мягкий камень, но с мрамором предпочитаю не связываться — он хрупкий. Поэтому я и выбрал такой материал — крепкий, хороший. Глыбу под памятник доставили сюда из сибайского карьера. Мог сэкономить, даже просто из бетона сделать, ничего пилить не надо, крошкой только сверху присыпать. Но я так не могу. Не одну болгарку сломал, пока его делал, — признается Артем. Работать по камню он предпочитает зубилом: ударит раз и сразу поливает срез водой из шланга — посмотреть, что получилось. Стоимость работ Артем объясняет тем, что профессиональные скульпторы обычно сначала создают скульптуру из гипса, а затем снимают размеры и переносят их на камень. А он же творил, словно Микеланджело, без эскиза, на глаз, просто отсекал все лишнее. Про екатеринбургский памятник знал, но за схожестью, говорит, не гнался — главной задачей было передать образ скорбящего солдата. Управился за полгода. Необычный цвет скульптуры Артем объясняет разными видами полировки. Памятник не красили, как предположили пользователи соцсетей. — Это не покраска. Как отполируешь гранит, такой цвет и будет. Если до идеала — будет зеленый. Цвет еще от положения солнца зависит. И даже на фотографии он совсем по-другому смотрится, — говорит Артем. Сделал добро — жди шайтана — Его обвиняли, что он такой-сякой, неумеха, — говорит Сергей. — А я вот что вам скажу — нам не надо было профессиональный памятник: ребятам-афганцам просто нужно было место, где собираться. Пускай вот такое видение будет. Может, с каким-то колоритом. Но у войны сами знаете, какое лицо. Было очень неприятно, как нас обливают грязью. На открытии скульптуры были матери погибших солдат. И все довольны остались, плакали. Один отец солдата подошел, даже обнял меня. Данилов считает, что масла в огонь сейчас добавляют художники-конкуренты, которым не достался контракт. — На следующее утро, как скульптуру поставили, проснулся утром, посмотрел в телефон, а там шквал критики. У меня чуть было «мотор» не встал, — хватается за сердце депутат. — Может, я чего не понимаю? Позвонил владыке. Он говорит: «А ты чего хотел? Когда добрые дела делают, обязательно жди шайтана». Духовенство нас поддерживает, люди, родители. Никто из них не видел в скульптуре Халка. Приходили из местного отдела культуры, из музея, пожилые уважаемые женщины там работают. У них же тоже опыт есть. Они говорят: «Сергей, да все нормально, это же лицо войны». «Если бы с циркулем копировали — тогда плагиат» Обвинение в плагиате автора идеи памятника шокировало. — Я спросил про автора «Черного тюльпана» у афганцев — мне сказали, что он умер! Мы ни в коем случае не хотели обидеть этого великолепного художника. Он выбрал очень удачную позу для скорбящего человека, она трогает любого. Глядя на нее, можно заплакать. Мы преклоняемся перед ним, не хотели его обидеть. Просто решили сделать скульптуру, пускай любительскую, — уверяет Сергей. — Как его зовут? Константин? Передайте, мы за него помолимся, — добавил иподиакон. Со слов скульптора, вместе с ветеранами они изучали много вариантов памятника, но понравился им екатеринбургский. Для Артема эта работа стала дебютной, и стыдиться, по его словам, тут нечего. — Никакую идею мы не воровали. Вот когда воруют? Когда художник придумал, но еще не создал. Тогда, допустим, нам было бы немножко стыдно. Если бы мы с циркулем копировали в точности, это был бы плагиат, — уверен Артем Будаков. Ветераны встали на защиту Трое инициативных ветеранов Афгана активно вступились за авторов памятника. — Мы очень довольны, что у нас появилась такая скульптура! — говорит председатель салаватского отделения организации «Боевое братство», обладатель медали «За отвагу» Виктор Ямщиков. — Ее сделали по нашей заявке. Перед этим мы общались со свердловскими пацанами. Мы же все едины были, ходили в одинаковых ботинках, форме. Все памятники мало отличаются, может, где-то автомат другой, но они в целом одинаковые. Пожалуй, единственный, кого не расстроила критика, — сам салаватский скульптор. — Вообще я доволен. Это первая моя такая большая работа, — признался Артем. — Уверен, если дальше буду работать, будет лучше получаться. Опыт приходит со временем.