А нам говорят, что в СССР такого быть не могло: материалы о том, как комсорг расстрелял семь человек, засекречены с 1958 года

11 мая в казанской гимназии № 175 произошло массовое убийство: 19-летний бывший ученик устроил стрельбу по детям и учителям. В результате погибли 9 и получили ранения 32 человека. После этой трагедии в соцсетях вновь заговорили о том, что «колумбайны» — это результат влияния компьютерных игр и американщины и раньше такого быть не могло. Мол, в СССР такое представить было невозможно. Но случай, произошедший в Прикамье более 60 лет назад, говорит об обратном. 11 февраля 1958 года комсорг строительной школы в рабочем поселке Лямино Михаил Целоусов расстрелял семерых учащихся школы и ранил шестерых. Журналисты 59.RU провели собственное расследование. События, произошедшие в Чусовском районе, были скрыты, поэтому добыть информацию в архивах МВД, Верховного суда РФ и Государственного архива Пермского края нам не удалось. Сотрудники пообещали помочь, но не гарантировали результата, объяснив, что подобные дела в те годы обычно засекречивали. До окончания 75-летнего срока с ними могут ознакомиться лишь родственники участников тех событий. Поэтому при описании событий нам пришлось обратиться к докладу МВД СССР для ЦК КПСС, опубликованному в журнале «Коммерсантъ. Деньги» № 15 от 22.04.2013 в статье «Дело о бойне в казарме», и книге «Социализм не порождает преступности». В последней группа исследователей-историков, публикующихся под псевдонимом Алексей Ракитин, детально восстанавливает преступление. Оно воссоздано на основании допросов самого преступника и выживших раненых. Плохой комсорг Описываемые ниже события развернулись на территории учебного комбината в поселке Лямино, где находились предприятия и строительная школа № 6. Молодые люди учились здесь на фрезеровщиков, газосварщиков, маляров и на других специальностях. Жили здесь же, в общежитиях на территории комбината. Исследователи, изложившие события в книге «Социализм не порождает преступности», узнали, что Михаил Целоусов занимал должность комсорга. Но он плохо справлялся со своими обязанностями и часто пренебрегал обращениями комсомольцев. Кроме того, от него была беременна одна из несовершеннолетних учащихся, жениться на которой он не собирался. Накануне трагедии на комсорга поступило несколько жалоб от учащихся, после чего директор школы и секретарь парткома сделали Целоусову выговор и рекомендовали решить вопрос с девушкой. Отомстил за десять минут После услышанной критики молодой человек не бросился исправлять свои ошибки, а напился и, недолго думая, решил расправиться с теми, кто отравлял его жизнь. Возбужденный алкоголем, он направился к школе, где в библиотеке вскрыл шкаф, заменявший сейф, достал мелкокалиберную винтовку местного ДОСААФ и патроны. После этого пошел к дому директора школы. Выйдя из школы, он начал стрелять в воздух. Встретившиеся на его пути два молодых человека попытались остановить его окликами, но Целоусов убил их из винтовки несколькими выстрелами. Как выяснилось позже, это оказались 18-летний Бахонкин и 25-летний Лалетин. Ребята были друзьями, работали в строительно-монтажном управлении «Губахтяжстроя» и жили в одном общежитии. На этом моменте преступник сменил планы и перед визитом в дом директора решил заглянуть в женское общежитие, где находились те, кто писал на него жалобы. Дальнейшие события приведем цитатой из сборника: «Целоусов открыл стрельбу прямо с порога. Находившиеся внутри оказались фактически в западне, поскольку оконные рамы, утепленные на зиму, невозможно было быстро открыть. Целоусов ходил из комнаты в комнату, стреляя в каждую девушку, попадавшуюся ему на глаза. Особую ярость комсорга вызвал учащийся школы, 16-летний юноша, зашедший в гости к знакомой девушке. Целоусов расстрелял обоих, выпустив в молодого человека буквально в упор три пули. В здании поднялся крик, некоторые девушки спрятались в шкафы, под кровати. Целоусов принялся ходить по комнатам, проверяя разные потаенные места, пригодные для укрытия, и в упор стрелял в прячущихся девушек. Как это ни покажется удивительным, но девушки, раненные в начале нападения и прикинувшиеся мертвыми, остались живы, зато погибли именно те, кто поначалу успели спрятаться. Так были убиты по крайней мере три девушки. В некоторых из своих жертв Целоусов стрелял по два раза, так, чтобы убить гарантированно». Как рассказал на допросе сам преступник, в общежитии он пробыл около десяти минут, успев перекусить на кухне и сделав несколько глотков из бутылки водки, найденной в одной из комнат. Несколько девушек успели выскочить на улицу и позвали на помощь. На место примчался участковый милиционер вместе с дружинником. Дождавшись, когда Целоусов выйдет из здания, милиционер набросился на него из-за угла и обезоружил преступника. Фамилии погибших указаны в докладе МВД: «Несколькими выстрелами из винтовки Целоусов убил учащихся строительной школы Мальцеву, Сухорослову, Смелову, ранил Дружкову, Чупину, Ерохину, Барматову, Дудину, Мокрушину, Копытову и учащегося этой же школы Лелекина, все 1940–1941 годов рождения. Дружкова и Чупина умерли в больнице». Рассчитывал на помилование На место происшествия приехали начальник отдела уголовного розыска Управления милиции МВД РСФСР, инспекторы нескольких отделов ЦК КПСС, ответственные работники Управления трудовых резервов при Совмине СССР, пишут авторы книги. Расследование проводили прокуратура, УВД и Управление КГБ по Пермской области. Преступление Целоусова расценили как «антисоветское» массовое убийство, порочащее честь партии, и постарались скрыть от населения. Убийца охотно сотрудничал со следствием, рассказывая о преступлении во всех подробностях и рассчитывал на прощение. Он подал апелляцию об отмене приговора в Верховный суд РСФСР, а в Президиум Верховного Совета СССР написал прошение о помиловании, но их отклонили. Целоусова приговорили к смертной казни и расстреляли в феврале 1959 года. «Ничего не знаем, в газетах не писали» Мы решили найти очевидцев тех событий и отправились в Лямино — на место трагедии. До сих пор в поселке о нем знают лишь некоторые. Лямино сегодня не похож на рабочий поселок пятидесятых. Вместо бараков — типовые пятиэтажки, построенные в 1970–1980-е годы, чистые асфальтированные улицы, зеленые дворы. Каким он был в середине XX века, вспоминают местные жители. — Грязи по колено, деревянные мостовые, бараки — такой вот пейзаж, — рассказывает прохожая лет пятидесяти, идущая из местного «Магнита» с большими пакетами. — Не было никакого асфальта. Сейчас от старого города остались лишь двухэтажные дома на улице Заводской. Расспрашиваем прохожих о трагедии, но никто об этом не то что не помнит, но даже и не знает. Нам рекомендуют доехать до Квадрата — так здесь называют микрорайон современных пятиэтажек, там живет много пенсионеров. Но и представители старшего поколения, встреченные там, ничего не слышали о событиях того времени. Одна из встреченных — ровесница участников тех событий, догадывается, что историю могли засекретить. — Мне тогда было 18 лет, — говорит она. — Работала, активной была, газеты читала, а не было об этом ничего в газетах. Про Казань знаю, а про Лямино не знаю. Как так? Нам рекомендуют обратиться к 90-летней Людмиле Николаевне: «Она точно должна всё знать!» Через пару прохожих, которые даже не уточняют, зачем нам нужна женщина, быстро узнаем номер квартиры и уже через пять минут стучимся в дверь женщины. Нам открывает аристократичного вида дама, выглядящая намного младше своих лет. — Было такое, — отвечает женщина на наши вопросы. — Да, я работала в больнице, но позже. Всех этих молодых людей я лично не знала. После трагедии был страх, но на улицу не боялись выходить, потому что убийцу сразу схватили. Заглядываем и к бывшей преподавательнице училища Валентине Серафимовне. В нем была та самая строительная школа, комсомольский комитет которой возглавлял Целоусов. — Я приехала в Лямино в 1968 году и тогда же пришла работать в училище — через десятилетие после тех событий, — говорит женщина. — Какое-то время про убийство еще вспоминали, потом перестали. Сейчас на месте комбината уже ничего не осталось, какое-то новое производство. А когда-то были учебные корпуса, мастерские, спортзал, производственная часть, три общежития. Заглядываем на территорию бывшего комбината. В центре — огромная труба и пара новых цехов, между ними ездит трактор и ходят рабочие. От старых построек остались лишь несколько стен и пожарная башня. Никакой стелы или памятной плиты. Как будто и не было здесь никакой трагедии, пролитой крови, а всегда рос непобедимый бурьян и беспечно светило солнце.