Чай по 30 рублей, холодная раздевалка и утонувшие сходни: тест-драйв по уфимским купелям

Когда-то давно купание в проруби на Крещение не было модным трендом, а над иорданями особенно не колдовали: провертят во льду полынью, вот тебе и купель. Сейчас же к безопасности относятся серьезно — для обустройства прорубей разрабатывают инструкции с чертежами, а перед тем как запустить туда людей, проверяют готовность купели специальной комиссией. Нет сходней и поручней? До встречи на будущий год. В башкирской столице на праздник приготовили четыре иордани — на озере Солдатском в парке имени Якутова, на реке Белой в микрорайоне Нижегородка, на озере Кашкадан в Сипайлово и на пруду в саду Аксакова. Корреспондент портала UFA1.RU объехал и осмотрел критическим взором их все. Вот что из этого получилось. Прежде чем наводить критику, мы изучили чертежи и документы. Согласно бумагам, возле иордани должны быть оборудованы теплые палатки с подогревом, санузлы и туалеты. Чтобы босыми ногами люди не скользили по льду, к проруби следует уложить дорожки, а спуск в воду снабдить ступенями с поручнями. Чтобы купальщика ненароком не смыло течением, заградительные бортики или поручни должны быть и внутри купели. За порядком и безопасностью предписано следить полиции, спасателям и сотрудникам скорой помощи. И в качестве вишенки на тортик — обещали организовать горячее питание и чай. А еще мы шагами промерили расстояние от парковки до раздевалки. Озеро Кашкадан Огромные походные палатки, где организованы раздевалки, от купальни на озере Кашкадан отделяют 270 шагов, или порядка 135 метров. Поверьте, когда скачешь по морозу с мокрой головой до машины, каждый метр на счету. Желающих купаться мы увидели немного — при нас отважились только двое. — Вы что, — улыбается дежурный спасатель. — Здесь за ночь полторы тысячи человек уже окунулись! Сейчас проснутся и подтянутся. С прорубью не очень удобно получилось: ее вырезали в форме креста, продольное направление снабдили, как и положено, сходнями со ступенями, а поперечные «уши» остались не у дел — дыра дырой. Для безопасности купальщиков полыньи прикрыли металлическими конструкциями. — А вдруг кому-то помощь понадобится — ведь сюда и провалиться недолго, — с сомнением киваю я на полынью. — Не волнуйтесь, не допустим, — обещает спасатель и переключается на купальщика. Внутри в раздевалке урчит печка-буржуйка, жадная до дров, но особой жары не ощущается. Впрочем, после студеной воды переодеться без ветра этого вполне достаточно. А вот с покрытием на полу — конфуз: наброшенные на пол доски густо усеяны песком с берега, так что босиком тут не попрыгаешь. Не получилось на Кашкадане и с питанием. — Утром приезжали предприниматели — продавали плов, жарили шашлыки. Но торговля не пошла, они свернулись и уехали, — вздохнули представители стражей порядка. — В 11 часов должна была вернуться полевая кухня, ночью они дежурили, но так и не приехала. Все остальное, что предписывают документы и инструкции, на Кашкадане имеется. Пруд в саду Аксакова Прорубь на пруду в саду Аксакова появилась впервые за много лет: купель на реке Белой из-за ремонта набережной провертеть невозможно, и жители Кировского района уговорили власти пойти им навстречу. Иордань, надо признать, получилась аккуратная, компактная и уютная — ни тебе «ушей» по бокам, ни песка на мостках. Их, кстати, обили ковровыми дорожками, а сор с них регулярно сметает метелкой сотрудница администрации парка Рида Ахметовна. — Не только я, ночью руководители сами дежурили, — по секрету признается Рида. — Это, конечно, не наши обязанности, но дело-то благое, как откажешь… С обогревом в палатке вышел конфуз — электрическая тепловая пушка с обязанностями не справлялась от слова совсем, так что попытки отогреть заледенелые руки пришлось оставить. Уфимка по имени Зухра холода, похоже, не замечает — она только что окунулась в прорубь и даже с головой. — Ну и что, что я мусульманка, бог ведь един, — говорит Зухра. — Я окунаюсь в прорубь уже лет 20. До этого было много проблем со здоровьем, а сейчас гораздо лучше себя чувствую, бодрее. Чай в аксаковском саду был и даже бесплатный. Беда здесь только с парковками — улицу Новомостовую ради безопасности перекрыли пескоразбрасывателем, машину можно припарковать в 210 шагах (порядка 100 метров) у перекрестка с улицей Пушкина. Желающих окунуться в пруд было тоже мало — видимо, немногие местные жители об этой проруби знали. Река Белая Река Белая встретила нас пронизывающим ветром, и -10 градусов показались как -20. Но купальщиков это не остановило. Казалось, что вместе с крестным ходом под предводительством отца Романа сюда собралась вся Нижегородка. Пожалуй, это была самая атмосферная купель: батюшка с хористами снова и снова пел специальный тропарь — о том, как сошел с небес Иисус Христос — «дух в виде голубини», и благословлял людей, обрызгивая их водой из проруби. Восьмилетняя Вика отважилась окунуться впервые. Девочка долго не решалась, топталась в очереди у иордани минут 10 ждала. И вдруг — раз! — скинула халат и ринулась в воду. — Как водичка, Вика? — Нормальненько, — стуча зубами, улыбалась девочка в раздевалке. — Ради мамы решилась! Конечно, нормальненько — в походной палатке шпарили две жаркие буржуйки. Хоть второй раз в прорубь ныряй. Да и до парковки здесь бежать недалеко — она расположилась прямо у палаток. Главное, 200 (около 100 метров) шагов от проруби до спасительного тепла добежать, и все будет нормальненько. Горячий — и бесплатный! — чай здесь тоже был. По организации купаний придраться особо не к чему: была здесь и полиция, и спасатели, и медики. Разве что крестообразную купель оградили от течения металлической перекладиной, железка обросла ледяной шубой, и люди были вынуждены хвататься прямо за нее. И да — заросли льдом и деревянные дорожки, устланные от раздевалки до проруби. Очень скользко было даже мне. Могу только догадываться, как расползались тут ноги купальщиков, обутые в резиновые шлепки. Озеро Солдатское В парке Якутова традиционно купаются не только на Крещение, здесь устраивают свои суточные заплывы и уфимские моржи — неудивительно, что здесь было многолюдно. Но праздник капитально подпортила сама прорубь: к полудню лед вокруг иордани опустился ниже уровня воды. Деревянные настилы каким-то чудом не всплыли, а вот спасателям и купальщикам приходилось шлепать по ним по щиколотку в воде. Спасатели-то ладно, они в своих огромных резиновых сапогах чувствовали себя неплохо. А вот нагим людям, которые только что вынырнули из студеной воды, не позавидуешь — бедняги понуро брели, словно потеряли ориентир в пространстве, и хватались мокрыми руками за металлические загородки. Брр! — Ночью все было нормально, — пожимали плечами стражи порядка. — А вот днем настил взял и просел — потому что заходили по 20 человек. Наверное, будем закрывать… В маленькой раздевалке было жутко тесно и не теплее, чем на улице, — буржуйка с задачей не справлялась, и люди, переодеваясь, приплясывали от холода. А еще здесь был платный чай. Да, правда: 30 рублей за стакан кипятка и пакетик «Липтона». Кофе «три в одном» можно было купить за 50 рублей. Как и курник и сосиску в тесте. И еще из очевидных минусов — до парковки было очень далеко: на основною стоянку при парке мы даже соваться не стали, на этот пятачок и летом не втиснешься, и топали от улицы Ибрагимова 420 шагов (210 метров). Собственно, ко всему остальному можно и не придираться. Разве что к заросшим льдом деревянным мосткам от раздевалок к проруби: почему-то расчищать их, как в саду Аксакова, никто не додумался.