Ведущие следователи Уфы мечтают раскрыть идеальное преступление и сыграть Шерлока Холмса

25 июля следователи России отмечают профессиональный праздник – День сотрудников органов следствия. Простому люду их нелегкий труд не виден – судить о нем мы можем лишь по количеству раскрытых преступлений. Как выяснилось, следователи – вовсе не зануды, а настоящие творческие люди. Старший помощник руководителя республиканского Следкома Светлана Абрамова рассказала Ufa1 про самых выдающихся следопытов Башкирии. А мы задали им по три одинаковых вопроса. Итак, знакомьтесь! Майор юстиции Ирина Рябушкина трудится в следственном отделе уже десять лет – Почему решили стать следователем? – Сначала я хотела быть врачом, – признается Ирина. – А еще я очень историю любила. Но папа сказал: «На исторический не пойдешь!» И я поступила на юрфак. У меня и сестра юрист – можно сказать, династия. Все решила летняя практика в прокуратуре: понравилось, как следователи работают. Работа творческая: общение с людьми, допросы, выезды – романтика! Еще и людям хотелось помогать – находить обидчиков, добиваться, чтобы отвечали по закону. – Какое громкое дело раскрыли, а какое – запомнили? – Было у нас нераскрытое дело: в мае на проспекте убили молодую женщину – зарезали, более десяти ножевых. Женщине 30 лет, учительница, дома никого не было, родные так и вообще в Стерлитамаке живут. Прямо мистика. Стали выяснять что к чему, отрабатывать связи. Вскоре подозрения пали на мать, но женщина отнекивалась – мол, была у себя, о смерти дочери узнала от сына. На очередном допросе она снова стала все отрицать, а я ей говорю: «Вы же у дочери дома были, там и вещи ваши нашли». Она сразу сникла и во всем созналась: приехала в тот день к дочери в Уфу, корила, что та скинула ей, как балласт, внучку, а сама живет припеваючи. Женщины поссорились, 56-летняя мать не справилась с эмоциями. Меня, кстати, хвалили недавно: больше всех преступлений раскрыла в первом полугодии – 18. А первое свое дело не могу забыть до сих пор: расследовали убийство полуторагодовалого мальчика. Поздний ребенок, родители его очень ждали, опекали. Жалко их было – почернели от слез. А напал старший сын: стал резать мать, двоюродную сестру и малыша. Потом выяснилось, что у парня обострилась шизофрения. – Дома тоже о работе думаете? – Нет, конечно! Нельзя близко к сердцу все принимать, иначе не сможешь работать – никаких душевных сил не хватит. Поэтому нужно уметь абстрагироваться. Я люблю книги, музыку, кино – только, упаси бог, не детективы! Фэнтези предпочитаю. Вот «Игру престолов», например, – все книги прочла и все серии пересмотрела. Ребусы обожаю, кроссворды, особенно японские математические – могу надолго над ними зависнуть. А еще мечтаю спланированное преступление раскрыть: это интересно, как головоломка. Тем и прельщает эта работа – здесь нужно мыслить. Следователь по особо важным делам Евгений Каневский сначала был юрисконсультом, потом почти два года – адвокатом, даже успел поработать в наркоконтроле! Но, сколько себя помнит, его тянуло к следственной работе. А когда год назад Женю пригласили в следственный комитет, понял – мое! – Почему решили стать следователем? – У нас это семейное: и бабушка с дедушкой в юриспруденции работали, и родители. Еще ни разу не пожалел, что пошел по их стопам. Следователь должен быть универсалом: разбираться в медицине, строительстве, земельных вопросах, с душегубами. За несколько дней нужно стать специалистом в определенной области: приходится читать тонны литературы, разбираться в нормативной базе, советоваться с экспертами, быстро соображать – мозг всегда в тонусе. А еще работа учит общаться с людьми – находить к каждому корректный подход. – Какое громкое дело раскрыли, а какое – запомнили? – Громкими делами похвалиться пока не могу, но вот недавно вместе с уголовным розыском мы раскрыли дело об изнасиловании. Девушка обратилась в следственный комитет, но знала только прозвище нападавшего. Никаких киношных засад не устраивали: засели за соцсети, пересмотрели множество фотографий – так и вычислили имя и фамилию. Пригласили на беседу, а он взял и во всем сознался. Приятно привлечь таких лиц к ответственности. – Дома тоже о работе думаете? Отключаться от расследований Евгению помогает... игра в театре! А недавно Женя даже вышел на сцену с московскими звездами – Борисом Щербаковым и Марией Ароновой: заменил заболевшего актера в пьесе итальянского драматурга Дарио Фо «Свободная пара». – В детстве я разрывался: и медиком хотелось стать, и следователем, и актером. Медика потом забыл, а следователя и актера пока удается сочетать. Когда учился в Институте права, целенаправленно искал кружок классического театра. И нашел! Сначала это был танцевально-музыкальный театр при пединституте, а через пять лет меня пригласили в народный театр Петра Шеина «Третье поколение». Начинал на новогодних утренниках, еще роль дьявола очень запомнилась: никто не верит – не похож! Сейчас мой репертуар – в основном комедии: английские, французские, русские, есть и трагедии. Кончено, бывает, что приходится сбегать с репетиций, и даже с премьеры – работа-то важнее. А вообще мечтаю сыграть эксцентричного Шерлока Холмса! Ильдар Лукманов посвятил профессии уже девять лет. Но прежде, чем стать следователем-криминалистом, преданность делу ему пришлось доказывать – целых два года работать общественным помощником. И никакой зарплаты! – Почему решили стать следователем? – Я тогда только юрфак окончил, практиковался. Родители сначала ворчали, мол, сколько можно даром вкалывать? Но потом поняли, что меня не переубедить. Говорят же – душа лежит к работе. Это про меня: с детства любил собирать сведения по крупицам, анализировать и складывать в целую картину, как пазлы. – Какое громкое дело раскрыли, а какое – запомнили? – В Благовещенске убили бродягу. Прямо в центре города. Ни видимых ран, ни следов. А я только второй день как на работу вышел! И вот он лежит передо мной, а что делать – непонятно: это тебе не практикантом за следователем ходить. В общем, разволновался. А потом взял себя в руки, прошелся по его кругу общения: продавцам, бомжам. Так и нашел убийцу – такой же бродяга, не поделили выпивку. Нападавший хитрый оказался: ходил с костылем, прикидывался, что больной и немощный. Как до драки дошло, тем же костылем избил беднягу до смерти, а орудие в соседний огород выкинул. А из громких – раскрыли убийство в Булгаково. В 2007 году сестра заявила, что пропал брат. Искали, но без толку. Так и числился пропавшим без вести. И вот через три года появилась информация: дворник с мясного рынка проболтался, что убийство... ему заказала родная сестра пропавшего! Сама, дескать, и дверь открыла. Приехали в дом, где семья жила, а там уже другой владелец: старье снес и все новое выстроил. Пришлось разнести ему весь гараж: там под бетонным полом мужчину и нашли. А проболтался дворник от обиды: женщина посулила ему за убийство приличную сумму и не заплатила. Когда ее взяли, призналась, что надоели упреки брата за пристрастие к спиртному. Вместо того, чтобы бросить пить, решила его убить. 14 лет ей дали. – Дома тоже о работе думаете? – Дочки в меня пошли – любят пазлы собирать. Я, к сожалению, редко с ними вожусь: очень часто прихожу домой поздно. С женой повезло: понимает, не ругает. Но выходные стараюсь посвятить семье: зимой на горных лыжах катаемся, летом на природу выезжаем. А еще я играю в волейбол – на соревнованиях с правоохранительными органами седьмое место взяли. Только хорошие места наша команда не занимает – тренироваться-то особо некогда. Всего за пять лет работы Тимур Суфиянов прошел путь от простого следователя до криминалиста. Уже успел воспитать четырех достойных сотрудников, а в 2014 году его даже признали лучшим в следственных органах России! – Почему решили стать следователем? – Я совсем не так себе представлял следственную работу: думал, сидят там эдакие седовласые шерлоки холмсы, покуривают, сорят идеями и расследуют впятером одно уголовное дело. Оказалось, что следователи такие же, как и я – молодые ребята, и ведут по 10 дел одновременно. А вообще я мечтал стать, как и отец, коммерсантом. Но папа сказал, дескать, нашему делу нужен юрист. Когда же попал на практику, понял, что хочу бороться с преступностью. – Какое громкое дело раскрыли, а какое – запомнили? – Помню первый свой выезд, я тогда был практикантом. Медицинский работник заразился СПИДом – напоролся на необработанные инструменты и на глазах у жены и детей свел счеты с жизнью. Но скончался не сразу – успел выйти на улицу. Детей жалко было – травма на всю жизнь. Еще было одно хорошее дело, после него я как следователь окреп. Бывшего начальника ГИБДД обвиняли в нарушении правил дорожного движения, что привело к гибели человека – иными словами, пьяным сел за руль и устроил аварию. Полтора года длилось следствие, доказательная база хромала – проще было прекратить дело, чем отправить в суд. Но мы все равно не сдавались. А было вот как. Обвиняемый доказывал, что ДТП было не избежать: на ходу пробило переднее левое колесо, якобы из-за этого машину на повороте выбросило прямо на встречное авто. К тому же, эксперты нашли в пробитой шине металлический предмет. Я все голову ломал – как же доказать его вину? И решился на следственный эксперимент: перекрыли участок трассы, где произошла авария, за руль точно такой же машины посадили статиста, спустили переднее левое колесо и вошли в поворот со скоростью 114 километров в час. Статист вписался идеально, даже разделительную полосу не зацепил. Вот так вину бывшего гаишника и доказали – суд определил ему четыре года колонии-поселения. – Дома тоже о работе думаете? – Вечером меня только и хватает, чтобы до кровати доползти. А вот в отпуске плотно занимаюсь дачей: топлю баню, выращиваю салаты, укроп, помидоры. Сажаю сам – что такого? Я так душой отдыхаю.