Журналист — о публичных слушаниях, которые оказались не публичными: «Меня вынудили хейтить власть»

«Разница между диктатурой и демократией следующая: демократия — сначала голосуем, потом слушаем. Диктатура — не тратим драгоценное время на бесполезное голосование» — Чарльз Буковски, американский писатель.

Еще вчера утром я и подумать не могла, что окажусь в подобной ситуации. Меня, интересующуюся политикой лишь поверхностно и исключительно по мере служебных обязанностей, вынудили хейтить власть.

О том, что публичные (повторю — публичные!) слушания по плановому бюджету города на 2020–2022 годы пройдут 5 декабря, я узнала почти случайно. Специально ими не интересовалась, а пойти решила лишь в надежде лично познакомиться с одним человеком, который должен был выступать. И нет, он не из оппозиционеров.

Кроме прочего, на прошлой неделе я узнала, что руководитель МУЭТ добивается бюджетных денег через суд, потому что город свел на нет финансирование собственного предприятия. То есть электротранспорт у нас больше не поддерживают, а трамваи и троллейбусы, которые дают пенсионерам возможность ездить за 13 рублей, кинули на произвол судьбы. Как выяснилось, наш муниципалитет, а с ними и городские депутаты, те еще «кидалы» — им и на граждан, и на журналистов глубоко все равно. Именно к такому выводу я пришла в результате событий, которые изложу по порядку.

Еще на прошлой неделе, как говорится, «во избежание», я позвонила в пресс-службу городского совета Уфы уточнить, надо ли аккредитовываться на слушания. Пресс-секретарь пообещал уточнить, а минут через 15–20 перезвонил и сообщил:

— Аккредитации не требуется, это же публичные слушания, они открыты для всех граждан и журналистов, вход свободный, приходите в ГДК к 16:00.

— Точно не требуется?

— Точно не требуется, приходите!

Обрадованная хорошей новостью, я внесла в ежедневник в нужную графу нужную запись и жила себе спокойно, ожидая того самого дня. О том, что место проведения слушаний перенесли, я узнала только на крыльце ГДК, но тут, конечно, моя вина: информация была опубликована еще в начале недели (по крайней мере, так мне объяснили мои коллеги). Благо времени было предостаточно, четыре остановки на автобусе я преодолела за 10 минут и около 15:45 уже приближалась к цели. Как я тогда думала.

Нездоровое движение перед зданием горсовета не заметить издалека было просто невозможно: у крыльца толпились люди, работали тракторы и прохаживались полицейские. Лилию Чанышеву, общественницу, лидера уфимского штаба Навального, не заметить тоже было невозможно — рядом камера на треноге, а в руках документы, распечатанные на принтере бумаги. Появились подозрения, что повторяется сценарий слушаний республиканского бюджета — туда Чанышеву не пускали под предлогом отсутствия в каких-то списках, а когда она все-таки нашла свой путь к микрофону, охранники вынесли ее из зала буквально на руках.

— Неужели опять не пускают?

— Не-а, говорят, что мы не в списках, — ответила Лиля, грустно улыбаясь.

— Погодите, какие еще списки? Они что, опять списки составляют?

Я в ужасе побежала к охранникам узнавать, пустят ли меня — представителя СМИ.

— А вы аккредитовывались?

— Нет. А надо было? Мне в пресс-службе горсовета сказали, что вход свободный…

После моего «нет» человек с бейджиком на груди «секретариат горсовета» начал активно мотать головой из стороны в сторону, мол, гуляйте отсюда, девушка, вам тут не место. Но другой с таким же бейджем все же потянулся за какой-то бумажкой:

— Подожди [это он первому], давай проверим, может, ее вписали. Как ваша фамилия?

Я назвала фамилию, увидела краем глаза, что в списке аккредитованных 6 или 7 строк, а потом услышала, что меня там нет (ну естественно, я же не из того СМИ, которое финансируют из бюджета!).

— Погодите-ка, а когда надо было аккредитовываться?

Видимо, вопрос застал секьюрити врасплох, потому что без всякой задней мысли и попыток уйти от ответа мне признались тут же, на входе:

— Так сегодня в 11 предупредили!

О как! Здорово-великолепно! Кого предупредили? Почему меня не предупредили? Позвонила в редакцию, оказалось, что действительно, на официальном сайте горсовета появилось информационное сообщение, где сказано, что нужно аккредитовываться. Вот только опубликовали его примерно за 4 часа до начала самих слушаний! Каюсь, я не из тех людей, что неусыпно бдят за сайтом горсовета, и обычно всю новую информацию от них узнаю из рассылки. Вот только в этот раз к нам на редакционную почту «забыли» черкануть пару строк. И насколько я знаю, таких уведомлений не получили и другие СМИ.

Я промерзла до мозга костей, безуспешно пытаясь дозвониться до сотрудников пресс-служб Горсовета или администрации города, и ожидая возможности попасть на слушания. В 16:05 я поняла, что внутрь точно не попаду, а тут очень кстати подъехали полицейские, которых вызвала Лилия Чанышева. И да, я написала заявление в полицию. Написала, потому что чувствовала себя (и чувствую до сих пор) обманутой. Потому что публичные слушания превратили в сходку для узкого круга людей. Потому что некие неизвестные мне люди решили, что могут препятствовать законной профессиональной деятельности журналистов (а это, на минуточку, статья Уголовного кодекса).

Я не знаю, что именно, но пора уже что-то делать со всеми этими экспериментальными обсуждениями вокруг «абилитационного дельфинария», с абсолютно наплевательским отношением к журналистским запросам... Не хотела вот так, но теперь расскажу: неделю назад я отправляла запрос в администрацию города, спрашивала, какие работы будут проводить на озере Кашкадан зимой. Спустя неделю мне ответили следующее:

— Планируется предусмотреть мероприятия по формированию биологического каркаса озера (высадка водных растений, заселение микроорганизмов и прочее, сооружение аэрационных фонтанов, обеспечивающих циркуляцию, насыщение кислородом).

Высаживать водоросли зимой? Вы смеетесь? Напомню, в то время, пока я ждала ответа на запрос, рыба в водоеме парка Кашкадан вмерзла в лед!

Написала я заявление в полицию, заранее зная, что удовлетворяющего меня результата не получу, никого с должности не снимут и даже пальчиком никому не пригрозят. Скорее уж, премию выпишут, ведь Сам Главный на встрече с главными редакторами уфимских СМИ рассказал, как избегать скандалов, — просто не пускать народ в здание, где есть микрофон.

Но все-таки у меня в голове не укладывается: неужели власти не понимают, что сами и намеренно качают лодку, провоцируют агрессию в свой адрес? Ведь если бы все прошло, как прописано в законе, если бы все смогли выступить, никак бы это не отразилось на бюджетных планах, приняли бы его все равно в том виде, в каком задумали. И не было бы такой волны возмущения среди активных граждан.

И раз уж Лилие Чанышевой не дали возможности высказаться на публичных слушаниях, то считаю необходимым процитировать заготовленную ею речь здесь, на страницах сайта UFA1.RU:

— Я изначально хотела сделать обзор бюджета, какие изменения в нем заметила. Потому что тот бюджет для граждан, который они опубликовали, не содержал никакой аналитической информации. В сравнении с бюджетом текущего года в проектном значительно снизились очень важные статьи расходов: на физкультуру и спорт — на 286 миллионов, на социальную политику — больше чем на 60 миллионов, на окружающую среду — на 25,5 миллиона рублей. Кроме того, сократятся расходы на 1 300 миллионов рублей на ЖКХ, из них 900 миллионов — на жилищное хозяйство и 400 — на благоустройство. И о каком годе эстетики можно вести речь, если настолько сильно сокращают расходы? Сократятся и расходы на дошкольное образование — на 302 миллиона рублей. И это значит, что не будут получать воспитатели обещанные майскими указами президента средние зарплаты по региону — 35 тысяч рублей в месяц, — рассказала Лилия после того, как мы оставили попытки попасть в зал, где без нас прошли публичные слушания по проекту городского бюджета на 2020–2022 годы.