Петр Мамонов отметил 25 лет творческой деятельности

«Давненько мы тебя не видели!» — именно такой слоган присутствовал в рекламе творческого вечера культового музыканта, поэта, актера и философа Петра Мамонова, прошедшего в РК «Огни Уфы». Действительно, с трудом осознаешь, что с момента начала сценических экспериментов Петра Николаевича и его самобытной группы «Звуки Му» миновала уже четверть века. Публичными выступлениями концертного формата артист в последние годы балует зрителя нечасто. За истекший период историками было зафиксировано множество знаковых событий с его участием. Отметим, в частности, помимо собственно музыкальных релизов и триумфальных актерских работ, превосходно сыгранные роли в фильмах: «Игла», «Такси-блюз», «Остров» и «Царь», — а также популярные абсурдистские моноспектакли: «Есть ли жизнь на Марсе», «Мыши плюс зелененький», «Шоколадный Пушкин». Об альбомах рок-группы «Звуки Му» или сольных пластинках Петра Мамонова мы отдельно рассказывать не будем: в них присутствует множество песен, заученных наизусть уже не одним поколением творческой интеллигенции и просто продвинутыми любителями музыки. Достаточно вспомнить такие произведения, как «Досуги-Буги», «Серый голубь», «Шуба-Дуба Блюз». А один особо вдумчивый наблюдатель как-то назвал жанр и стиль группы не иначе как «русской народной галлюцинацией». И, как убедились слушатели во время недавнего концерта в Уфе, даже выступая сольно, под аккомпанемент всего лишь одной электрогитары, и просто читая со сцены стихи и какие-то невероятные прозаические наброски, Петр Николаевич полностью оправдывает упомянутое почетное наименование жанра. Аудитория от такого интеллектуального музыкально-поэтического угощения пребывала в полном и несомненном восторге: не каждый день приходится видеть, как один человек (и весьма почтенного возраста — 58 лет) без использования каких-либо визуальных или звуковых эффектов умудряется в течение почти двух часов не только «продержаться» на сцене, но и оказать своей энергетикой, а также абсолютно гипнотизирующей и при этом нарочито, чисто внешне примитивной музыкой и поэзией на публику такое воздействие, о котором любой сравнительно молодой и амбициозный рок-музыкант может лишь мечтать. Как вам, к примеру, такая поэтическая зарисовка: «Вот он я. Как это? Пошел, окунулся головой в прорубь. Облака, как рыбий скелет». Или не менее интересное наблюдение: «Слепни захотели прокатиться. Сели на лобовое стекло — и едут». Разумеется, в сет-лист творческого вечера в Уфе попали не только стихи, но и все самые знаменитые песни группы «Звуки Му». И реакция зала была самой эмоциональной, ибо с первых аккордов выступления в зале возникла атмосфера настоящего рок-концерта, когда на сцену выходит не какой-то полузабытый и невнятный «кумир прошлых лет», а настоящий артист, абсолютно честный перед собой и публикой, подтверждающий смелые предположения относительно того, что можно сыграть песню практически на двух аккордах — и это будет настоящий выход в астрал, в иное измерение. И не надо группы из пяти-семи «профессиональных» музыкантов, не требуется никаких внешних эффектов и декораций. Если художнику есть, что сказать окружающему миру, можно обойтись абсолютным минимумом инструментов и выразительных средств. В итоге несколько сотен зрителей аплодировали музыканту и актеру стоя. Оно конечно, нынешние 20-летние меломаны, активно и энергично скачивающие полюбившиеся музыкальные композиции из разнообразных интернет-ресурсов и наблюдающие мировые кинопремьеры в 3D, не очень-то и верят в предания старины глубокой: мол, когда-то, всего лишь 25 лет назад, за окном неподвижно стояла Советская власть, а более или менее осмысленная и актуальная зарубежная музыка (всякие там Rolling Stones и AC/DC) подпольно переписывалась на аудиокассеты с виниловых пластинок, ввезенных в СССР практически нелегально. В довершение ко всему в 1984 году были составлены списки советских и зарубежных рок-коллективов, официально запрещенных в государстве, исповедовавшем в качестве основной религии так называемый «развитой социализм». Соответственно, для самодеятельного песенного творчества советским гражданам не рекомендовано было никаких тем, выходящих за рамки репертуара Иосифа Кобзона, Юрия Антонова и ВИА «Земляне». Но молодые рок-герои начала и середины 80-х неудержимо рвались за флажки цензурных запретов. Яркий пример — песня Петра Мамонова и группы «Звуки Му» «Серый голубь» — представляет собой потрясающий по своему эмоциональному воздействию на слушателя «монолог» ничем не примечательного пернатого обитателя городских крыш и помоек, как бы осознающего свою полную (с точки зрения людей) бесполезность и ничтожество: «Я самый плохой, я хуже тебя. Я самый ненужный, я гадость, я дрянь. Зато я умею летать!» Когда в апреле 1985 года Советский Союз было решено перестраивать и улучшать, именно подобные песни, порой поднимающие самые насущные и неудобные нравственно-философские вопросы, стали знаковыми для «перестроечного» молодого поколения. И, конечно же, группы: «Звуки Му», «ЧайФ», «Наутилус Помпилиус», «Аквариум», «Кино», «Зоопарк», — вышедшие из конспиративно-квартирного концертного подполья на большую сцену, теперь уже абсолютно открыто обращались ко всем, кого «научила мечтать свежая краска газет». Между тем годы шли... Как известно, СССР со временем улучшился настолько, что перестал существовать. И бороться неформальным музыкантам стало как-то не с чем. Кто-то просто интегрировался в новый русский шоу-бизнес, радиоформаты и прочие магические практики. Но Петр Мамонов никуда не вписывался. При этом он, насколько можно предполагать, не изображал из себя чрезмерно радикального деятеля рок-движения, помня о мудром пушкинском принципе: «Не продается вдохновение — но можно рукопись продать». Он записывал альбомы с музыкой самого элитного альтернативно-концептуального качества и безудержно абсурдной интеллектуальной поэзией, издавал стихотворные сборники, а также ставил и играл моноспектакли, которые бы сделали честь любому обладателю диплома театрального вуза. Кстати, если говорить о такой знаковой для современного российского шоу-бизнеса фигуре, как продюсер, то и с этой модной темой у Петра Мамонова и группы «Звуки Му» в свое время — а именно в конце 80-х годов прошлого века — было связано немало интересных моментов. Дело в том, что в свое время на них обратил самое пристальное внимание не кто иной, как мистер Брайан Ино. А этот английский джентльмен является абсолютным авторитетом в мировой альтернативной и экспериментальной музыке и звукопродюсировании и сам имеет в своем творческом багаже немало суперуспешных пластинок, являясь к тому же изобретателем такого медитативного стиля электронной музыки, как ambient. Заполучить его в качестве продюсера своих альбомов мечтают многие монстры мировой рок-музыки. В итоге группа «Звуки Му» настолько воодушевила Ино, что при его непосредственном участии в Великобритании был записан альбом русского рок-коллектива. Как однажды справедливо заметил давний поклонник ЗМ Борис Гребенщиков, ««Звуки Му» были не «самодеятельной рок-группой», пусть даже маргинально-лучшей, а, наверное, самым значительным явлением российского искусства со времен Шостаковича, хотя рамки искусства им были, несомненно, узки: их концерты были полноценным шаманским ритуалом по изгнанию лживого беса советского сознания. Они ухитрились быть плотью от плоти Советов и одновременно полным их отрицанием. Недаром эстет-аристократ Брайан Ино, приехав в Россию для того, чтобы приложить британское умение музыкоделания к самодеятельному, но обильному русскому таланту, без малейшего колебания выбрал «Звуки Му» из моря других коллективов и сказал, что будет работать только с ними». Последовали даже концерты ЗМ на берегах туманного Альбиона, а также в иных регионах дальнего зарубежья, и, очевидно, не без некоторого успеха: ситуация для звезд русского рока вообще уникальная. Это у нас «продюсер» — обычно некий персонаж с полукриминальным имиджем и манерами, «разруливающий» проблемные ситуации с теневыми структурами и одержимый тем, как бы побольше заработать на своих подопечных. На Западе — это, прежде всего, человек, от которого реально зависит качество аранжировок и записи музыки. Как нам удалось выяснить в неформальном общении с артистом после выступления, в настоящее время Петр Николаевич нечасто общается с Брайаном Ино, но самые дружелюбные отношения между ними сохраняются. Только из нового поколения русских рокеров легендарный продюсер как-то никем и не заинтересовался. Вообще при ближайшем знакомстве оказалось, что артист начисто лишен каких-либо признаков «звездной болезни». Впрочем, по его собственному признанию, он не отказывается от выступлений и на корпоративных праздниках: все дело в том, что мотивацией для выхода на сцену или на съемочную площадку лично для него является не только стремление заработать деньги, но и истинная любовь к искусству. «Часть зала идут на актера из фильма «Остров». Первые 10–15 минут они думают: уйти или нет. А потом они уже улыбаются и хлопают вместе со всеми. Значит, артисту удалось избежать этого мрака. Я все-таки себя позиционирую как человека позитивного толка. А сценические приемы могут быть разные», — ответил Мамонов на упрек одного представителя СМИ по поводу его подчас мрачно-абсурдного сценического имиджа. Коснулся разговор и вечных ценностей: не секрет, что Петр Николаевич является глубоко верующим человеком. «Лучше на себя оборотиться и поглядеть: зачем я сегодня прожил день? Если для себя только — то мимо. Для вечности этот день потерян», — сказал артист. «Если бы не было обижающих, как бы мы научились прощать?» — этот простой вопрос поэта, актера и философа, скорее всего, заставил пишущую братию задуматься самым серьезным образом. Как, впрочем, и все творчество этого незаурядного человека. Благодаря тому, что такой человек на нашей рок-сцене все-таки есть, можно просто научиться видеть, насколько прекрасен мир как он есть, не искаженный призмой так называемого «медиа-бизнеса».