«За 130 лет насчитали не меньше 120 воронок» — геолог из Уфы рассказал о карстовых провалах у станции Воронки

Уфимский геолог Александр Смирнов много лет изучал Уфимский карстовый косогор — крутой правый берег Белой, где с конца XIX века проходит железная дорога. Участок от железнодорожного вокзала до улицы Чудинова давно известен как место, где земля буквально уходит из-под ног. Причина — сульфатный карст: под тонким слоем почвы и породы залегают гипсы, которые легко растворяются подземными водами. Со временем там образуются пустоты, своды обрушаются — и на поверхности возникают воронки и провалы.

Геологи ведут наблюдения за косогором с конца XIX века, а непрерывный мониторинг организован с 1976 года (в нём участвовал и Александр Смирнов). За всё время эксплуатации дороги (с 1888 по 2024 год) вдоль путей зафиксировали не менее 120 карстовых провалов. В среднем получается почти по одному в год — 0,88. Причём почти все случались в тёплое время года, а в многоводные годы — особенно часто.

Самые опасные случаи

• В 1927 году 27 апреля на 1623-м километре провалилась огромная воронка глубиной 13–14 метров и площадью 1500 квадратных метров. Она захватила насыпь и один из путей. Движение поездов прерывалось.

• В 1991 году прямо под шпалами чётного пути (1623 км) возникли два провала рядом, диаметром по полтора метра и глубиной 0,7 метра. Тогда скорость движения поездов снизили до 15 км/ч, а воронки быстро засыпали.

• Вообще, чаще всего новые провалы появляются в кюветах (водоотводных канавах), причём нередко на одном и том же месте. Например, в 2000 году на 1626-м километре образовалась воронка, а до этого там же засыпали провалы в 1977 и 1995 годах.

Сейчас провалы случаются реже и они гораздо мельче. Если в первые десятилетия попадались воронки диаметром 3–5 метров и глубиной до 4 метров, то в последние годы — не больше двух метров в ширину и одного в глубину. За последние двадцать лет произошло от силы пять мелких провалов, и то только в кюветах.

Почему активность упала? Александр Смирнов объясняет: сначала железная дорога сама провоцировала провалы — вибрация от поездов сотрясала грунт, своды карстовых пустот обрушались. Но потом эти пустоты постепенно заполнялись грунтом, который сыпали при ремонтах, плюс регулярная подсыпка балласта под шпалы и постоянное «встряхивание» от поездов не дают новым пустотам вырасти до опасных размеров. Карстовый массив как бы «уплотнился».

Ранее мы говорили с другим геологом о проблемах карста в Уфе.