Hyundai и Mazda могут вернуться в Россию

На фоне переговоров России и США в Эр-Рияде и предшествовавшей беседы Владимира Путина и Дональда Трампа ожили не только биржевые индексы, но и топ-менеджмент автопрома. Три года российская автосборка переживала глубокий кризис, пытаясь заместить западные технологии российскими и китайскими, но процесс шел медленно. Возврат глобальных компаний на собственные же заводы мог бы вдохнуть новую жизнь в наш авторынок, но вернуться безболезненно могут далеко не все. Ниже — обзор марок и предприятий и наша оценка их шансов совершить камбэк. Уточним, что при нынешнем уровне пошлин и утильсборов полноценная российская сборка — единственный способ обеспечить конкурентоспособные цены. Hyundai смотрит на запад По данным корейского издания News1, компания Hyundai уже изучает возможность обратного выкупа завода под Петербургом, где выпускали Solaris, Rio и Creta. Срок опциона истечет в декабре 2025 года, поэтому время еще есть. Проект выглядит реалистичным: питерский завод Hyundai — единственное предприятие полного цикла прозападной марки, которое сохранило выпуск оригинальной продукции. С конвейера сходят те же модели, просто имя Solaris теперь превратилось в название бренда. Автомобили якобы собирают из оставшихся на заводе машинокомплектов, что позволяет сохранить штат, технологии и компетенции. Сейчас автозавод принадлежит российской компании AGR Automotive, которая также владеет активами бывшего завода Volkswagen в Калуге. Hyundai и Kia в России собирал и калининградский «Автотор». После разрыва отношений завод перешел на сборку китайских автомобилей Kaiyi, BAIC, SWM, Forthing, но пока ни один из этих проектов не дотягивает до прежнего уровня. Не исключено, что завод также заинтересован в возвращении сильных марок: например, перед началом СВО здесь начали выпуск Kia Sportage нового поколения. Toyota — свято место пусто бывает В недавнем опросе россияне назвали именно Toyota маркой, возвращение которой они ждут больше всего. Но полноценный возврат в России затруднен. В 2022 году «Тойота» долго тянула с объявлением об уходе из страны, но осенью сообщила о прекращении работы завода, который весной 2023 года был передан ФГУП НАМИ — одной из структур Минпромторга. С тех пор обсуждалось несколько идей реанимации предприятия, включая весьма прожектерские, вроде выпуска там электромобилей L-Type концерна «Алмаз-Антей». Более реалистичной выглядела инициатива делать на заводе автомобили под брендом Aurus (вероятно, речь шла о перелицованных китайских машинах), но подробностей пока нет, так что считать этот проект серьезным преждевременно. Ситуация двояка: с одной стороны, завод перешел в собственность Правительства РФ, с другой — пока выглядит обузой, а не активом, поэтому возвращение Toyota может быть взаимовыгодным. Renault и Nissan — политическая эвакуация Франко-японский альянс был крупнейшим инвестором росавтопрома, владел АВТОВАЗом, московским заводом Renault и петербургским Nissan. В 2022 году все его активы были национализированы и перешли на выпуск другой продукции. АВТОВАЗ занял «логановскую» линию конвейера производством Lada Vesta, в столице делают «Москвичи», а на экс-заводе Nissan — Xcite. Полноценный возврат на те же рельсы выглядит маловероятным. В отличие от азиатских компаний, Renault ушла из России одной из первых с явно политическим подтекстом и потеряла предприятия, поэтому работа в прежнем формате кажется невозможной. Тем более и «Москвич» уже инвестировал в сборку JAC, а на подходе запуск электромобилей «Атом». Тольяттинский завод АВТОВАЗа восстановил производство и собирает порядка 400 тысяч машин, поэтому именно сейчас в дозагрузке мощностей не нуждается. Ижевский завод перешел на выпуск локализованных «Ларгусов», но и здесь пересечений с бывшими партнерами немного, поскольку Renault использует новые платформы, а «Ларгус» сильно обрусел. То же касается «Москвича»: после первых рыночных фиаско он постепенно нащупал путь, перешел на мелкоузловую сборку и оцинковку кузовов, а также улучшил продажи (хотя до прежних уровней Renault еще далеко). А вот петербургский завод Nissan пока не блещет: после двухлетней паузы он начал собирать кроссоверы Chery под маркой Xcite, но спрос низкий, и ходят слухи о закрытии проекта. Обсуждается перевод завода на выпуск автомобилей на платформе современного Renault Logan, так что при улучшении отношений России и Запада какая-то коллаборация возможна. Впрочем, потепление отношений с США еще не проверено практикой, а будущие отношения с Европой в целом и Францией в частности и вовсе остаются туманными. Volkswagen и Skoda: желания и возможности Еще один крупный донор прежнего автопрома — немецкий концерн Volkswagen и его дочерние бренды. Шансов на возврат к прежнему ремеслу нет: завод Skoda на территории ГАЗа (Нижний Новгород) прекратил работу, и отношения сторон закончились грандиозными судебными разборками. Мощный завод VW под Калугой перешел под контроль российской AGR Automotive, которая недавно объявила о запуске новой марки Tenet — с высокой вероятностью речь о сборке моделей Chery на калужском заводе. Проект обсуждается уже около года и, кажется, близок к реализации. У Chery и росавтопрома сложные отношения: модели марки собирали в России еще с нулевых годов на «Автоторе» и ТагАЗе, но успеха эти проекты не имели. После этого Chery сделала ставку на прямой импорт и добилась статуса самой популярной «чайнамарки», а первый и единственный китайский завод полного цикла запустил в 2019 году Haval. После начала СВО Chery также осторожничала: продажи быстро росли, но анонсов запуска российской сборки марка не делала. Сейчас ее машины собирают под брендом Xcite на бывшем заводе Nissan в Петербурге, а Jetour Dashing делают в Калининграде — эти проекты особенно не афишируются и выглядят разведкой боем. Судя по всему, ее результат удовлетворил Chery, и сотрудничество с AGR Automotive выглядит первым серьезным шагом на пути к локализованным «Чери». Ослабление санкций наверняка облегчит этот процесс, поэтому возврат немцев на прежнее предприятие выглядит очень маловероятным. Mazda ушла с опционом Автозавод Mazda на Дальнем Востоке работал на паях с российской компанией Sollers, получившей контроль над предприятием в ноябре 2022 года. Но японская сторона оставила за собой опцион на право выкупа в течение трех лет, то есть до ноября 2025 года. Сейчас автозавод выпускает пикапы JAC под маркой Sollers, но дела идут неважно: в прошлом году реализовали чуть более трех тысяч машин. Импортируемые и более дорогие JAC T8 и T9 продают примерно в тех же объемах, потому не исключено, что предприятие заинтересовано в возврате прежнего партнера. Калужский Citroen «чайнизировался» Ситуация на бывшем заводе Peugeot и Citroen в Калуге в чем-то уникальна: с одной стороны, это единственное предприятие росавтопрома, которое выпускает модели под ушедшей из России маркой — Citroen. С другой, это совсем другие машины: не обрусевшие седаны C4, а кроссоверы C5 Aircross из китайских компонентов. Помимо этого, на предприятии планируют собирать популярные в России Haval Jolion. У французского дуэта Peugeot-Citroen, входящего в концерн Stellantis, были проблемы в России и до начала СВО, в том числе репутационные — марки не воспринимаются россиянами как надежные. С учетом неясных отношений с Европой возврат выглядит почти нереальным, хотя снятие санкций могло бы интенсифицировать работу по локализации китайских версий «Ситроенов» и «Пежо» совместно с концерном Dongfeng. Американские марки — возвращаться некуда В случае потепления отношений между Россией и США в сотрудничестве могут быть заинтересованы американские концерны. Парадокс в том, что именно они ушли из России раньше других. General Motors закрыл свой завод в Петербурге в 2015 году в период первых санкций, и, помимо политических причин, многие отмечали отставание предприятия в уровне локализации от тогдашних лидеров (Hyundai, Volkswagen, Renault). Завод GM выпускал Opel Astra, Antara и Chevrolet Cruze, Captiva. Их уход с рынка остался по большей части незамеченным — в те годы хитом в России были иномарки В-сегмента. Chrysler и его суббренды на российском рынке выступали слабо, а сейчас входят в транснациональный концерн Stellantis (вместе с Opel, Fiat, Peugueot, Citroen и так далее). Ford напротив первые 20 лет был одним из главных инвесторов росавтопрома: эра промсборки началась с запуска в 2002 году завода во Всеволожске, который делал Focus и Mondeo, но был закрыт в 2019 году. Также у Ford на паях с Sollers было предприятие в Елабуге, где делали кроссоверы (Kuga и другие), плюс коммерческую линейку Transit. Завод был остановлен в 2022 году, а сейчас выпускает китайские фургоны JAC под маркой Sollers. Возвращаться некуда, и речь может идти разве что о новых проектах. Что в сухом остатке? Относительно быстро в Россию могут вернуться Hyundai и Mazda, не исключена также реанимация завода Toyota. Остальные марки даже в случае интереса к российскому рынку будут вынуждены строить отношения заново, и не факт, что они сочтут это оправданным. Но и для трех азиатских брендов ситуация непростая. Сначала нужно дождаться отмены или послабления санкций, что даже при условии заключения сделки между Россией и США может занять много времени. Затем требуется согласовать обратный выкуп предприятия и оценить масштабы инвестиций для перезапуска. Сама по себе российская сборка не дает преимуществ без специального инвестиционного контракта (СПИКа), заключенного с Минпромторгом, — именно это соглашение позволяет компаниям претендовать на «скидки» при ввозе компонентов. Утряска всех вопросов может занять годы, хотя в случае с Hyundai процесс должен идти быстрее. Маркам предстоит заново оценить перспективность российского рынка с учетом экономической неопределенности и резкого увеличения доли китайских брендов. При ослаблении санкций марки из КНР наверняка будут претендовать на российские промплощадки, так что возврат к прежнему автопрому вряд ли возможен в принципе. В России также обсуждают весьма эфемерный проект создания универсальной платформы «руссомобиля». Главной премьерой АВТОВАЗа в этом году станет Lada Iskra, производство которой уже стартовало.