Ольга Данилова, мастер международного класса, неоднократный победитель всероссийских и зональных соревнований конников, член сборной России по конному спорту: «Лошадь должна тебя выбрать»

В 2006 году она выиграла зимний чемпионат России в закрытых помещениях. В 2007 году заняла третье место в международных соревнованиях на призы газеты «Россия» в Санкт-Петербурге. В 2008 году победила в чемпионате России, заняла третье место в розыгрыше этапа Кубка Мира. В этом году стала серебряным призером этапа Кубка мира по конкуру. О ней говорят, что она способна управлять лошадью «силой мысли». В Федерации конного спорта Башкирии считают, что она может претендовать на участие в Олимпиаде в 2011 году. Во многом благодаря успехам Ольги в Уфе вновь открылась детская конно-спортивная школа.

Сама спортсменка говорит, что никогда не стремилась серьезно заниматься спортом, просто приходила покататься на лошадях. На манеж ее привела мама – известный в Башкирии тренер по конному спорту.

– Соревнования выматывают больше эмоционально или физически?

– Это постоянный стресс в течение нескольких дней подряд. А потом все заканчивается – и начинается обычная жизнь: можно поспать, поесть, расслабиться…

– Какие соревнования в этом сезоне были самые сложные?

– Самые сложные, я думаю, у меня впереди. А трудные соревнования в этом сезоне были в Донецке в мае. Мы ездили на World Cup. И первые его этапы были самые страшные, потому что у меня лошадь первый раз прыгала высоту 160 сантиметров. К тому же, был сложный маршрут, шел дождь. И еще было психологически тяжело, потому что в прошлом году я упала в канаву, была травма, а здесь снова пришлось прыгать через канаву. Лошадь тогда тоже упала, и надо было лошади объяснить, что это не страшно, что ты больше там не упадешь, и себе тоже это надо было объяснить. Мне пришлось сначала сесть на другую лошадь, которая не боится, и прыгнуть на ней.

– Из чего складывается победа?

– Победа складывается из команды. Это спортсмен, лошадь, тренер, и, в первую очередь – спонсор, потому что государство в нашем спорте ничего не финансирует.

Если у тебя есть лошадь, но нет тренера – готовиться к соревнованиям будет тяжело. Если у тебя есть лошадь, но нет спонсора – ты с ней никуда не сможешь поехать. Самое главное – финансовая поддержка.

– Конный спорт у нас ведь не относится к массовым видам...

– На самом деле, это больше физкультура. Ну, и еще общение с животными. Исполнится человеку 18 лет, и, если не найдется спонсора или родители не купят ему лошадь, дальше будет тяжело. Школа может помочь одному, двум, ну, трем воспитанникам, а спортсменов гораздо больше.

Детская юношеская спортивная школа отвечает за базу, за стандартное обучение детей физкультуре и спорту. Если требовать каких-то более или менее профессиональных достижений, то тут без спонсора не обойдешься. Потому что, знаете, лошадь – это твой партнер. Когда на ней ездят 20 человек, она не может иметь с тобой связь. Это как партнер в танцах – должна быть связь. Если на лошади ездят 20 человек, ее используют, как снаряд, она начинает халтурить и стараться что-то где-то не сделать. Соответственно, на таких лошадях и результатов не будет. Поэтому, как правило, для профессионального спорта лошадь приобретает спонсор или родители. Практически на этом и держится конный спорт в России. Не только в России, в мире тоже. Там довольно часто люди приобретают лошадей для своих детей, например. Некоторые предлагают прыгать на них профессиональным спортсменам, потому что там вопрос стоит так: лошадь должна достичь определенных результатов. Эти люди либо сидят на трибунах, в ладоши хлопают радостные, что у них есть такой зверь, либо просто потом ее продают. Потому что, если на лошади профессиональный всадник допрыгает до олимпиады, ее стоимость значительно возрастает.

– Многое в спорте зависит от лошади?

– Да, это парный вид такой. Она должна тебе подходить. Ты должен ее выбрать – как в «Аватаре», – смотрели? А она должна выбрать тебя.

Для начала, лошадь должна иметь определенный набор спортивных качеств. Если ты занимаешься выездкой, она должна быть красивая и хорошо выезженная. Если конкурная, она должна быть сильная, чтобы могла прыгать большие барьеры, гибкая и опять же выезженная.

– А что должно совпасть в человеке и лошади?

– Если человек холерик, то, наверное, ему будет тяжело ездить на лошади, которая флегматик. Лошади, как и люди, бывают быстрые, уравновешенные и медленные. Девочки могут ездить на легких и быстрых лошадях. Хотя нравятся нам большие, красивые и медленные. Мальчики могут ездить на больших, уравновешенных.

Разница в психологии. Женщина видит в лошади партнера и друга и старается ездить с ней вместе. А мужчина старается так выездить лошадь, чтобы она подчинялась, как машина. Вот так и прыгаем: девчонки по дружбе, мальчишки – выездкой и дисциплиной.

– Говорят, что в конном спорте важно «чувствовать лошадь». Это как?

– Ее надо слушать – она всегда сама все рассказывает. Даже когда что-то делать не хочет – она же тебе показывает. Ее пытаются налево повернуть, а она не идет. Она говорит: я не пойду. Ты ей говоришь: пойдем. Она: нет, не пойду. Вот это тоже своего рода общение.

Если она уши заложила назад, лицо такое злое сделала, значит она говорит: не подходи, иначе я тебя укушу или ударю или еще что-то сделаю. Есть какие-то вещи, которых ты не чувствуешь, ты сначала просто видишь. Сначала начинаешь просто видеть, потом понимаешь эти знаки. А потом уже чувствуешь эту связь. Это как когда ты замуж только вышла, ты не понимаешь, почему человек сегодня себя так повел, а завтра так. И чем больше ты с ним живешь, тем меньше тебе надо объяснять: ты все понимаешь по взгляду.

– А бывает так, что ваши лошади вас не слушаются?

– Бывает, она говорит: я сегодня ничего делать не хочу. Я говорю: знаешь, я тоже не хочу, но надо. Я не наказываю за то, что она не хочет, потому что прекрасно ее понимаю. Просто чуть-чуть дольше, например, сделаешь разминку. Стараешься сделать это ненавязчиво, так, чтобы она не заметила, как втянулась в работу. Можно с ней поиграться, в лес пойти. Она расходится и начинает работать.

Лошади по своему характеру гораздо более предсказуемы, чем люди. У них всегда ровное настроение. Они могут хотеть что-то сделать, не хотеть. Мои лошади меня не могут не слушаться. Но если отказываются что-то делать, всегда есть причина. Если я ее знаю, зачем наказывать?

– Вы сами выбираете лошадей? Как определяете, что эта лошадь подходит, а эта нет?

– Садишься верхом, пробуешь, смотришь. Но все равно ошибаешься. Вот не так давно покупали лошадей для спортшколы. Всех, конечно, не перепробуешь, поэтому покупали, глядя в глаза. Из всего поголовья, конечно, есть одна-две таких, которых сейчас я бы не взяла. Это как поход в магазин, когда купил шесть вещей и понимаешь, что три из них точно лишние.

– Конкур – сложный вид конного спорта?

– Здесь сложнее найти подходящую лошадь. Она должна быть сильная. Конкур мне нравится тем, что он более динамичный, более мужской. В выездке нужно помногу раз повторять один и тот же элемент. Я не настолько терпеливый человек, чтоб этим заниматься.

Троеборье – это вообще полевые испытания, где можно разбиться насмерть. Мертвые барьеры, приколоченные скобами к земле. У нас в конкуре барьер падает, а у них в кроссе человек с лошадью.

– Тяжело заставить лошадь прыгать?

– По сути, лошадь должна есть травку в поле. Так мне всегда говорят взрослые тренера, когда пытаюсь злиться на нее или что-то заставлять делать. Говорят: ты знаешь, что она тебе ничего не должна, она должна травку есть в поле? Ты можешь только попросить ее.

Работаем на рефлексах. Сделала – дал сахар или морковку. Не сделала – желательно повторить. Или какими-то посторонними предметами ей подсказать. Если она не умеет, лучше объяснить.

Ну, это я так работаю. Основная же часть России занимается конным спортом с помощью палки, хлыста и огромного желания. Знаний вообще никаких нет. И еще у нас в конном спорте нет лицензии. Тренером может быть кто угодно. Ну, вот вы, например, придете и скажите: у меня есть диплом учителя истории, я хочу быть тренером, поездите на лошадке в прокате и скажите: все, я тренер... А люди, между прочим, детей приводят, и спорт этот достаточно травмоопасный.

– А спортсмены боятся прыжков?

– Все боятся. Просто ты работаешь над этим. Если ты эту работу сделал, то ты в себе более уверен. Допустим, вы пошли в первый класс, а вас заставили сдавать экзамены за десятый. Вы же тоже будете бояться, хотя вы не сломаете руку или ногу, как, например,

это может случиться в спорте.

Многое зависит и от того, какая у тебя лошадь. Она должна пройти с тобой «с первого по десятый класс». Либо ты покупаешь уже готовую, которая все умеет, и учишься на ней сам. И тогда уже лошадь тебя учит.

– А на какой легче?

– Ребенку и непрофессиональному всаднику легче на той, которая уже все умеет. В принципе, наверное, всем на такой легче. Но у меня, например, есть лошадь, которую я сама вырастила. И она понимает меня с полуслова. Просто на то, чтобы вырастить лошадь, уходит очень много времени, нужно семь лет. Если эти семь лет есть, то ты ее вырастишь.

– Расскажите о своих лошадях.

– У меня две лошади основные, которые прыгают большие барьеры на уровне этапов кубка мира, Кальваро и Килар. Одному 12 лет, второму девять. Кальваро в прошлом году заболел. Теперь его заменяет Килар. На самом деле, девять лет – это молодая лошадь для больших барьеров.

Еще у меня есть две молодые лошади, им по семь лет, мы их приобрели в этом году. Хорошие. И есть одна лошадь, которую мне ну, если не подарили, то отдали. Конь жил в Москве у одного человека, профессионала и отказывался подчиняться хозяину, они все время дрались, конь выходил из манежа задом. Вообще, был такой неадекватный. Его отдали мне. Сейчас он уже прыгает.

– То есть вы его перевоспитали?

– Мы его полюбили. У него женский характер, тонкая нервная система. Это немецкая лошадь, но характер у нее русский. Он такой очень эмоциональный. Немецкие лошади похожи на немецких людей. Они такие педантичные: работать, так работать. А русские лошади очень эмоциональные, они такие: ах, что-то не так, ах!

Первое время мне пришлось ездить на нем очень тихо, терпеть все его выходки. Но я чуть-чуть потерпела, и теперь он терпит меня.

– То есть мужчина с ним не справился, а вы смогли?

– С ним, как оказалось, не справляться надо было, а любить.

– Как давно тренируете детей?

– Когда не было школы, у меня были дети, которые очень сильно хотели заниматься, и сами меня нашли. Они даже прыгали детскую спартакиаду за Башкирию, и стали третьими.

Они уже ушли, потому что стали взрослыми, а в школе нет лошадей взрослого уровня. Сейчас в школе занимаются дети, но в основном они все еще маленькие. Я все лето на соревнованиях. Когда есть время, занимаюсь с ними. Тяжело, конечно, тренировать, когда ты действующий спортсмен. Они же совсем маленькие, ничего не понимают. Приходится объяснять какие-то простые вещи. Поэтому сначала, конечно, с ними занимаются другие тренеры. Я же занимаюсь специализацией, потому что мне учить сидеть, например, неинтересно.

– Какие качества должны быть в характере у ребенка? Как понять, может ли он заниматься конкуром?

– Это все на лошади выясняется. Надо быть смелым, конечно. Потому что лошадь – это же животное, она же чувствует, что ты ее боишься. И тогда она не будет ничего делать. Дети должны быть смелыми, настойчивыми. Одни сами приходит, а некоторых родители водят за ручку. Надо иметь характер, чтобы пережить первые неудачи, которые, как правило, у всех бывают (кто-то упадет, кто-то плохо выступит), – и продолжить заниматься.

– Что самое тяжелое в профессии?

– Самое тяжелое – быть все время вне дома, особенно женщине. Спорт у нас безразмерный, у нас нет уровня, когда ты можешь закончить: на Олимпиаду едут и 70-летние дедушки. Хорошо, если семья с тобой. А если не с тобой, можно и без семьи остаться.

– А как часто вы бываете дома?

– Нечасто. И это еще не так нечасто, как может быть. Я еще не доехала до чемпионата мира, Европы и Олимпиады. А чтобы доехать, надо вообще дома не бывать. Я прыгаю весной, летом и немножко осенью. А чтобы доехать до больших профессиональных турниров, надо прыгать круглый год, все четыре времени года за исключением одного месяца. Это прямо одни соревнования подряд.

– Если выдаются свободные дни, чем занимаетесь?

– Всем. Я хочу делать все: сходить к косметологу, к массажисту, я хочу сходить на дискотеку, пообщаться с друзьями… В связи с этим моя семья обижается: ты почему дома не сидишь. Я говорю: так я никого не вижу, надо хоть посмотреть, как магазины выглядят, какая там одежда висит – красивая, наверное, хочется узнать, что происходит в Уфе, увидеть друзей, которые, пока я ездила, оказывается, родили ребенка. Хочется узнать и увидеть то, что мне недоступно. Те вещи, которые люди делают каждый день и даже внимания не обращают на это.

Благодарим Екатерину Штатнову и сайт Equestrian.ru за предоставленные фото