О защите Гурьева: в чем обвиняют экс-министра — разбор «по закону» от UFA1.RU

В уголовном деле Евгения Гурьева, экс-министра земельных и имущественных отношений Башкирии, как говорится, без специфической помощи не разобраться. Прежде всего, по той причине, что сделки с госсобственностью регулируются не только общим правом, но и специальными законодательными актами, названия которых простые граждане никогда даже не слышали. Чтобы выяснить, почему защита Гурьева настаивает на его полной невиновности, корреспондент UFA1.RU восстановил хронологию событий, которые привели к возбуждению уголовного дела против экс-министра, и углубился в изучение законов. Все документы, к которым отсылает данная публикация, имеются в распоряжении редакции либо находятся в открытом доступе в Сети. Магическое число 13, или Много-много лет назад За точку отсчета следует взять 25 декабря 2006 года. Именно в тот день в Управлении федеральным имуществом подписали Распоряжение № 383 — о передаче федеральных лесхозов в собственность Башкирии. Передача проходила в соответствии с требованиями Федерального закона № 122-ФЗ от 22 августа 2004 года (чуть позже объясним, почему это важно. — Прим. ред.). 28 декабря 2006 года премьер-министр правительства республики (тогда это был господин Рафаэль Байдавлетов) подписал Распоряжение № 1407-р «О приеме в государственную собственность Башкирии федеральных государственных учреждений — лесхозов». В списке из 57 госучреждений на 13-й строчке был и Бельский лесхоз. Уже на следующий день, 29 декабря 2006 года, в Росимуществе утвердили акт № 13 — о передаче имущества Бельского лесхоза в собственность республики. В числе передаваемых было 13 объектов недвижимости, зарегистрированных по адресу ул. Менделеева, 152/1 (два из них физически к тому времени, судя по отметке «нет» в акте приема-передачи, не существовали). Спустя год, 29 декабря 2007-го, постановлением правительства РБ № 396 в ходе реорганизации госсобственность передали «Лесцентру» на праве хозяйственного ведения. В приложении № 1 — перечень лесхозов, в пункте 13 приложения — тот самый Бельский. За последующие четыре года «Лесцентр» обанкротился и начал распродавать имущество, торги прошли 26 сентября 2011 года. Недвижимость по адресу: Менделеева, 152/1 выкупил СУ-10, переход права собственности зарегистрировали должным образом — подтверждение этих фактов есть, в том числе в документах Арбитражного суда. А вот землю, на которой строения находятся, СУ-10 арендовал. Эта территория в кадастре была разбита на два участка. Целевое назначение одного из них (того, что поменьше, — 398 квадратных метров) — земля населенного пункта под центральным тепловым узлом. Назначение другого участка (площадью 16 994 квадратных метров) — земля населенного пункта для эксплуатации производственно-складской базы. С СУ-10 заключили соответственно два договора аренды — 25 декабря 2012 года и 11 марта 2013 года. Пункт 1 статьи 83 Земельного кодекса РФ: «Землями населенных пунктов признаются земли, используемые и предназначенные для застройки и развития населенных пунктов». Земли населенных пунктов могут быть в частной, муниципальной и государственной собственности. Камень преткновения, или Федеральный закон № 122-ФЗ от 22.08.2004 Права собственности на землю, как и на объекты недвижимости, регистрируются в Росреестре. Росреестр — государственный орган исполнительной власти, который регистрирует права на недвижимое имущество и сделки с недвижимым имуществом, а также ведет госучет недвижимого имущества. В сделках с имуществом Росреестр проверяет подлинность всех предоставленных документов и отсутствие юридических оснований для отказа в переходе и регистрации права собственности. При этом ведомство не является посредником, который передает права собственности, — эти права существуют вне зависимости от работы Росреестра. Другое дело, за кем эти права закреплены в тот или иной момент времени — именно этот момент перехода и является важным в конфликте с землей на Менделеева, 152/1. Дело в том, что сделки с госимуществом, которое переходит с одного уровня госсобственности на другой (в случае с лесхозами — из федеральной собственности в республиканскую), регулируются специальными нормами права, а не только Гражданским и Земельным кодексами. В частности, в части 11 статьи 154 Федеральный закон № 122-ФЗ от 22 августа 2004 года в 20-м абзаце специально оговорено, что при передаче имущества «регистрация права государственной или муниципальной собственности на их имущественные комплексы как объекты недвижимости не требуется». И в том же абзаце 20-го Федерального закона сказано, что основанием для возникновения права собственности являются, собственно, оформленные должным образом решения, то есть те приказы и распоряжения, про которые шла речь в предыдущей главе данной публикации. Вероятно, по этой причине специалисты Минземимущества не побежали в Росреестр с ворохом бумаг еще в 2006 году, когда оформляли переход федеральной собственности к республике. Право собственности на объекты недвижимости, расположенные на участках земли по адресу: Менделеева 152/1, подтвердили (напомним, у Росреестра нет функции установления прав собственности — только их регистрация, то есть подтверждение) при их продаже коммерческому предприятию (СУ-10). И вопросов ни у кого не возникало вплоть до того момента, когда в 2014 году СУ-10, которому уже принадлежала недвижимость, не решил выкупить еще и землю под ней. Пока суд да дело... 16 января 2014 года министром земельных и имущественных отношений Башкирии стал Евгений Гурьев. В том же 2014-м году СУ-10 заявило о своем желании выкупить два участка земли на Менделеева 152/1, которые до тех пор арендовал. Но в Минземимуществе отказали — на том основании, что указанная территория входит в санитарную зону водозаборов. И тогда в СУ-10 пошли в суд. Исковое заявление от СУ-10 в Арбитражном суде приняли к производству 7 августа 2014 года. Истец просил признать незаконным отказ Минземимущества предоставить земельные участки в собственность. Длился процесс до 30 марта 2016 года и закончился отказом СУ-10 от исковых требований в виду того, что нарушение их прав в Минземимуществе устранили. (В Арбитражном суде это дело числится под номером А07–15809/2014). Однако уже в ходе этого процесса 24 марта 2015 года в Арбитражный суд РБ поступил иск от самого Минземимущества к управлению Росимущества по Башкирии — о признании за ними права собственности на спорные участки на Менделеева 152/1. И этот процесс тоже закончился отказом — 20 октября 2015 года суд первой инстанции отклонил требования истца. Но уже в апелляции 15 января 2016 года процесс прекратили — спор разрешился до окончательного судейского вердикта, а Росреестр самостоятельно признал право собственности республики на указанные участки. (В Арбитражном суде это дело числится под номером А07–5400/2015). Теория остается, практика меняется За время расследования уголовного дела против Гурьева его жена, профессор, доктор философских наук Оксана Иванова научилась разбираться еще и в праве. Она объяснила, почему в Минземимуществе передумали и еще в ходе судебных разбирательств вокруг спорных земель вдруг решили эти участки продать: — Дело в том, что в то время изменилась судебная практика, и причины, по которым изначально СУ-10 отказали в продаже, стали считаться необоснованными. Причина, если вспомните, была в том, что эти земли входят в «санитарную зону охраны водозаборов, II пояс». Но за время судебных разбирательств вокруг земли на Менделеева, 152/1 суды начали по похожим делам основываться на том, что для подобных санитарных зон водозаборов фактически нет возможности определить их конкретные границы, в кадастре эти зоны никак не обозначены, а следовательно, нет оснований для отказа в продаже земель, обозначенных таким образом. В Минземимуществе поняли, что дело они это проиграют, ведь их отказ перестал считаться обоснованным, — объяснила Оксана Иванова, жена Евгения Гурьева. Для решения вопроса о том, в чей собственности находились земли до их продажи СУ-10, защита Гурьева вновь отправляет к части 11 статьи 154 Федеральный закон № 122-ФЗ от 22 августа 2004 года: абзац 29: «объекты недвижимости регистрируются одновременно с правами на земельные участки, на которых расположены данные объекты недвижимости». Эта норма закона вновь указывает на то, что для перехода прав собственности достаточно решений органов власти, то есть распоряжений и постановлений, о которых шла речь в начале этой статьи; абзац 31: «право собственности на имущество, передаваемое в порядке, установленном настоящим Федеральным законом, возникает с даты, устанавливаемой указанными в настоящей части решениями», — распоряжений и постановлений, о которых шла речь в начале этой статьи. Минземимущества отказалось от своего иска о признании за ними права собственности на спорные земельные участки по той простой причине, что в Росреестре это право за ними зарегистрировали — в ведомстве не нашли поводов для отказа, они решили, что закон в данном случае полностью на стороне республиканской собственности. Выдержка из решения суда по делу № А07–5400/2015: «Заявление об отказе от иска мотивировано тем обстоятельством, что право государственной собственности Республики Башкортостан было зарегистрировано в установленном законом порядке 26.11.2015». — После того как исчезли основания (фактически они обесценились) для отказа в продаже, Минземимуществу не оставалось ничего другого, кроме как позволить СУ-10 выкупить участки земли. А приоритет права выкупа за ними прямо закреплен в законе — на участках находились объекты недвижимости, им принадлежащие. В Росреестре при оформлении сделки вопросы к законности не возникли, там зарегистрировали в один день (26 ноября 2015 года) сначала право собственности за республикой, а после — переход права собственности к СУ-10, — объяснила Оксана Иванова, уже изучившая суть уголовного дела против ее мужа Евгения Гурьева. Первый пункт статьи 39.20 Земельного кодекса устанавливает исключительное право покупки земли за теми, кто является собственником зданий, расположенных на этой земле. О льготах правительства, или Как скидку в ущерб превратили При продаже госсобственности Минземимущества до сих пор руководствуется постановлением правительства РБ от 29 декабря 2014 года № 629. Действие этого постановления 14 декабря 2018 года продлил Радий Хабиров — до 31 декабря 2019 года. Пункт 4 постановления правительства РБ от 29 декабря 2014 года № 629 «Об определении цены и оплаты земельных участков, находящихся в государственной собственности Республики Башкортостан… при продаже их собственникам зданий, строений и сооружений, расположенных на таких земельных участках»: — Лица, являющиеся собственниками зданий, строений, сооружений, расположенных на земельных участках, находящихся в государственной собственности Республики Башкортостан приобретают такие земельные участки по цене в размере 50 процентов кадастровой стоимости земельного участка, действующей на момент обращения заявителя, — сказано в документе. Секрет таких льгот, предоставляемых правительством республики, прост. Его раскрыла жена бывшего чиновника Оксана Иванова: — Во-первых, стоимость аренды земельного участка сопоставима с размером налога на собственность. Получается, что при продаже бюджет получает одноразово сумму, которая исчисляется исходя из кадастровой стоимости с учетом предоставляемых льгот, но продолжает при этом ежегодно начислять ставку, только уже не арендную, а налоговую. И размер этого налога не сильно отличается от размера ежегодных арендных платежей. Вот и считайте сами, что выгоднее — держать в собственности участок, на котором чужая недвижимость, чтобы получать с него аренду, или продать, получить за это несколько миллионов и получать уже не аренду, а налог. А квалификация налоговых органов в сборе налогов очевидно выше, чем у сотрудников муниципалитета — в сборе арендных платежей. Тут выгода есть еще и опосредованная — коммерсанты свою собственность пускают в деловой оборот, начинают получать доход, то есть земля постоянно в деле. И постановление правительства о льготах — пример того, как слова об улучшении предпринимательского климата реализуются на деле. Причем взаимовыгодном как для государства, так и для бизнесмена. Прокурор приходил ежегодно — Мне странно, что вопросы к Гурьеву возникли лишь после его ухода с поста министра. Ведь его ведомство ежегодно проверял прокурор. И каждый год это был один и тот же человек. За время работы Евгения Александровича их проверяли пять раз. Сделка с продажей участков СУ-10 была осенью 2015 года, а значит, проверяли ее весной 2016 года. После этого было еще две проверки — в 2017-м и в 2018-м. Но к договору, который заключили в 2015 году, вопросы возникли лишь в 2019-м. Простите, а куда раньше-то смотрели? — возмущается Оксана Иванова. Позицию следователей в этом деле озвучил сам и. о. руководителя управления Следственного комитета РФ по Башкирии Валерий Липский в эксклюзивном интервью UFA1.RU: — Широкий резонанс получило дело по факту превышения должностных полномочий бывшим заместителем премьер-министра правительства республики — министром земельных и имущественных отношений. Он в обход конкурсных процедур организовал реализацию двух земельных участков общей площадью более 170 соток, не находящихся в его распоряжении, по заниженной на половину цене. Республика не получила доход в размере более 27 миллионов рублей. Сейчас он под домашним арестом. Оксана Михайловна объяснила, что, по версии следствия, спорными участками распоряжалась мэрия и ущерб нанесен муниципалитету. Но администрация Уфы участвовала в судебных процессах по земле на Менделеева, 152/1. — И в таком случае у меня вопрос — почему они еще в то время не заявили о своих правах на землю? И почему в Росреестре не нашли нарушений при регистрации сделки? А может быть, ни у тех, ни у других, просто не было на то законных оснований? Да и, простите, в части цены выкупа на муниципалитет распространяется тоже постановление правительства о льготах, и значит, возможная продажа этих участков самим муниципалитетом происходила бы по той же цене. Выходит, никакого ущерба в этом деле нет, — резюмировала Оксана Иванова. Комментарии независимых адвокатов Корреспондент UFA1.RU попросил прокомментировать ситуацию, в которой оказался Евгений Гурьев, независимых адвокатов. — Когда возбуждают уголовное дело, следователь получает больше полномочий, чем у него было во время доследственной проверки. Бывает и так, что во время доследственной проверки никаких прямых доказательств преступления не находят, потому что, например, нет доступа к каким-то важным документам. И тогда уголовное дело возбуждают, чтобы получить этот доступ. Чаще всего такая практика дает свои плоды — следствие находит веские доказательства вины. Я допускаю, что в этом случае именно на это и надеялись. Я с первых дней ареста Евгения Гурьева слежу за его историей. В одной из публикаций прочитал слова Оксаны Ивановой, что Гурьев четыре года «сидел на имуществе», а у нас принято считать, что чиновники «чистыми» с работы не уходят. Я не знаю, какие были основания полагать, что Гурьев превысил полномочия в самом начале расследования, но сейчас доводы его защиты выглядят вполне обоснованными, — пояснил Рамиль Гизатуллин. Имел ли право Евгений Гурьев принимать решение о продаже земли, основываясь на судебной практике, мы спросили у Асляма Халикова: — Какая существует практика и как она меняется, значения не имеет вообще. Минземимущества как орган государственной власти все свои решения должен принимать, основываясь на законе. Так же и судьи выносят свои решения, основываясь на законе. И если в этом деле судья не найдет нарушений закона, значит, все в порядке, — прокомментировал Аслям Наилевич.