«Нужно выживать. Ради Айгиза»: мать борется с раком, чтобы спасти сына

20-летний Айгиз Сабиров прикован к постели: через сутки, как парень вернулся из армии, его сбила машина. Между жизнью и смертью он балансировал два года. После длительной комы, наконец, пришёл в себя, но без посторонней помощи он не может даже пошевелиться. Единственный человек, на которого парень может рассчитывать — его мама Илюзя. Но и ее жизнь висит на волоске: после всего пережитого у 47-летней женщины развился рак. Помочь избавиться женщине от смертельной болезни теперь может только чудо. Мечтал стать нефтяником В отличие от своих сверстников, Айгиз из деревни Старосултанбеково Дюртюлинского района «косить» от армии даже не думал. Наоборот, всеми правдами и неправдами уговаривал военкома взять его на службу. И в итоге добился-таки своего — несмотря на проблемы со здоровьем, молодого человека распределили в автомобильные войска. «Учебку» проходил в Омске, заканчивал служить уже в Свердловской области. Айгиз и до армии проявлял упорство и был серьёзен не по годам. К 19-ти успел купить машину — накоплений хватило на вазовскую «четырнадцатую», присматривал землю в родной деревне. Айгиз всегда был самостоятельным — по ночам таксовал, днём вместе с ребятами чинил машины. — Он не пил, не курил. У него всегда были только хорошие намерения. Всего добивался сам. Закончил нефтяной колледж, собирался поступать на заочку в нефтяной университет в Уфе, — говорит его мама Илюзя Сабирова. В армии Айгиз был в числе лучших, вспоминает его мама. Парня уговаривали остаться на службу по контракту, но тот решил вернуться в Башкирию и стать нефтяником, как и мечтал. — Ему благодарственные письма писали, — говорит мать. — Дали для вуза отличные рекомендации. «У друга — ни царапины, Айгиз — в коме» Встречали Айгиза всей деревней. Молодой человек очень соскучился по родным, хотел уделить внимание всем. — Сначала он посидел с нами за столом, потом зашел к одним соседям на нашей улице, потом — к другим, поздоровался. Все ему были очень рады. Потом отметил приезд с друзьями. На следующее утро собрался ехать в Илишевский район, там у нас тоже родные живут, — говорит Илюза. Решено было ехать на машине друга. Айгиз сел на переднее сиденье рядом с водителем… Как рассказала мать, на трассе автомобиль с ребятами лоб-в-лоб столкнулся с другой машиной. Водитель отделался испугом, а Айгиз получил тяжёлую черепно-мозговую травму. Врачи районной больницы не давали молодому человеку шансов на выживание. Но Айгиз не сдался. После трепанации черепа состояние парня длительное время было критическим. Два года он находился в коме. — Три месяца мог дышать только с помощь аппарата искусственной вентиляции лёгких. Уфа не соглашалась нас брать, говорили, нужно, чтобы состояние стабилизировалось, — рассказывает мама пострадавшего. — Постепенно он начал выкарабкиваться. «Двигайся, сынок!» Сейчас Айгиз находится дома. Молодому человеку предстоит серьёзная операция на мозге — врачи говорят, что шансы на улучшение у него еще есть. Каждый положительный сдвиг для родителей — как бальзам на сердце. — Потихоньку начал узнавать своих, — радуется Илюзя. — Мы видим, как он при этом радуется. Внимательно слушает. Пытается с нами говорить, замечали, что губами потихоньку шевелит. А когда не хочет общаться, сразу закрывает глаза. Слегка пальцами начал двигать, ступнями, приподнимать таз. Мы всё время говорим ему: «Двигайся, двигайся, сынок!». У Айгиза до сих пор открыта черепная коробка. По словам мамы, до этого он был слишком слаб для очередной операции. — Окрепнуть надо было ему. Худой был — кожа да кости. Полтора года не принимал еду, только белковое питание вводили по трубочке, — говорит мать Айгиза. — Потихоньку начал есть пюре. Всё ему пропускаем через блендер. Глотательные рефлексы у него уже восстанавливаются. Если не может есть, так же через трубку и докармливаем. Беда не приходит одна За несколько месяцев, проведенных дома, Айгизу стало заметно лучше. В июле Сабировы должны были отправиться в Уфу на обследование. Но помешала новая беда — у Илюзи нашли злокачественную опухоль. Рак III стадии. Медики постановили, что женщине необходим курс химиотерапии и операция в онкоцентре. — Ещё до этого уфимские врачи велели поменять Айгизу трубку — это считается малым оперативным вмешательством. Все сделали в районе, и после этого у него начались осложнения, мы потеряли месяц. Сейчас не получается поехать, потому что теперь мне самой предстоит операция. А мою откладывать уже нельзя, — вздыхает женщина. Мама Айгиза работает воспитательницей в детском саду. Всё своё свободное время она посвящает больному сыну. Когда женщина на работе, за молодым человеком присматривает её супруг — он сейчас на пенсии. Помогает и младший брат Айгиза, Радик, он учится в девятом классе. На то время, что Илюзя будет в Уфе на операционном столе, за парнем придется присматривать соседке. Не исключено, что ей придется заплатить — чужие больные родственники никому не нужны. «Никогда не просили помощи» Илюза говорит, что в месяц на выхаживание сына требуется около 50 тысяч рублей. — Медицинский отсасыватель, пелёнки, подгузники, мази от пролежней, — перечисляет Илюзя всё то, что требуется Айгизу каждый день. — Питание тоже дорогое — фрукты, мясо, сёмгу покупаем — врачи говорят, для мозга полезно. Массаж каждый день делаем: чаще сами, но иногда массажиста приходится всё-таки нанимать. Специальную приставку к кровати ему заказали за 80 тысяч. Чтобы ему удобнее было держаться и уже осознанно двигать руками-ногами, тренироваться. Лекарства приходится закупать за границей. В этом семье помогали друзья и родственники. — До этого мы справлялись своими силами, не просили ни у кого помощи, — будто оправдываясь, говорит Илюзя. — За бесплатными лекарствами ходила три месяца. А там по списку препаратов для мозга, которые нам нужны, нет. Полностью организм пришлось восстанавливать — кишечник, печень, почки. Эти препараты очень дорогие, их нет в списках. Ладно, хоть онкобольным положены бесплатные лекарства. А выживать надо. Жить надо. Ради Айгиза. Теперь уж только я обратилась за помощью, когда тяжеловато стало. Илюзя уже прошла все восемь курсов химиотерапии. Каждый день женщина ездила из Дюртюлинского района в Уфу и обратно. К сыну. 5 сентября у Илюзы назначена операция в Уфе. Сейчас женщине требуются деньги на витаминизированное питание, аппарат для всасывания, зонды и трубки, лекарственные препараты, многие из которых закупаются за рубежом. Но даже при таком раскладе родители продолжают копить на операцию сыну. В клиниках Москвы и Санкт-Петербурга стоимость процедуры по закрытию черепа, которая ему необходима, доходит до полутора миллионов рублей. Все, кто хочет помочь семье Сабировых, могут написать письмо на электронный адрес редакции или связаться с нами по WhatsApp или Viber по номеру +7–987–101–84–78.