Из стога сена — в Большой театр Москвы. Как сирота из Башкирии танцевал на сабантуе за кусок хлеба и стал легендой

Ансамбль Файзи Гаскарова в свое время гремел на весь Союз. А сейчас его память омрачают судебные скандалы, связанные с его именем. К ансамблю подают иски потомки композиторов, которые давали музыку на постановки. У многих возникает вопрос: а кто такой Файзи Гаскаров и почему его история так уникальна?

Файзи (полное имя — Файзрахман) Гаскаров появился на свет в 1912 году, скорее всего, в Бирске. Почему «скорее всего»? Точной даты и места рождения никто не знает: мальчик был сиротой. В 1919 году, в разгар Гражданской войны, его нашли в стоге сена возле Бирска. Кем были родители будущей легенды, куда исчезли и как оставили его, неизвестно до сих пор.

«Я даже не знаю, кто я по национальности, башкир, татарин или какой-нибудь тунгус. Но я стал сознавать себя человеком на башкирской земле, с детства полюбил искусство ее коренного народа, благодаря ему стал художником…» — писал сам Гаскаров.

Мальчика определили в детский дом. Сначала в Бирский, а потом — эвакуация в Смоленскую область: там он пережил голод, холод и чужие стены. А затем его снова вернули в Башкирию — мотало парня так, что иные взрослые не выдерживают, а он держался.

К 1920-м годам Файзи окреп, вытянулся в плечах и превратился в того самого джигита, которого на сабантуях боялись даже старые плясуны. Ну как тягаться с этим самородком? Только танцевал Файзи не за деньги, а за кусок хлеба. Или за горсть лепешек, или просто так — потому что не мог не танцевать.

Но Гаскаров хотел большего. Он страстно желал учиться, поэтому в какой-то момент собрал котомку и подался в Москву — поступать в хореографический техникум при Большом театре СССР. И учился… у кого бы вы думали? У самого Игоря Моисеева — будущего мэтра, создателя ансамбля народного танца СССР.

В 1932 году, когда он еще только набирался опыта в Москве, у него созрел план. Не просто план — он пришел к начальству республики и сказал: «Давайте откроем башкирское отделение в Московском хореографическом техникуме при Большом театре. Будем своих растить». Идею, к слову, поддержали, правда, не реализовали.

Гаскаров не расстроился: он вообще был человеком терпеливым. Детдомовская закалка, знаете ли. В 1934 году башкирское отделение всё-таки открылось, но не в Москве, а в Ленинградском хореографическом училище. Том самом, которое потом назовут именем Вагановой, оттуда вышли позже Плисецкая, Нуреев, Барышников. И вот туда, в город на Неве, Гаскарову доверили набирать первых башкирских учеников.

Среди них была девчонка, которую потом узнает вся страна, — Зайтуна Насретдинова, народная артистка СССР. А в 1937–1938 годах Гаскарова пригласили в Москву — он стал солистом только что созданного Государственного ансамбля народного танца СССР под руководством того самого Игоря Моисеева.

Но он всегда хотел создать башкирский, свой коллектив.

Вернувшись в Уфу, Гаскаров начал обивать пороги чиновничьих кабинетов: нужно было достать разрешение на создание башкирского профессионального ансамбля народного танца. Его не понимали, не поддерживали, отказывали, но мужчина был упрямым.

Одна из легенд гласит, что на приеме у министра культуры Гаитбаева случился курьез. Секретарша сказала: «Заходите, министр ждет вас». Гаскаров заходит, а министр ему: «Мальчик, подождите, я жду Гаскарова!» Пришлось выйти, секретарша объяснила министру, кто перед ним. Тот извинился и сказал: «Проси, что тебе нужно, — всё сделаем».

В 1939 году ансамбль создали: сначала была просто группа энтузиастов — первых танцоров Гаскаров собирал буквально по крупицам, из народных самородков, которые не оканчивали училищ. Одна из первых солисток, Хазина Магазова, увидела объявление о наборе и пришла из любопытства — «посмотреть на гения». И осталась на долгие годы.

Гаскаров оказался не просто хореографом, а создателем уникального стиля. Опираясь на народное творчество, он обрабатывал фольклор с позиции профессионального искусства. Его первые постановки назывались именами башкирских девушек: «Загида», «Зарифа», «Гульназира». А еще были танцы-легенды: «Семь девушек», «Три брата», «Северные амуры», «Проказницы».

С этими танцами ансамбль начал побеждать на всесоюзных и международных конкурсах.

Отдельная и почти детективная страница биографии Гаскарова — война, пусть о ней известно совсем мало. Можно найти в архивах «Вечерней Уфы», если покопаться, много забавного.

Когда началась Великая Отечественная, Файзи Адгамовича в армию не взяли. «Не можем. У вас бронь. Война войной, а таланты надо беречь», — ответили ему в военкомате. Но Гаскаров был не из тех, кто сидит в тылу, пока другие воюют. Он взял командировку в Москву, явился в Главное политическое управление и попросил отправить его на фронт — к землякам-конникам. Ему разрешили творческую поездку на месяц-полтора.

Осенью 1942 года Гаскаров прибыл в Башкирскую кавалерийскую дивизию, которой командовал легендарный Минигали Шаймуратов. Комдив встретил артиста объятиями, хвалил за смелость, мол, какой же молодец Файзи, потому что джигиты скучают по родному краю — надо бы дух их укрепить.

Гаскаров отправился в окопы — искать среди солдат певцов и танцоров. Нашел гармониста, домриста, кураиста, но инструментов не было. Домру можно сделать только из грушевого дерева, курай — из медной трубки. В прифронтовой деревне, недавно освобожденной от гитлеровцев, жители сообщили, что фашисты срубили все фруктовые деревья и сделали из них накат для своих землянок.

«Тогда что ж, за грушевым деревом придется к фрицам сходить», — сказал Шаймуратов, усмехнувшись.

И через несколько дней конники провели разведку боем, захватили пленных и трофеи — в их числе грушевые бревна. Утром командир дивизии, то есть Шаймуратов, указал Гаскарову на группу немецких солдат, которые на плечах несли бревна.

«Я же говорил тебе, Файзи, — сказал Шаймуратов. — На свете нет людей послушнее и щедрее, чем фрицы… Конечно, в тот момент, когда к их горлу приставишь лезвие клинка».

С кураем вышло еще интереснее. Зенитчики сбили фашистский «Фокке-Вульф» и притащили Гаскарову кучу тонких алюминиевых трубок. Кураист Сарбаев сделал из них инструмент.

«Вот проклятые фрицы, будто знали, что придется воевать и с башкирами! Смотрите, какие хорошие трубки для курая приготовили», — шутил кураист.

Фронтовой ансамбль Гаскарова выступал перед кавалеристами: воевал и танцевал до самой берлоги фашистов — Берлина. И в концертных залах поверженной Германии они давали концерты. Удивительно, но при этом Файзи Гаскаров не имеет ни одной воинской награды — даже медали «За вклад в победу».

Гаскарова часто называют человеком, который создал башкирский балет. В 1940 году он написал либретто первого национального балета «Журавлиная песнь», а в 1944 году постановка увидела свет.

Говорят, что именно «Журавлиная песнь» определила судьбу юного Рудольфа Нуреева — легендарного балеруна. Увидев постановку маленьким мальчиком с мамой за ручку, будущий кумир мирового балета решил стать танцовщиком. К слову, танцевала в этом балете Зайтуна Насретдинова — не иначе, это был золотой век талантов.

В 1955 году Гаскарову присвоили звание заслуженного деятеля искусств РСФСР. В 1967-м он стал первым лауреатом премии имени Салавата Юлаева. Игорь Моисеев, его учитель, говорил: «Запомни, ты создаешь не просто ансамбль танца, а реалистический башкирский ансамбль народного танца».

Ансамбль выезжал за границу, покорял Европу, Азию, Америку. Гаскаров ставил танцы на музыку своего друга, композитора Александра Ключарёва. Их тандем считался гениальным: музыка и хореография совпадали идеально.

Но и у этой красивой истории оказалась горькая глава. В 1970 году, после триумфов и побед, Файзи Гаскарова отстранили от должности руководителя ансамбля. В книге о нем эта глава названа «Черный понедельник». Что произошло — доподлинно не известно. Говорят об интригах, подковерной борьбе в чиновничьих кабинетах, зависти.

Для Гаскарова это был удар, который, как считают многие, сократил его жизнь. Он продолжал работать, но сердце его было разбито. Файзи Адгамовича не стало 18 июня 1984 года.

Однако дело его не умерло — в 1988 году ансамблю присвоили имя Гаскарова. А в 1996-м — звание «академический». Сегодня это Государственный академический ансамбль народного танца имени Файзи Гаскарова — он всемирно известен. А еще у ансамбля в копилке золотая медаль ЮНЕСКО «Пять континентов» и диплом «Посол мира».

С 2019 года в день, когда отмечалось 80-летие ансамбля, 21 октября, в Башкирии официально празднуется День национального танца. В день рождения человека, который начал с того, что танцевал на сабантуе за кусок хлеба, а закончил тем, что его имя знает весь мир.

Сейчас у ансамбля есть трудности: на него подали в суд из-за авторских прав.