«Говорил, что ему некогда»: в деле подростка, устроившего резню в Стерлитамаке, поменяли следователя

За последний год в Башкирии поменялся руководитель республики, сменился мэр столицы республики, даже название у аэропорта теперь другое. А у школьника Артура из Стерлитамака все по-прежнему: девять месяцев одиночного изолятора, и с августа в деле, по словам адвоката, никаких подвижек — только следователя дали другого. Обвинение Подростка обвиняют в покушении на убийство двух лиц, а также в умышленном повреждении чужого имущества, совершенном из хулиганских побуждений — в апреле прошлого года парень принес в школу нож и бутылку с зажигательной смесью, которые пустил в ход на уроке информатики. С ножевыми ранениями в больницу попала учительница и одноклассница Артура, еще одна девочка выпрыгнула в окно, когда в ход пошел «коктейль Молотова», и сломала ногу. Задержали подростка в тот же день. Сейчас ущерб от действий Артура оценивают суммой свыше 300 тысяч рублей. — Ребенок нуждается как в медицинской помощи, так и в психологической. Есть экспертное заключение, из которого следует, что у Артура психическое заболевание, то есть фактически он не осознавал свои действия, когда совершал преступление. Ему надо находиться в больнице, — уверен правозащитник обвиняемого. Проблемы со здоровьем у ребенка начались еще в утробе мамы, мальчик родился недоношенным и с болячками, а в 7 лет у него обнаружили еще и частичную глухоту. Как рассказывает мать Артура Лариса, его тугоухость и стала поводом для издевок одноклассников — они говорили про него гадости, но мальчик не слышал и не мог за себя постоять. — До попытки убийства, до поджога его довели его же сверстники, — считает мама подростка. — Ребята зло подшучивали: то шептали, то кричали ему в ухо. Слуховой аппарат ему не стали ставить, потому что он всё-таки слышит, к тому же начались бы новые издевательства. 18-летний школьник В апреле 2019 года Артуру стукнет 18 лет, но он до сих пор не закончил школу. По словам Ларисы, она писала ходатайство, чтобы подростку позволили завершить обучение, однако в следственном изоляторе получить образование, вероятно, не так просто — аттестата у обвиняемого все еще нет. Как нет и обвинительного заключения по делу — расследование дела еще не закончилось. Летом Артура на два месяца увозили в Москву на экспертизу. Представители обвиняемого уверены, что после этого в уголовном деле ничего не изменилось. — Следователь нам говорил, что у него куча дел и разорваться он не может, что ему некогда. Велел мне помалкивать на заседаниях, где рассматривали меру пресечения. Угрожал, что иначе будет специально затягивать дело и продлять задержание, — жалуется женщина. Правда, адвокат говорит, что следователя в деле все-таки поменяли, и теперь им обещают передать материалы в суд в ближайшее время. А что сейчас — Большая ответственность лежит на государственной машине. Они же заранее знали об этом, знали, что он писал [в соцсетях], но директор школы до сих пор работает, инспектор по делам несовершеннолетних тоже остался в своей должности, — возмущается правозащитник. Представители обвиняемого рассказали корреспонденту UFA1.RU, что следствие пытается переложить всю вину на родителей и не учитывает, что педагоги и специалисты комиссии по делам несовершеннолетних знали о потенциальной опасности, но ничего не предприняли: — Он еще осенью угрожал, в интернете писал. 17-го апреля мы были в школе, там все знали, что он в интернете сидит. Завуч, директор — все были в курсе угрозы, им даже анонимки писали, что у них учится мальчик, на которого надо обратить внимание. Но они ограничивались разговорами внутри школы, — объясняет Лариса. Мать рассказывает, что Артур говорил московскому психологу о нежелании жить. Хотя со временем парень стал спокойнее: — Теперь Артур уже хочет доучиться и найти новых друзей. Мальчик стал интересоваться жизнью, начал задумываться, сколько на него тратят, сколько стоят продукты и коммунальные платежи, с удовольствием слушает новости по радио. «Расследование — на завершающей стадии» Как объяснили корреспонденту портала в пресс-службе Следственного комитета по Башкирии, следствие близится к финишу. — Расследование данного уголовного дела представляет особую сложность, поскольку обусловлено производством большого количества следственных действий, в том числе с участием несовершеннолетних. А также производством сложных и длительных по времени судебных экспертиз, в том числе судебной психолого-психиатрической, которую обвиняемый прошел в Институте им. Сербского в Москве, — сообщил сотрудник пресс-службы управления следкома по Башкирии. — Сейчас расследование вышло на завершающую стадию, как только потерпевших и обвиняемого уведомят об окончании следственных действий, их ознакомят с материалами уголовного дела. «Всё в пределах разумного» Адвокат Роман Петров считает, что девять месяцев для расследования подобных дел — не предел. — По закону срок расследования уголовного дела по тяжким преступлениям — до одного года. На время проведения экспертиз его течение приостанавливается. Если следствие по каким-то причинам затягивается дольше года, то продление срока подписывает лично глава Следственного комитета России Александр Бастрыкин. А такое случается крайне редко, — объяснил адвокат Роман Петров. — Вообще же максимальный срок — два года. То есть в нашем случае все в пределах разумного.