История заброшки, куда прибывали корабли и где веселились новые русские

Под Новосибирском есть необычная заброшка — здание не то маленького речного вокзала, не то бывшего яхт-клуба на берегу Бердского залива. А рядом — довольно просторная пристань, способная разом принять с десяток судов. Строительство этого объекта началось 40 лет назад, но так и не было завершено. С его историей разбирался обозреватель NGS.RU. Необычная заброшка Брошенный причал и здание на берегу в 2ГИС обозначены на территории МК «Сибиряк», где МК — это «молодежный комплекс». Но никакого комплекса для молодежи тут нет. Чуть ближе к Бердскому шоссе стоят несколько жилых домов разной этажности, бассейн, по соседству находится еще коттеджный поселок. Дворы жилых домов выглядят ухоженными, а вдоль трехэтажных строений по берегу протянулась набережная с цветами и лавочками, на которых жители могут любоваться видами Бердского залива. Кажется, что попал в какой-то провинциальный приморский городок в нетуристической Европе. Тем удивительней рядом с такой идиллией выглядит внешне достроенное, но явно давно заброшенное и уже разрушающееся здание. На втором этаже на просторной террасе уже частично сгнили деревянные полы. Части ограждений на верхней смотровой площадке нет, стены исписаны разной степени остроумности надписями. Но само здание-то ладно, мало ли в Новосибирске заброшек. Куда более удивительно выглядит довольно крупная железобетонная пристань, куда одновременно могли бы швартоваться сразу несколько прогулочных катеров или речных трамваев. Но сейчас тут нет никого, кроме купающихся подростков (местные жители постарше ходят на пляж, который ближе) и рыбаков. Наследие загнивающего социализма История этого места началась еще в советское время, когда здесь работал международный молодежный лагерь. Устроено было всё с размахом (по крайней мере, по меркам того времени): в лесу стояли десятки стильных деревянных домиков, столовая, общественные помещения, спортивные площадки и первый за Уралом общедоступный теннисный корт с искусственным покрытием. Комплекс работал в системе ВЛКСМ (Всесоюзный ленинский коммунистический союз молодежи) и отличался от обычных турбаз или пионерлагерей основательностью подхода, рассказал заставший его в детстве житель «Сибиряка» Марк Черепанов. В 1980-е здесь регулярно можно было встретить студентов из соцстран, приезжали сюда и молодые люди из других регионов: «Сибиряк» был комплексом, что называется «союзного значения». Ныне покойный генеральный директор «Сибиряка» Владимир Дыненков рассказывал в интервью изданию Berdsk.RU в 2011 году, что в одном из этих деревянных домиков, остатки которых сегодня догнивают в лесу, довелось жить даже дочери американского миллиардера Валерии Рокфеллер. А уж японские школьники из города-побратима Новосибирска Саппоро выглядели здесь вполне обычными гостями. Назад в будущее В какой-то момент деревянных домиков Владимиру Дыненкову показалось мало, и у него вместе с областным комсомольским руководством возникла амбициозная идея построить рядом целый комплекс объектов, которые бы позволяли принимать гостей на самом высоком уровне. Строительство оценили в 17 миллионов рублей (для сравнения: рядовой инженер зарабатывал 120 рублей в месяц), и для утверждения финансирования пришлось ехать в Москву вместе с главой местной организации ВЛКСМ. Проекту дали добро и даже включили в «программу по развитию нефтегазового комплекса Западной Сибири». Проект нового «Сибиряка» был закончен в 1985 году, в его разработке принимал участие Владимир Штурбабин. По словам его сына Игоря (тоже архитектора), это должен был быть действительно масштабный комплекс с большим отелем и целым рядом других объектов инфраструктуры. По нему почти достроили уникальную для Сибири «террасную дискотеку» с танцполом внизу и поднимающимися над ней зонами, где стояли бы столики. К пристани должны были приставать корабли, ходившие по Обскому морю и вниз по течению Оби через шлюзы до речного вокзала. Строительство началось 40 лет назад, была почти завершена гостиница, построена, может быть, неказистая по нынешним меркам, но основательная набережная со спусками к воде. До завершения строительства не хватило буквально нескольких лет: СССР развалился, и весь комплекс почти на 20 лет превратился в большой долгострой в лесу. «Блокпост» на берегу В начале 2000-х это было место по-своему элитным: на берегу, совсем недалеко от Бердского шоссе. Предприниматели открыли здесь бар с танцами, благо жилья поблизости тут в те времена не было. Обозреватель НГС в своем телеграм-канале спросил, помнит ли кто-то это заведение, и оказалось, что таких людей немало. Михаил, например, помнит это место, но пишет, что официальное название «Блокпост» его знакомые не использовали, называя это место просто «дискотека на „Сибиряке“». Евгения видела этот бар еще в детстве: родители покупали там ей лимонад. Место было популярным. «На террасе дымились состоятельные мэны в цепях и с барсетками и блондинки в обтяжку. Самой примечательной деталью были бойцовые собаки, охранявшие бар, которые тусили на террасе», — рассказала Евгения. Егор вспомнил, что в 1990-е на пирсе швартовались шлюпки клуба юных моряков «Каравелла»: «Рядом у них был палаточный лагерь, в котором дети жили полтора летних месяца. Кругом были заброшки, и, мне кажется, был чуть в глубине от берега то ли бар, то ли магазин деревянный». Бар «Блокбост» сменило кафе «Лето», но уже не имело такого успеха. А после и вовсе возникли какие-то трения между разными владельцами земли и появившихся уже «при капитализме» объектов недвижимости, весь комплекс у воды сначала перестал работать, а после и вовсе пришел в упадок. Жилье на берегу Строительство было возобновлено только в середине 2000-х, уже на частные деньги. Отель превратился в комплекс апартаментов. Чуть позже его расширили, появились новые здания, которые сегодня в этом месте выглядят совершенно неожиданно. Бывший руководитель молодежного комплекса Владимир Дыненков стал совладельцем земли и недостроенных объектов. Марк Черепанов, которому довелось с ним общаться, считает, что он был не чужд «комсомольской романтики» в духе «сделать что-то для людей», но действовал уже в новых условиях рынка, не забывая и о себе. Достроить объект можно было и раньше, но вмешались изменения в строительном регулировании. По новым СНИПам уже смонтированные алюминиевые рамы, например, оставить было нельзя, и их пришлось менять во всём доме. «Дыненков надеялся на то, что это будет новый жилой проект с двором без машин, — тогда такого выражения в Новосибирске еще не слышал никто. Предполагалось, что там будет парковка на въезде со стороны Бердского шоссе, а оттуда жильцы будут идти до дома уже пешком», — рассказал Марк Черепанов. Новый жилой комплекс позиционировали как жилье для увлекающихся водными видами спорта новосибирцев. И действительно, выйдя из дома, можно было оказаться на берегу, сесть в лодку и отправиться дальше по воде, ведь набережную успели построить еще в советское время. Эта опция выглядит для Новосибирска уникальной и сегодня. После того как появились первые дома, владельцы «Сибиряка» задумались о расширении и пригласили архитектурное бюро Штурбабиных, в котором с объектом были знакомы еще с советских времен. Игорь Штурбабин рассказал, что была идея поставить здесь дома с террасами, но пришлось остановиться на более простом варианте. Правда, в одном из домов всё же удалось реализовать простое, но интересное решение: со стороны леса дом выглядит трехэтажным, но за счет ландшафта с берега у него обнаруживается уже пять этажей. Здесь сделали дополнительные входы, чтобы, войдя в подъезд со стороны леса и спустившись на один этаж, можно было выйти сразу на набережную. Сегодня береговое благоустройство в «Сибиряке» выглядит довольно скромно. Марк Черепанов считает, что развитию мешает отсутствие единого владельца у всего комплекса. Например, на берегу прямо перед водой есть большая бетонная площадка, на которой сейчас нет ничего. Изредка туда ставят машины жильцы или их гости (обычно места хватает во дворах. Какое-то благоустройство делать вроде бы не имеет смысла, потому что у этого участка отдельный владелец. Больше всего вопросов вызывает, впрочем, брошенный пирс и разрушающееся здание речного вокзала с эллингами. Игорь Штурбабин признает, что совершенно логичным было бы включить в свое время в проект и водные объекты. «Здесь могла бы получиться настоящая марина (причал с домами по соседству. — Прим. ред.). Подобные комплексы потом возникли в других точках в Бердском заливе — ближайший, „Аквалэнд“, расположен на другой стороне Бердского шоссе, — и пользуются спросом. Но у владельцев „Сибиряка“ в начале 2010-х не было ни ресурсов, ни, возможно, понимания перспектив такого проекта», — предположил архитектор. Сейчас, по информации Марка Черепанова, земельный участок бывшего «молодежного комплекса» поделен между разными собственниками, а некоторые объекты уже не раз сменили хозяина. Именно в этом, по его мнению, причина того, что пристань и здание на берегу оказались брошенными. Жители «Сибиряка» считают, что девелоперы давно хотят что-то построить здесь, но их сдерживают слабые инженерные сети. «По-хорошему мэрия Бердска должна определить план и принудить собственников действовать согласно этому плану», — считает Марк Черепанов. Пока жители этого обособленного квартала довольствуются слухами. Для некоторых из них квартиры в комплексе — своего рода курортное жилье. В 2019 году журналисты НГС даже побывали в одной из самых необычных квартир: владелец превратил ее в бункер. Набережную в «Сибиряке» построили в 1980-х годах прошлого века и надолго с тех пор не затевали проектов благоустройства прибрежных зон. В последние годы, однако, застройщики начали организовывать их за свой счет, включая в крупные проекты жилых комплексов. Обозреватель НГС недавно собрал все новые благоустроенные прибрежные зоны города в своем репортаже.