Светлана Светличная, актриса, заслуженная артистка РСФСР: «Не все будут кинобогинями, но есть кинобогини, которые навсегда. Я в их числе»

Секс-бомба 70-х, признанный эталон красоты, актриса, покорившая миллионы мужских сердец. Ее приглашали сниматься в свои картины известные европейские режиссеры. В свои 71 Светлана Светличная продолжает оставаться непревзойденной, обворожительной, женственной и невероятно живой. После почти 20-летнего перерыва в большом кино и триумфального возвращения в картине Ренаты Литвиновой «Богиня: как я полюбила» в 2004 году о Светличной вновь заговорили, ее имя снова запестрело в глянцевых журналах, а лицо не сходит с экранов телевизоров. Какая она сегодня, эффектная блондинка в халате с перламутровыми пуговицами? – Светлана Афанасьевна, 15 мая у вас был день рождения. Поздравляю вас с этим праздником! Как отметили? – Спасибо! Вы знаете, в последнее время я перестала любить эти дни рождения, потому что это хлопотно. Но в прошлом году был юбилей, и меня пригласили в Благовещенск. Там я провела творческий вечер и день рождения отметила. Обычно в этот день я уезжала к брату в Пензу. Брат, с которым мы родились в один и тот же день – только он родился через 13 лет после меня. Я его нянчила. В общем, я для него и мама, и сестра. У нас с ним дивные отношения. – Значит, в этом году отдали дань традиции? – Нет, в этом году очень серьезно приболела его жена, и я понимаю, что ей было не до моего приезда. Поэтому подумала, что лучше отметить этот день с ребятами, но не с женщинами, не с подругами. В окружении своего стилиста и его друзей: человек пять-шесть. Потому что я общаюсь с молодыми ребятами, и мне это очень даже приятно. Я вижу, что и им интересно со мной. Сходили в Пушкинский музей на выставку Кристиана Диора. А оттуда – в одну кафешку очень хорошую, стеклянную, в центре. Взяли шампанского, не наедались, беседовали, я получала цветы, подарки, и к вечеру разошлись. – Довольно мило... – По-моему, да. Необычно. Ни у кастрюль, ни плиты, ни запеканий, хотя я все это умею. – Недавно вы приняли участие в открытии фотовыставки «Бабье лето» от канала «Домашний», посвященной кинобогиням советской эпохи. Она уже прошла в Москве, Санкт-Петербурге, Самаре, Уфе и других городах России. Как, по-вашему: быть кинобогиней – это навсегда или очень временно? – Не все будут кинобогинями, но есть кинобогини, которые навсегда. И за рубежом, и у нас в России. – И все 22 актрисы, представленные на фотовыставке, в их числе? – Даже среди них не все, по моему ощущению. Но то, что они есть там, – это здорово. – А вы относите себя к числу кинобогинь? – Да. Пусть это нескромно, но это правда. – Кстати, о скромности... Еще в годы учебы вас считали идеалом красоты. Как это отражалось на вашей личности? Например, вы были высокомерной или, наоборот, стеснялись своей красоты? Светлана Афанасьевна Светличная, заслуженная артистка РСФСР, родилась 15 мая 1940 года в городе Ленинакане (Армения). Актрисой стала по настоянию матери. После школы Светличная переехала в Москву и поступила во ВГИК. Во время учебы она была любимой ученицей выдающегося советского режиссера Михаила Ильича Ромма. Вместе со Светланой учились такие известные актеры, как Валерий Носик, Жанна Прохоренко, Галина Польских, Андрон Кончаловский, Андрей Смирнов и другие.В кино Светлана Светличная дебютировала в 1963 году у режиссера Татьяны Лиозновой. Тогда она снялась в фильме «Им покоряется небо», где играла вместе с Николаем Рыбниковым и Евгением Евстигнеевым. В историю отечественного кинематографа она вошла как одна из наиболее популярных кинозвезд 1960-70-х годов. Многие запомнили Светличную по роли коварной соблазнительницы из фильма «Бриллиантовая рука» (1969) и милой застенчивой немки Габи, влюбленной в Штирлица, из фильма «Семнадцать мгновений весны» (1973). Всего актриса снялась более чем в 30 картинах.Светлана Светличная была дважды замужем: первый муж – известный актер Владимир Ивашов (1939-1995), от которого у неё родились два сына. Второй муж – Сергей Сокольский, художник, брак с которым был очень коротким. Сейчас Светлана Светличная живёт и работает в Москве. – Вы знаете что, Олеженька, вначале я не верила. И когда я появлялась, и люди говорили: «Ой, наша красавица!» – мне это было даже иногда неприятно слышать. Я думала: неужели ничего больше нельзя найти? Доброго слова. Например: «Вот, Светлана пришла». Внешне я могу тоже кем-то любоваться. Поскольку я женщина, то обращаю внимание на красоту мужскую. Что касается женщин, то мне очень важно, чтобы женщина была интересной, женственной и умела себя преподнести. Чему я и учусь. Если говорить обо мне, то мне внушили, и я поверила, что это может быть, после фотосессий, которых у меня достаточно, и которые действительно настолько необычные и для меня, и для моих поклонников, поклонниц. Вы знаете, там где есть шарм, там есть и красота, а шарм у меня был с рождения. Поэтому сейчас я уже могу сказать, что я красивая. – Вне всякого сомнения, у вас было и остается много поклонников. Даже я, будучи 10-летним мальчишкой, влюбленными глазами смотрел на вас в «Бриллиантовой руке». Вы можете рассказать, как вы познакомились со своим первым мужем Владимиром Ивашовым и почему именно ему отдали предпочтение? – Вообще, я могу влюбиться в... Тарзана. Как я в детстве смотрела эту картину! Я была маленькой, даже в первый класс тогда не ходила, но влюбилась. И я себе фантазировала, что обязательно встречу его и буду жить в джунглях. И вот эта фантазия все равно присутствует в каких-то моментах моей жизни и сегодня. А тогда появилась картина «Баллада о солдате», и когда я увидела этого Алексея (Алеша Скворцов – герой актера Владимира Ивашова. – Прим. авт.), как он думал о матери, чтобы починить крышу, меня это сразило до комка. Я вообще люблю добрых людей, а потом Володя же молодой, интересный и для тех времен был необычно высокого роста. Это сейчас уже все баскетболистами стали. Поэтому мне он очень понравился. И когда он пришел к нам на курс к Михаилу Ильичу Ромму, то, конечно, все девчонки мечтали о нем. Но мне повезло больше всех. Я очень была рада, когда он мне сказал: «Мне кажется, я тебя люблю». – Светлана Афанасьевна, вы снялись в большом количестве картин, но многие вас запомнили по фильмам «Бриллиантовая рука», «Новые приключения неуловимых»... А какой фильм ближе всего стал именно вам? – Вы знаете, я люблю все свои эпизоды. Но на сегодняшний день я могу сказать, что ее не заметили, потому что в титрах нет моей фамилии. Картина «Отец Сергий», главную роль в которой сыграл Сергей Федорович Бондарчук. И там у меня был тоже эпизод, но такой силы! Как бывает музыка, и ты ее не забудешь. И мне кажется, если говорить о моих работах, я отличаюсь от всех именно тем, что у меня эпизоды сильнее, чем у некоторых главные роли. Потому что там ничего лишнего нет. И там есть та правда, которую даже в жизни не всегда заметят. Ощущение хроники, как документальные фильмы. Когда я собирала для юбилея вот эти все свои кусочки, я честно вам скажу: Сергей Герасимов в свое время говорил, что это пособие для ВГИКа, но я бы сказала, что пособие – эпизод в «Отце Сергии». Как надо играть полторы минуты, но этот образ остается с тобой на всю жизнь. – После фильма «День гнева», который вышел на большие экраны в 1985 году, вы практически перестали сниматься в кино. С чем это было связано? – Не звали, не брали, не верили, наверное. – И чем вы занимались все это время? – А я даже не помню, чем я занималась. Я выезжала на творческие встречи, потому что меня приглашали, надо было какие-то денежки зарабатывать. А потом был период, когда и «Мосфильм» стоял. Все было глухо. Поэтому я тогда даже и не надеялась. Думала: ну ладно, буду чем-то заниматься, может быть, даже шляпный салон открою, может быть, пирожковую, людей кормить, может быть, меня кто-нибудь позовет... – Только хотел об этом спросить... Вас приглашали за границу? – За границу меня Лукино Висконти приглашал, как я выяснила. Но тогда, в советское время, меня не отпустили, и я узнала буквально десять лет назад, что Висконти звал. Мне принесли газету. А он меня видел на Международном московском фестивале. Я там представляла делегацию, и он заметил. А когда я посмотрела его картины, я поняла, что я актриса Висконти. То есть это мой дух. Почему я так поняла? Потому что мои фотосессии перекликаются с картинами Висконти. Я оттуда, и мне нравится это творчество без слов. – После продолжительного перерыва в кино вы вернулись. Расскажите, пожалуйста, как это было? Проснулись утром и решили, что вновь хотите играть в кино? – Это так здорово! Во-первых, надо сказать спасибо Ренате Литвиновой, благодаря ей я снова появилась. А благодаря картине «Богиня: как я полюбила», в которой я снялась, меня увидел стилист Руслан Татьянин. Честно говоря, очень многие думали, что я, может быть, и спилась, и растолстела, постарела, и вообще ничего от Светличной не осталось. И когда он увидел меня в той форме, в которой я была у Ренаты, тогда еще в ее красном платье, это личное платье Ренаты, у него появилась идея и желание со мной поработать. Он увидел, что из меня можно лепить. Об этом он сказал только своей маме и долго не решался. И именно она уговорила его позвонить мне. – Страшно не было? – Так как я доверчивая, мои подруги предостерегали и говорили: «А вдруг это маньяк?» Тогда я сказала: зато у вас его нет, а у меня он есть. Когда он пришел, очень нервничал, краснел, бледнел, принес свои работы, и я сказала, что можно попробовать. А я ведь все равно ничего не делала. И тут началось... И после этих фотографий я поняла, почему я все время с Русланом. Потому что фотографии безумные в том смысле, что такие шикарные, голливудские, и даже выше некоторые. Я так поняла, что мне и в жизни надо теперь равняться на это. И у меня появился какой-то дух, желание, уверенность. Это очень важно. Я никогда не была такой уверенной, как в эти три года работы, зная, что тебе все сделают для огонька, для встречи. – И напоследок, кого бы вы отметили из актеров советской эпохи и из нынешних артистов? – Из советских могу сказать. Урбанский для меня всегда был и есть, Ульянов. Если из женщин – Мордюкова. А из нынешних, конечно, Чулпан Хаматова для меня очень необычная: такая маленькая, невзрачная, «никакая» и вместе с тем какая выразительная. И Миронов, он меня поражает. Наше поколение – нас больше было. А их меньше, но зато такой силы, атомной энергетики. Мы – костер, который горит и греет, а они выше.