Олег Вьюгин, председатель совета директоров МДМ Банка: «Кризис не прошел даром»

Известный российский спикер Олег Вьюгин родился 29 июля 1952 года в Уфе. На сегодняшний день это один из видных банкиров России. В 1999–2002 годах был исполнительным вице-президентом ЗАО «Инвестиционная компания «Тройка-Диалог». С 2002 по 2004 годы – первый заместитель председателя Центрального банка Российской Федерации, курировал вопросы денежно-кредитной политики. С 23 марта 2004 до 9 мая 2007 руководил Федеральной службой по финансовым рынкам. С 2007 года – председатель совета директоров МДМ-Банка. Каждый год Олег Вячеславович является почетным гостем на конференции «Банки. Процессы. Стандарты. Качество», проходящей в Уфе. Об основных тенденциях в банковском секторе он рассказал на пленарном заседании в Национальном банке РБ. Приводим самые интересные выдержки из его выступления. О факторах бурного роста банковского сектора Вроде бы кризис прошел, можно вернуться к прежней нормальной жизни. Так все и происходит, но, на мой взгляд, кризис не прошел даром, в том смысле, что произошли пока, может быть, не заметные, но очень большие изменения как в среде развития банковского сектора России, так и в самом подходе к бизнесу внутри банков. Если говорить про среду, то давайте вспомним, что бурное развитие банковского сектора до кризиса, будем считать до 2008 года включительно, базировалось во многом на очень большом притоке долгового капитала в страну, об этом говорят красноречиво все известные цифры, ну и в последние буквально год-два – на притоке прямых инвестиций... Это позволяло банкам достаточно существенно расширять свои балансы, наращивать кредитование и опережающим образом расти в составе валового внутреннего продукта. В 2009-2010 году рост – и активов, и капитала – во многом уже базировался на эмиссионном факторе, а именно на бюджетной эмиссии. Не секрет, что в период кризиса денежные власти и Правительство Российской Федерации предприняли достаточно решительные шаги по расширению денежного предложения путем увеличения дефицита федерального бюджета и финансированию его с помощью привлечения эмиссионных источников. Мы хорошо знаем, что привлечение накопленного стабилизационного фонда и других фондов, их использование носит технический характер эмиссии. То есть валюта обменивается на рубли, и таким образом возникают рубли в экономике. Собственно говоря, достаточно длительный период бурного роста банковского сектора в стране основывался на достаточно высоких темпах роста денежной эмиссии. Сначала эта эмиссия была связана с притоком капитала и покупкой доллара Центральным банком, затем, в кризисный период, – монетизацией бюджетного дефицита. Сегодня 2010 и 2011 год выглядят пока совершенно другими. Во-первых, произошли изменения в самой денежно-кредитной политике Центрального банка: как мы видим, он практически не занимается наращиванием золотовалютных резервов, то есть этот источник эмиссии не носит такой поддерживающий характер. И министерство финансов, и вся бюджетная политика, тоже существенно меняются. С этой стороны, мы не видим и не будем видеть больших источников дальнейшего роста денежного предложения. Банковская система переходит в режим более или менее сбалансированного роста без существенного привлечения внешнего финансирования. Ключевой вопрос: пойдут ли банки к привлечению внешних источников фондирования в ситуации, когда подпитка со стороны депозитов будет ослабевать? Вопрос очень важный и от того, как будут вести себя кредитные организации в этой области, зависит будущий взгляд на темпы роста банковского сектора и его роль в экономике. Фондирование на внешних рынках не выгодно Все банкиры помнят, что фондирование на внешних оптовых рынках всегда было дешевле, чем фондирование внутри страны. Фондирование сейчас на внешних оптовых рынках не выгодно, я думаю, большинство банкиров, с этим согласятся. Не выгодно по нескольким причинам: во-первых, уровень внешней долговой нагрузки корпоративного сектора России достаточно высокий. При такой долговой нагрузке процент премии вставляется в процентную ставку, которая предоставляется заемщику. Во-вторых, существенно изменилась политика обменного курса. Он стал более волатильный. Сейчас, когда заимствование делается в иностранной валюте, закладывается риск в валютный курс, и он сегодня существенно выше, чем это было в период более жесткого управления обменным курсом в стране. И все это в совокупности делает общую ставку заимствования достаточно высокой. Если взглянуть на стоимость ресурсов внутри экономики, то есть это рублевые ресурсы – депозиты населения и средства предприятий, – то, оказывается, что это пока выгоднее, чем идти на внешние рынки. Я не думаю, что Центральный банк откажется от той линии, которую он принял в посткризисный период, а именно на повышение волатильности валютного курса рубля, на повышение роли процентных ставок в экономике как основных инструментов по снижению инфляции. Кризис обострил конкуренцию Принято говорить, что кризис существенно обострил конкуренцию в банковском секторе. Конкуренция идет за клиента, за заемщика. Я бы так сказал: он не то чтобы обострил, он существенно изменил параметры и факторы конкуренции. Прежде всего произошло то, что традиционный сектор, за которым достаточно интенсивно охотились банки, – это сектор, в первую очередь, крупных предприятий, в какой-то степени – средних – оказался сегодня достаточно серьезно нагружен долгом. И в этой ситуации он как заемщик оказывается более подвержен риску. С другой стороны, поскольку в секторе крупных предприятий выделились лидеры, которые смогли перейти кризис и сохранить стабильное состояние, то конкуренция за этих лидеров обострилась среди крупных банков... Сегодня фактически можно говорить о том, что сектор крупных предприятий как объект банковского бизнеса постепенно и практически полностью захватываются государственными банками. Банки с государственным участием обладают одним несравненным конкурентным преимуществом по отношению ко всем другим банкам – это более низкая стоимость фондирования и скрытые гарантии государства по их поддержке и стабильности. Это, безусловно, выводит банки из конкурентной среды, и фактически в связи с размером их баланса крупный бизнес становится главным клиентом этих банков. Вот это главный процесс, который не имел место в докризисный период. Это первое существенное изменение. Вторая тенденция заключается в том, что негосударственные банки стали в этой ситуации больше обращать внимание на средний бизнес и на более мелкий бизнес, тот сектор, который в России называется малым бизнесом. Туда свои ресурсы сейчас направляют и крупные негосударственные банки, ну, и, безусловно, банки с меньшим капиталом, которые традиционно находились в этом секторе. Там действительно идет обострение реальной рыночной конкуренции, поскольку государственные банки в большей степени осваивают верхний сегмент и вытесняют оттуда частные банки... Какие риски на этом пути существуют? Надо сказать, что сегмент средних предприятий и малых предприятий менее прозрачный в России. На уровне малого бизнеса высока коррупция, собственно она высока на уровне любого бизнеса, но там ее влияние еще более существенно, поэтому отчетность не прозрачна, существует двойная отчетность во многих случаях. Конечно, банки, работающие с такими клиентами, принимают на себя достаточно большие дополнительные риски. Хотя эти риски вполне просчитываемые и отрабатываются, как правило, процентной ставкой. Наращивание капитала С одной стороны, банки будут подталкиваться к укрупнению и к наращиванию капитала. Это те банки, которые будут пытаться сохранить свою роль в достаточно крупном бизнесе. И вряд ли будут подталкиваться банки к существенному наращиванию капитала в тех секторах, которые лежат ниже, то есть в сегменте среднего и малого бизнеса. Может быть, поэтому и не происходит такого существенного наращивания капитала в банковском секторе. И в этом смысле требование к увеличению минимального уровня капитала со стороны регулятора скорее носит характер регулятивный, а не экономический. Понятно, что при наличии высоких требований к капиталу, гораздо легче осуществлять надзорные функции Центральному банку, отсечь от банковского капитала криминальные элементы или попытки использовать банки для отмывания незаконно полученных средств и т.д. Понятно, что это стремление существует, и таким образом легче всего решить проблему. Но с экономической точки зрения такой потребности большой пока не наблюдается. Новый этап развития На мой взгляд, кризисные события оказали не просто позитивное влияние на будущее развитие банковской системы, мы вступили в некий третий этап развития. Это третий этап сбалансированного развития, когда большинство банков гораздо больше будут думать о качестве, о выборе клиента. Я считаю, что это очень благоприятный период, когда в России, наконец-то, будет окончательно формироваться нормальный банковский сектор, то есть сектор, который работает по принципам и стандартам, принятым в мире банками, наилучшими банками, потому что нельзя сказать, что все, что происходило в мировом банковском секторе, является эталоном для России. При подготовке текста использованы материалы пресс-службы Национального банка РБ