«Это место видел во снах»: житель Зеленограда пришел пешком в пещеру Победа, чтобы построить храм

Два года назад житель подмосковного города Зеленограда Виктор Путник вышел из дома с рюкзаком и посохом и пешком дошел до нашего башкирского города Стерлитамака. Оттуда Виктор попал в Гафурийский район и две зимы прожил в одиночестве возле знаменитой пещеры Победа (первоначально она называлась Киндерлинской). Виктор предпочитает передвигаться по Южному Уралу пешком. Побывал на Аркаиме, знаменитом городище третьего века до нашей эры — добирался до него также на своих двоих. Пройти 100 и даже 200 километров для него не проблема. Иногда он идет без денег, документов и даже без еды. Но всегда кто-то выручает и помогает очарованному страннику. Корреспондент UFA1.RU встретился с Виктором и выяснил, почему и зачем он выбрал для себя такой образ жизни. Потрудись и получишь награду! Мы нашли Виктора в поселке Инзер у церкви Сергия Радонежского. Из пещеры Победа он пришел сюда — за 80 километров — пешком, чтобы помочь восстановить старый храм, снесенный когда-то до основания. Иерей отец Роман встретил пришельца не очень-то доверчиво, но разрешил переночевать в строительном вагончике, страшно замусоренном. Мы застали священнослужителя и путешественника как раз в момент их первой встречи и знакомства. По словам отца Романа, приход в Инзере небольшой. Церковь располагается в бывшей библиотеке, обычном деревенском доме. Но есть планы построить новый храм во имя Николая Чудотворца — на том месте, где в Инзере он стоял до революции. Поставлен уже фундамент в виде креста. Виктор вызвался помочь построить церковь бескорыстно и безвозмездно. Он бывший строитель, владеет практически всеми строительными навыками: может быть и каменщиком, и плотником, и сруб знает, как поставить, и крышу покрыть, и все остальное. — Спасибо отцу Роману. Я разгреб мусор как смог и переночевал под крышей. Если договоримся, обустрою вагончик на зиму… Я могу построить церковь, в принципе, один. Могу просто помочь как трудник. Денег, конечно, у меня нет. Сам живу только на пенсию. Правда, пенсия для нашей страны неплохая — около двадцати тысяч: помогло то, что несколько лет проработал в «Газпроме». Но я дал себе обет: не дотрагиваться до денег руками: пользуюсь только карточками, или уж, если доходит до налички, беру деньги только в перчатках. Я считаю так: вам нужен храм, так давайте соберем деньги, бросим клич волонтерам и построим его. Мне лично храм не нужен: он у меня в душе. Богу он тоже не нужен. Он нужен только самим людям, чтобы молиться и доносить свои мысли и просьбы до Господа. Сам Виктор не считает себя верующим человеком. — Скорее я просто знающий. Просто знаю, что Господь сущ. И дошел до этого знания мирским путем. Однажды я заблудился в лесу. Долго плутал, весь исцарапался, устал. И вдруг Бог вывел меня на поляну, усыпанную земляникой и белыми грибами. Как будто сказал мне: потрудись сначала и потом получишь награду… Когда мирская программа выполнена Виктор в юности увлекался спелеотуризмом — ходил на Кавказ, Памир, пел у походных костров песни Визбора и Высоцкого. Но однажды, вернувшись с Памира, куда в качестве наставника возил молодых ребят, обнаружил себя на Казанском вокзале в Москве совсем одиноким. С первой женой тогда развелся. Но была любимая девушка. Тогда он решил снова завести семью и отложить бродячую жизнь на потом. Родились один за другим дети: мальчик и девочка. А затем дети выросли, а жена умерла. — Я почувствовал, что выполнил свою мирскую программу: посади дерево, построй дом, вырасти дерево. Решил, наконец, пожить для себя, — рассказывает Виктор. Обогревал небо Башкирии и вступал в разговор с деревьями И однажды он вышел из дома и пошел в сторону Южного Урала. Почему-то его тянуло именно сюда. Одиночества, дороги и ночевок в лесу он не боялся. — Я родился в лесу, на пеньке, — смеется Виктор. — И потому меня сильно удивляют вопросы, не страшно ли в лесу одному. Отец мой родом из шахтерского города Прокопьевска. Но когда я родился, мама с папой работали на лесозаготовках в Киселевском районе Кемеровской области. Две зимы, которые Виктор провел в одиночестве близ пещеры Победа, дали ему интересный и своеобразный опыт выживания в дикой природе. Летом он жил в гордом одиночестве на оборудованной стоянке около пещеры Победа и питался тем, что оставляли туристы. Иногда, бывало, спускался в деревню Таш-Асты и ходил за продуктами в магазин. На зиму он перебирался в пустующий дом деревенского жителя Рустама Хабирова. — В первую зиму пришлось тяжеловато, — признается Виктор. — Домик продувало насквозь. Практически я обогревал небо Башкирии. В 40-градусные морозы в доме стояла такая же температура, как на улице. Спал в полном зимнем обмундировании. Да и местные жители поначалу косо посматривали, мол, что за мутный человек пришел и живет. Однажды зимой у меня кончились все продукты, и мне пришлось ловить рыбу. Но потом мы подружились с местными. Мне стали помогать продуктами, одеждой. А я стал помогать спелеологам из насоновского клуба (Валерий Насонов — уфимский спелеолог, погиб при прохождении реки Шульган. — Прим. ред.): чистил пещеру от мусора, потом вырубил ступени к ней. Такое решение пришло после того, как приехал турист из Москвы, больной полиомиелитом с детства. И он преодолел невероятно трудный подъем к пещере и там внутри прошел по леднику. На костылях! И я подумал тогда: мне люди помогают, почему бы и мне им не помогать. Самым сложным в одиночестве, как признался Виктор, была… тишина. Она давила на сознание, иногда вызывала галлюцинации и заставляла вступать в разговор с деревьями, с льдинами, плывущими весной по реке. — А как вы выдерживаете такие нагрузки? — допрашивали мы нашего героя. — У вас, наверное, очень крепкий организм. — Вовсе нет, — удивил нас Виктор. — У меня врожденный порок сердца. Да и сам я многое сделал, чтобы организм пошатнулся. Но в целом Бог меня не обидел с этим… «Я хочу изменить мир» — Я не бомж, не отшельник, не мистик, не спелеолог, — рассказывает Виктор. — Просто я живу так, как мне нравится жить. У меня много друзей в Башкирии. Меня постоянно снимают на телевидении, берут интервью. Но всегда пытаются загнать в какие-то рамки, в какую-то концепцию, нужную в данный момент журналистам. Например, в одной из передач меня обрисовали как путешественника по местам силы. В другой — как добровольного уборщика знаменитой пещеры. Я ни то, ни другое, ни третье. Я просто свободный человек, у которого есть большая мечта. — И что это за мечта? — Во-первых, как это ни пафосно прозвучит, я хочу изменить мир. На самом деле мы, народ, нанимаем президента и Государственную думу, чтобы они служили нам. Так же как мы нанимаем священнослужителей, чтобы они могли исполнять для нас церковные обряды и служить нам. И недра земли должны служить нам. Так должно быть! Но на самом деле все происходит ровно наоборот. И эти взаимоотношения народа и государственной власти рано или поздно должны измениться. А они обязательно изменятся, когда каждый из нас поймет и осознает эту простую, детскую мысль, — говорит Виктор. — И вторая моя мечта — построить совершенно необычный храм. Все сошлось здесь, в Инзере. Это именно то место, которое я видел в своих снах. Виктор рассказал, что мечтает построить Свято-Троицкую церковь внутри горы Любви на окраине Инзера. Наверх, по его идее, будут выходить только три купола в виде пламени свечи, колокольня и маковка с барабаном. А сам храм, по мысли мечтателя, должен находиться внутри горы. И это будет один из самых необычных храмов в мире, считает Виктор, туда начнется массовое паломничество тех, кто верит в Святую Троицу: Бога-отца, Бога-сына и Святого Духа. — На самом деле все очень просто, — поясняет Виктор. — Троица — это три состояния воды: жидкое, парообразное и ледяное. Вода есть сама жизнь, и в ней заложен прообраз сущего везде Бога. Интересно мыслит человек. Да и мечтать никому не вредно. Просто замечательно, когда у человека есть мечта. На прощание я задала новому знакомому лелеемый мною вопрос: — Вы чувствуете себя свободным человеком? — Абсолютно! Свобода — одно из базовых понятий любого мыслящего существа… Мы подвезли Виктора до перекрестка близ села Архангельское. Прощаясь, обнялись почти как с родным человеком. И он пошел — снова пешком — в Таш-Асты. А пошел он туда, чтобы «запечатать» найденную им в горах пещеру с глубоким колодцем, чтобы, не дай бог, кто-то там пропал. Свобода не освобождает от ответственности, однако… Каменщик в одиночку строит самый большой храм в Башкирии. Зачем он каждый день встает в 5 утра и едет из Магнитогорска на стройку под облаками, читайте в нашем материале.