Следящие из кустов родители, 15 километров пешком до дома, порицание за бантики: что уфимцы помнят о школьных годах

Про их способы добираться до школы ходят легенды и мемы, но на самом деле детство советских учеников действительно было особенным. 1 Сентября — это праздник не только для школьников, их родителей и учителей; даже те, кто закончили учебу много лет назад, нет-нет да и вспоминают в этот день первого классного руководителя, дружбу, любовь и нелепые ситуации. О встречах с волками, украденном знамени и масштабной шутке над одногруппниками — читайте в первосентябрьских историях уфимцев. «Залез в окно и вынес знамя» Ольга Зимина пошла в 1-й класс почти 60 лет назад, но до сих пор хорошо помнит и начальную школу, и первую учительницу — Аллу Алексеевну. — Она встретила нас на линейке и сразу обняла. Это было так неожиданно, что мы все оставили родителей, окружили ее и каждый старался взять за руку. 27-я школа, в которой училась Ольга, находилась возле леса, поэтому учительница ухитрялась проводить там некоторые уроки, учила детей разбираться в грибах, ягодах, цветах и деревьях, вместе с учениками Алла Алексеевна сушила букеты, а потом развешивала их в классе, чтобы там стоял аромат леса. — Практически все одноклассники жили возле школы, поэтому, даже когда кто-то из учеников заболевал, он ждал ухода родителей на работу и приходил на уроки. У учительницы на этот случай был термос с травами, которыми она отпаивала любителей получать знания. Очень хорошо Ольга помнит случай из 8-го класса, она тогда была секретарем комсомольской организации. Работа велась активная — слеты, ориентировка по местности, творческие мероприятия, и, конечно, было развито шефство над младшими школьниками и ветеранами войны. У многих не вернулись отцы, деды, так что ученики знали о Великой Отечественной всё. Тогда на встречи с ветеранами класс Ольги приглашал одну женщину, она была санитаркой, во время спасения раненых попала в плен и сменила четыре концлагеря, в воспоминание о которых остались наколотые номера. В числе ее рассказов были истории о том, как солдаты спасали Знамя Победы, даже рискуя своей жизнью, поэтому ученики особенно ответственно подходили к вручению классам переходящего красного знамени. — В 8-м классе на очередном комсомольском собрании наш класс назвали самым лучшим, поэтому мы очень ждали, когда получим честно заработанное знамя. Но за неделю до вручения наш одноклассник Мишка нахватал двойки, и знамя вручили «А» классу. Для нас это было потрясение, девочки плакали, а мальчишки объявили Мишке бойкот. На следующий день, когда мы зашли в класс, увидели знамя на том месте, на котором мы хотели его поставить. Оказывается, Мишка пришел пораньше, залез в окно «А» класса, вынес знамя и поместил к нам в кабинет. Шуму было много, знамя пришлось вернуть, а Мишку мы все простили. Ошибочная фраза, что школа не воспитывает. Воспитывает еще как, проникая глубоко в душу, поднимая всё теплое и светлое. Муж Ольги Иван Зимин родился в 1947 году в деревне Купоярово на берегу озера Асылыкуль. Школа была только одна, так что учились в ней до 3-го класса: из города приезжала учительница, жила на квартире и учила 12 учеников разного возраста одновременно, при этом разделяя программу согласно их классам. В средней и старшей школе приходилось учиться в другом районе, за 15 километров от дома. Утром в понедельник отец на лошади отвозил Ивана до тети Лены, а в пятницу забирал на выходные. Кроме него в маленьком домике тети жили двоюродные брат и сестра, тоже из Купоярово, которые учились в этой же школе. Утром тетя Лена варила картошку, пекла хлеб, ставила на стол свежее молоко и уходила в колхоз на работу, а ребята после уроков обедали, помогали по хозяйству и снова шли в школу на дополнительные занятия. Иван занимался баскетболом и русскими народными танцами, эту любовь к художественной самодеятельности, привитую в школе, он сохранил на всю жизнь: 15 лет танцевал в ансамбле русского танца при приборостроительном заводе, где работал после техникума. — Есть одна история, которую муж часто вспоминал. Однажды он решил не дожидаться отца и самостоятельно добраться после школы домой, в Купоярово. Дело шло к вечеру, Иван шел по трассе с фонариком в надежде встретить попутку. Стало темнеть, и он увидел две пары глаз — из леса вышли волки. Они двигались в том же направлении, как шел муж, и на его счастье отец все-таки встретил его по дороге. Об этом случае еще очень долго судачили в деревне, а любимой книгой Ивана стала «Белый клык». «Вахтерша проснулась и не понимает, почему студенты в 3 ночи пошли на пары» Наталья Зинова оканчивала школу в начале 90-х, поэтому застала советское детство с пионерией, даже была председателем совета отряда. Со школы воспоминаний осталось мало, коллектив был не дружным, но выпускной из 11-го класса они помнят до сих пор. — Развлечений у нас было мало, так что мы любили школьные дискотеки, которые проводились регулярно. В 11-м классе кто-то из учеников то ли пронес спиртное, то ли еще нарушил какие-то правила, в итоге директор решил нас наказать и отменить неофициальную часть выпускного. И вот мы нарядные получаем аттестаты, пьем чай, а в 8 вечера сотрудники столовой говорят, что она закрывается и нам надо уходить. А какой выпускной вообще заканчивается в 8 вечера? Празднование в ресторанах развито не было, родители тоже не ожидали, что нас действительно оставят без праздника, поэтому ничего и не продумали заранее, — вспоминает Наталья. — Ну и мы пошли нашей компанией просто гулять, мальчики взяли то ли вино, то ли шампанское. Родители, которые должны были за нами следить, толпой шли в метрах ста от нас. В какой-то момент мы решили сесть на лавочке возле кустов. Взрослые, наверное, решили, что, если и они под куст сядут следить за нами, будет совсем странно. Так что пошли в гости к маме моей подружки и следили уже с 9-го этажа. В отличие от школы, с учебы в финансово-экономическом колледже у Натальи много воспоминаний. Группа была дружная, постоянно устраивали выезды на природу, отмечали «экватор», даже двухдневный выпускной самостоятельно организовали на турбазе, а еще часто оставались у друзей в общежитии. — Группа у нас была человек 30, и только 8 из них — городские. Мы любили ходить в гости к общажным, нам казалось, что жизнь у них интересная, свободная от родителей и самостоятельная. Вместе мы играли в карты, прятки, пели песни под гитару. Как говорится, от сессии до сессии живут студенты весело, особенно в общежитии. Наталья вспоминает случай, как друзья решили подшутить над двумя очень серьезными и ответственными одногруппниками. Им перевели часы, а весь этаж в 3 ночи дружно проснулся и стал имитировать бурную деятельность: умываться, греметь посудой — делать вид, что собираются на учебу. — Разбудили этих двух ребят с вопросом: «Вы чего спите? На пары пора». Они проснулись, видят, что кто-то завтракает, кто-то уже одетый ходит. Парни в кипише собирают портфельчики, уверенные в том, что опаздывают. А вся активность, естественно, на одном этаже. Ребята пошли вниз, вахтерша проснулась, глаза 6 x 9, не понимает, почему студенты в 3 ночи пошли на пары. А колледж с общежитием был соединен подземным переходом. И, только пройдя его, парни поняли, что еще минимум несколько часов ни на какую учебу никто не собирается, — вспоминает Наталья. — Много таких приколов нам рассказывали. Знаю про ребят одних, они очень крепко спали всегда, ничем не разбудишь. Друзья как-то взяли и поменяли им дверь на снятую с туалета. Те просыпаются — и такой сюрприз. Много хороших историй с колледжа, несколько лет назад было 20 лет выпуска, собирались с одногруппниками, вспоминали, классно было. — В советские времена был дефицит канцтоваров. Перед 1 Сентября в «Универмаге Уфа», на улице перед ним, или в «ТЦ Башкирия» открывались школьные ярмарки. Не передать те чувства (какое-то приятное волнение, охота было прийти в школу со всеми новыми вещами и школьными принадлежностями), когда мне покупали школьные принадлежности, всё новое, а если импортные ручки, карандаши или ластики, или яркие тетради (в основном тонкие зеленые тетради продавались), так это была такая радость, — вспоминает Инга Сайфуллина. — Вечером всё разглядывала, перекладывала. Также покупали новую форму, обувь, мне фартуки к школьной форме всегда шили из атласа. Это было круто! У бабушек покупали букет астр или гладиолусы. Было огромное желание идти на 1 Сентября, но потом оно через несколько дней пропадало. «Выставили на всю школу чуть ли не как распущенную женщину» — В школу я пошла в 1977 году, училась в 91-й с углубленным изучением английского языка. Кроме уроков была продленка, так что с 9 утра до почти 6 вечера мы были в школе. Класс был дружный, но, несмотря на это, школа — волнительная штука, связанная с контрольными, экзаменами. Даже сейчас накануне ответственного события в жизни снится сон, что я пришла в школу без тетрадки, без ручки, без учебников, не в форме и почему-то не выучила уроки, — вспоминает Светлана Лагутенкова. — У меня дочь школьница, и я сравниваю современных учеников и советских. Для нас было важно стать октябренком, потом пионером, потом комсомольцем, а самым страшным наказанием было общественное порицание, когда тебя вызовут на совет отряда или еще хуже — на совет дружины. Если тебя исключат из пионеров — это, как мне казалось, самое ужасное событие. С теплом Светлана вспоминает и приучение к общественно полезному труду: уборка класса, территории школы и района, заклеивание окон, подметание улиц — и родители, и школьники относились к этому нормально, не возмущаясь использованию детского труда. Детей также учили любить Родину, классная руководительница организовывала походы, туристические поездки в Киев, Львов, Минск. Как мальчики, так и девочки учились стрелять из винтовки, участвовали в зарницах, Светлана была ассистентом знаменосца и тоже участвовала в конкурсе. — Но еще в советской школе были свои минусы. Нужно было быть, как все, если ты общественник — это хорошо, но если нет — индивидуальность не приветствовалась. Были дискотеки, директор стоял на входе и проверял, чтобы, не дай бог, девочки не пришли в брюках, а мальчикам не разрешалось приходить в джинсах. Нельзя было носить колечки, сережки, краситься, распущенные волосы — это вообще был ужас. Помню, девочка одна пришила бантики к фартуку, ее выставили на всю школу чуть ли не как распущенную женщину. В этом отношении школа девочек как девочек не приветствовала. Единственное, помню, была учительница труда, она учила нас шить, готовить кушать, хорошим манерам, там мы чувствовали себя девочками, а так в советской школе девочки и мальчики были равны.