В Уфимском хосписе отметили день паллиативной помощи

Мало кто знает, что сегодня отмечается не только День республики. 11 октября — это еще и Всемирный день хосписной и паллиативной помощи. Эту тему принято обходить вниманием: зачем о грустном? И всё же мы ее обойти не смогли. Так уж вышло, что накануне этой даты креативный директор по стратегическим коммуникациям Shkulev Holding Оксана Маклакова впервые посетила Уфимский хоспис. Ее впечатления — в авторской колонке. Сегодня в мире отмечается (ну в смысле — в календаре) День паллиативной помощи. И вроде как непонятно, как вообще с таким днем кого-то поздравлять (хотя ясно, что причастного народа — толпа, если учесть, что одних только волонтеров и медсестер обычно по двое на подопечного). Чего там поздравлять? Непонятно, как об этом просто говорить. Еще хуже — как об этом думать (это что же получается, что надо по-настоящему, всерьез подумать о смерти?). И куда девать взгляд, когда встречаешься в палате хосписа с глазами матери 17-летнего парня, избитого толпой подростков в своей родной башкирской деревне Кугарчинского района до полусмерти, а если точнее — до черепно-мозговой травмы и самых неутешительных прогнозов врачей. Или вдруг становишься невольным свидетелем сцены, когда дочь ушедшей пациентки со слезами благодарности и каким-то тихим спокойствием говорит «спасибо» директору этого самого хосписа Оксане Кузовкиной и его фее-покровительнице Каринэ Хабировой — за то, что эти вот последние дни, здесь, в этих стенах, ей было не так — потерянно, виновато и страшно. Так я и думала. Что не знаю, кого и как поздравлять с таким днем. И как искренне, а не на словах, поверить в это расхожее у меценатов, идеологов и сумасшедших энтузиастов, что «хоспис — это не про смерть, это про жизнь», когда тут только и делают, что умирают. И как можно смеяться над шутками от подолога, который спрашивает одного из подопечных: «Педикюр делать будем?» — в ответ слышит: «Почему бы и нет, вы быстро управитесь!» Поднимает одеяло, а там нет ног. Думала, что не знаю, как на всё это реагировать, до тех пор, пока не обнаружила себя улыбающейся у какой-то картины с рыжим лисом на стене в коридоре между взрослым и детским отделением. Это был третий хоспис, в котором я была лично, и, наверное, пятый, о котором читала или разговаривала с его сотрудниками. Но для меня Уфимский хоспис стал первым, благодаря которому у меня, наконец, всё схлопнулось, всё сошлось. «Видите эту надпись наверху, над всеми табличками с нашими благотворителями? „Благодарим Анну Константиновну Федермессер“. Это Нюта. Я ей говорю: „Нюта, у тебя ровно полчаса, чтобы убедить Радия Фаритовича. Если убедишь, и он скажет ‚да‘, значит, хоспису быть“», — так начала свою экскурсию председатель попечительского совета фонда «Уфимский хоспис» Каринэ Хабирова. Имя Нюты на стене большими буквами, а буквами чуть поменьше — десятки табличек с названиями крупных корпораций и маленьких никому неизвестных ипэшек — все, кто помогал, помогает и, как здесь верят, будет помогать. Хоспис в Уфе открыли два года назад, 40 коек для взрослых, 20 — для детей. Но измерять его количеством коек язык не поворачивается. Несмотря на дотошную и кропотливую работу с обустройством быта и ухода, на продуманность каждой мелочи (от безбарьерной среды до кухни, где приходящие родственники могут и курицу запечь, и блины пожарить), здесь есть ощущение какой-то странной легкости бытия, будто всё, что ты видишь, случилось само собой. И совсем нет ощущения больницы, казенного дома. «Про картины. Мы думали, что закажем что-нибудь интерьерное, красивое и одинаковое, — а в итоге вот, видите, выставка народного творчества — бисер, акварель, пейзажи, натюрморты — всё подряд. Люди дарят, и мы вешаем. Отсюда все эти статуэтки, и вязаные панно, и гитара у камина — люди приносят, что-то волонтеры, что-то родственники», — продолжает экскурсию супруга главы Башкортостана. Хоспис в Уфе строили всем миром. Кто-то давал деньги, кто-то — лифты, кто-то — мебель. Но классно и удивительно, как по мне, что после его открытия этот вот принцип «всем миром» никуда не делся. Местный заммэра сбегает с совещаний, чтобы поиграть на гитаре для подопечных, заслуженные артисты приезжают с концертами, кто-то волонтерит с пилочкой и лаком для ногтей (здесь свой салон красоты), кто-то привозит собак — для умиления и терапии, а кто-то собирает «тележку добра» — натуральную тележку, набитую всякими радостями (это могут быть милые косметические прибамбасы или, например, сладости). «Очень трогательно включились в это наше комьюнити друзей хосписа уфимские кондитеры. У нас есть специальный чат, и в любое время дня и ночи туда можно отправить заявку. Вот захотел человек тортик шоколадный, а все магазины и кондитерские уже закрыты, наши сотрудники или волонтеры пишут в этот чат, и тортик находится», — рассказывает Каринэ. В таком же круглосуточном режиме служат священники — православные, мусульманские, иудейские. Приезжают по первой просьбе, понимая, что второй здесь, как правило, может не быть. У каждой палаты в уфимском хосписе свой выход на улицу, ширина дверного проема такая, что туда смело проезжает кровать. То же самое — со всеми остальными дверными проемами. Высота и ширина столов в обеденной зоне, высота ванны в помывочной — доступность каждой манипуляции нужна для того, чтобы со всем этим могли справиться не только обученные сотрудники, но и родственники. В каждой палате для них есть свой диванчик или кресло-кровать. «А здесь у нас зимняя курилка. Выехать на нее можно даже на кровати. Да, курилка. У нас был один подопечный, который в день выкуривал по 8-9 сигарет. Летом это можно делать на улице, а зимой — это же каждый раз одеваться. Хотя с зимними одеваниями нам тут подсказали один лайфхак: туристические спальники — просто укутываешь им, застегиваешь, шапку, перчатки — и вперед», — продолжает экскурсию супруга главы Башкортостана. Кроме достаточно просторных палат, комнаты с камином и всевозможных процедурных, здесь есть даже свой бассейн. Не для плавания, для реабилитации и для… улыбок. Всё так продумано и приспособлено, что в нем занимаются даже дети с трахеостомой. Мой гид по хоспису Каринэ рассказывает, как навсегда запомнила слезы мамы, которая благодаря этому бассейну впервые за 5 лет увидела на лице своего ребенка улыбку. Вокруг хосписа, у которого своя территория, разрастается новый микрорайон (где-то на полпути между столицей Башкирии и аэропортом). Спрашиваю: «А соседи из этих многоэтажек не возмущаются, что вот у них под боком тут умирающие люди?» — «Нет», — отвечает Каринэ. И продолжает рассказывать, как хоспис на окраине стал центром жизни. Общественной, волонтерской, какой угодно. Куда приезжают почетные гости, первые лица республики и даже страны, как на открытие приезжала Валентина Матвиенко. «Мы никогда не знаем, что ждет нас завтра, но сегодняшнего дня у нас и у наших подопечных никому не отнять! Это наш девиз, с ним и живем». СправкаНа сегодняшний день в Башкирии более 23 000 взрослых и 951 ребенок имеют тяжелое неизлечимое заболевание, сокращающее срок жизни.