«Не перенес предательства»: как умер ветеран ХК «Салават», который до конца оставался верен клубу

UFA1.RU продолжает раскрывать тайны, которые хранятся на городских кладбищах. На этот раз мы расскажем о хоккеисте, который, по словам близких, посвятил всю жизнь клубу «Салават Юлаев», но оказался не у дел и, посчитав это предательством, не смог дальше жить.

Анатолия Шалаева не назвать звездой хоккея, но уфимской команде он отдал больше 17 лет своей игровой карьеры, а после продолжал работать в системе клуба. Причем родился спортсмен не в Уфе, а в Нижнем Новгороде (тогда город назывался Горьким). Начинал как раз в нижегородской «Чайке», потом выступал за местное же «Торпедо», на пару лет съездил в калининский СКА и рыбинский «Полет», а в Башкирии оказался в 1974 году и пробыл тут до конца жизни.

К тому моменту Шалаеву был всего 21 год. Еще одна примечательная особенность — амплуа игрока. В предыдущих командах хоккеист выходил на лед и в качестве защитника, и в качестве нападающего, и в Уфе его тоже использовали и в обороне, и в нападении. Надежности Шалаева болельщики, по воспоминаниям спортивного журналиста Николая Пасконова, посвящали отдельные кричалки и стихи.

«Играл [Шалаев], зачастую отрабатывая смену не только за себя, но и за того, кто был слабее. Был смел и решителен, от столкновений не уходил, постоять мог и за себя, и за партнера. А скорость! Не бегал — летел», — писал Пасконов в книге «Салават Юлаев: победы, судьбы, надежды».

Глава о Шалаеве заканчивается недоумением по поводу его трагической гибели. Дело в том, что, окончив игровую карьеру, Анатолий прошел обучение и остался в клубе, работая, опять же, на двух должностях — массажиста и техника. Название первой должности говорит само за себя, а вот за вторым скрывается ряд обязанностей, который в современном хоккее исполняет целая команда специалистов.

Анатолий следил и за состоянием формы игроков, и инвентарем, и коньки точил, и за порядком в раздевалке следил. Как рассказал UFA1.RU его сын, хоккеисты могли обратиться к Шалаеву с просьбой о помощи в любое время дня и ночи, и тот никогда не отказывал. Скромный и трудолюбивый парень из Горького, по воспоминаниям семьи, считал, что не имеет права подвести команду.

«Тогда, как мне кажется, команда жила не так, как сейчас, это был единый коллектив, который работал, отдыхал и жил вместе, — объясняет его сын Василий Шалаев. — Сейчас читаешь новости о клубах, и создается впечатление, что основа — отдельно, новички — отдельно, легионеры — отдельно. А тогда в раздевалке все были сообща, и напихать, пожурить за ошибки могли каждого, отец считал делом чести делать безукоризненно всё, что ему поручено».

К концу 1990-х годов в клубе сменилось руководство. Шалаева перевели в уфимский «Авангард», который на современном языке тогда бы назывался фарм-клубом главной команды. Он решил, что в клубе пренебрегают его стараниями. Обиды Анатолий старался не высказывать, но близкие видели, как сильно он переживал.

Все в клубе знали, что для ветерана команды работа в «Салавате» значит очень и очень многое, хотя бы потому, что он являлся во дворец рано утром, а уходил поздним вечером. Когда зеленые собиралась на сборы, перед ним замаячил шанс отправиться вместе с командой, но, по словам жены, в руководстве начали «мурыжить» — пригодится Шалаев там или нет, нужен или не нужен.

«Толя подобное отношение воспринимал болезненно. Неправильно было бы кого-либо винить, но Толя-то считал, что столько делает для команды, он же буквально жертвовал всей жизнью ради „Салавата“, а его, получается, не ценят. Он впал в депрессию», — говорит его супруга Земфира Шалаева.

Летом Шалаев отправил семью в сад, сказав, что сам побудет дома. Жена и сын вернулись, узнав, что Анатолий покончил с собой. Его похоронили на Южном кладбище, на аллее в нескольких метрах от основателя хоккейной школы Марата Азаматова. Памятник ему установили на деньги бывших сокомандников.

«На самом деле Толю очень сильно все уважали, его очень ценили и любили, за советом обращались, за помощью, все знали, что на него можно положиться. Просто стечение обстоятельств, которое одно на другое наложилось, он счел это предательством и не смог перенести», — сетует вдова.

Шалаев-младший, который всё детство и юность провел на арене, а позже даже проработал в клубе некоторое время, признается, что до сих пор болеет за «Салават Юлаев».

«Отец тоже, несмотря ни на что, оставался верен клубу, он всем сердцем переживал за него», — говорит сын Анатолия Шалаева.

Шалаев — не единственный хоккеист «Салавата», чья судьба по тем или иным причинам окончилась трагично. Читайте также о Павле Козлове, который продал всё ради денег на лечение, и Сергее Бушмелеве, которого перед переходом в НХЛ застрелили в ресторане.