Айбулат Юнусов, директор киностудии «Башкортостан»: «Нас хорошо знают не только в республике, но и за ее пределами»

В октябре в Уфе кинематографисты со всей России обсуждали будущее национального кино. Все они единогласно пришли к мнению, что необходимо сделать кино доступным не только для жителей мегаполисов, но и для сельчан. Так считает и директор киностудии «Башкортостан» Айбулат Юнусов. Вместе с корреспондентом сайта Ufa1.ru он размышлял о прошлом, настоящем и будущем башкирского кинематографа. – Айбулат Галиянович, недавно фильм вашей киностудии «Рахмат» был отмечен на фестивале в Турции. Означает ли это расцвет башкирского кинематографа? – Я бы не стал утверждать, что это расцвет. Наше участие в международном фестивале пока означает, что мы лишь делаем пробные шаги, выходя за пределы нашей страны. В прошлом году мы участвовали с этим фильмом на евразийском фестивале в Казахстане, и он был очень тепло воспринят зрителями. Возили мы и свои мультфильмы из серии «Башкирские кулямасы», «Лиса и тетерев» и «Мой аул Акчура» на фестивали в Ярославль и Гусь-Хрустальный. Наша киностудия старается как можно больше участвовать, чтобы заявить о себе. Нас уже знают кинокритики. Более того, нам стали предлагать и совместные проекты. – Кстати, фильм «Рахмат» вы ведь снимали в цифровом формате? – Да, для нас «Рахмат» – это был первый опыт работы в цифровом формате с дальнейшим переводом на пленку. Мы приобрели специально для этих целей оборудование – кинокамеру, которая дает возможность снимать с разрешением HD. В нашей стране только-только начали переходить на этот формат, тогда как в Голливуде сейчас на HD снимают 90 процентов фильмов. Так выходит гораздо дешевле, чем сразу снимать на пленку. Да и удобно, должен сказать. Сразу можно посмотреть картинку после того, как отснял. А на кинопленку надо сначала снять, потом проявить, а уж затем смотреть на наличие царапин или других дефектов. Проходит много времени. Тем более у нас в республике нет своей проявочной машины. В основном все проявляется в Москве на «Мосфильме» и на киностудии имени Горького. Проходит длительный процесс, прежде чем можно увидеть, что отсняли. И если дубль не получился, приходится все заново делать. А формат HD очень удобный, и мы сейчас активно им пользуемся. В этом плане мы опережаем коллег из ближайших регионов. Мое мнение, цифровой формат – это кино будущего. – Говорили, что павильоны киностудии будут строиться в поселке Восьмое марта. Как с этим обстоят дела? Что они будут из себя представлять? – Сейчас мы практически завершили оформление земли и проектируем сами здания павильонов новой киностудии. Предполагаю, что уже к следующему лету начнем строительство. Работа предстоит очень большая. Место там живописное – рядом река. Когда я разговаривал с представителями управления Главархитектуры, меня все спрашивали, зачем нам столько земли, ведь не Голливуд же собираемся строить. На что я им задавал встречный вопрос – а знаете ли вы, что такое Голливуд? Это ведь целый город киноиндустрии. В нем в натуральную величину есть Белый дом, в несколько раз уменьшенная статуя Свободы, есть кварталы, воссоздающие атмосферу XVI-XX веков. Голливуд по размерам даже больше, чем Уфа. Мы же планируем построить два чисто съемочных павильона – большой и малый. А то здание, в котором мы сейчас располагаемся, будет сноситься. На этом месте построят общественно-деловой центр и гостиницу. С начала основания киностудия девять раз меняла свою дислокацию. И хотелось, чтобы мы сейчас переехали в последний раз. А это помещение, которое когда-то было заводом, не приспособлено под нашу отрасль. Каждый цех приходится переделывать, потому что он не соответствует требованиям для озвучивания фильма. Здесь нет необходимой звукоизоляции. Например, рядом идет стройка, трактор проехал, мы-то может и не слышим, а микрофоны очень чувствительные. – Как обстоит дело с фильмом «Ловец ветра»? – Сейчас завершилась озвучка фильма. Актеров, которые участвовали, практически всех записали, кроме Марата Башарова. Он уехал в экспедицию в Монголию, поэтому с ним мы будем озвучивать только в январе. А пока в Москве занимаемся цветокоррекцией, и, думаю, в феврале фильм уже выйдет на экраны. Может быть, даже и раньше. – Где можно будет увидеть этот фильм? – В первую очередь мы планируем запустить его по кинотеатрам. И так же как и в прошлом году, мы показывали фильм «Рахмат» – повезем его по районам. Премьерный показ проведем в республике, а затем представим картину в соседних регионах – Челябинской, Свердловской, Самарской областях, где проживает немало выходцев из нашей республики. Все-таки в этом фильме присутствует национальный менталитет. А потом уже будем решать. Может быть, удастся показать его по какому-нибудь центральному каналу телевидения. – Марата Башарова планируете пригласить на премьеру? – Естественно! Когда мы начинали снимать фильм, он был не такой известный, а сейчас у него график очень плотно забит. Даже на озвучивание на один день не может вырваться в Уфу. Поэтому мы будем озвучивать его в Москве. Выберем специально для этого какой-то один день. В принципе мы уже со всеми договорились, студия готова. Ждем только, когда он назначит дату. А так, думаю, что для премьеры он выберет время. – Выдвигались идеи переснять фильм «Салават Юлаев». Какие-то шаги предпринимаются в этом направлении? – Мне кажется, что пока переснимать этот фильм не имеет смысла. Оригинал сделан очень хорошо. Пересняли в новых трактовках «Тихий Дон», «Войну и мир». И что из этого получилось? Ничего хорошего из этих затей, на мой взгляд, не вышло. Да, можно сделать новый фильм, но, чтобы восстановить ту эпоху, какие потребуются затраты! Нужно будет создать деревни того времени, а потом сжечь. Надо брать в аренду оружие, одежду. Я думаю, пока мы к этому не готовы. Помимо «Салавата Юлаев» ведь есть и другие интересные сюжеты, за которые вообще никто никогда не брался и не снимал. Та же самая война 1812 года. Наших соотечественников в ней участвовало очень много. Тем более что в 2012 году будет юбилейное празднование этого события. Как говорится, режиссерам открыты все дороги! Мы приветствуем любые идеи. Но затрагивать те темы, которые уже отсняли, считаю, что пока рановато. – Над чем сейчас трудится киностудия «Башкортостан»? – В производстве у нас сейчас художественные, документальные и мультипликационные фильмы. Недавно Салават Вахитов закончили документальный фильм «Заповедник Шульган-Таш». Его мы выпустили на DVD-дисках для туристов, все они разошлись сразу же. Директор заповедника после этого заключил с нами договор на их реализацию. На мой взгляд, нашу природу надо больше снимать, показывать, рассказывать, чтобы туристы увозили из республики какую-то память о ней. Параллельно Салават Вахитов работает над историческим документальным фильмом «Турахан». А к декабрю Амир Туйгунов должен закончить заключительную часть трилогии о присоединении Башкортостана к России. Тансулпан Буракаева заканчивает художественный фильм «Моя звезда». Помимо этого, работы идут над мультфильмами «Та сторона, где ветер», «Зухра и месяц», одной из серий «Башкирские кулямасы». Сейчас также идет подготовительный период фильма о правилах дорожного движения и об особенностях поведения на дороге в разное время года. Он будет в форме «Ералаша», чтобы любой ребенок запомнил правила как можно лучше. Также готовим фильмы о районах республики. На следующий год мы планируем начать съемки многосерийной комедии. Название ей пока не придумали. – У нас сейчас появилось очень много молодых непрофессиональных кинематографистов. Как вы относитесь к подобному кино, готова ли киностудия помогать таким дарованиям? – Я многим говорю, если есть интересные работы и проекты, то почему бы и не помочь. Молодые режиссеры часто приходят к нам со своими фильмами и просят оценить их творчество. Мы просматриваем эти работы всем худсоветом, но, как правило, бывает много фильмов просто ни о чем. Каждая работа, на мой взгляд, должна нести какую-то идею. А в большинстве случаев получается, что они смешивают все жанры в один клубок и непонятно, что хотят этим сказать. Неплохо было бы открыть такую школу при киностудии, чтобы желающие могли учиться, смотреть, как работают профессионалы. Понятно, что у многих есть желание снимать фильмы. Но для профессионального кино нужна соответствующая техника. Пожалуйста, пусть приходят начинающие режиссеры со своими идеями. Есть много тем, которые можно было бы им поручить. Тем более что у нас уже есть подобный опыт. К примеру, фильм «Рахмат» снимал сплошь молодой коллектив. – Существует ли на киностудии кадровая проблема? Хватает ли режиссеров, операторов, актеров? – В любом деле кадров не хватает. Режиссеры у нас все разного амплуа – кто-то приверженец комедии, кто-то любит снимать драму, кто-то предпочитает документальные фильмы. Мы ежегодно отправляем на учебу студентов в Санкт-Петербургский институт кино и телевидения. Радует, что из года в год это количество увеличивается. В этом году совместно с БСТ мы набрали 26 человек. Многие студенты возвращаются, но кто-то остается работать в Москве, Питере. Я их понимаю – молодые, амбиций много, есть прекрасная возможность заработать больше денег. Но с другой стороны, там деньги, а здесь – опыт. В конце января или начале февраля следующего мы года мы планируем совместно с Санкт-Петербургским институтом провести в Уфе мастер-класс для операторов. К нам приедут специалисты из этого учебного заведения. Хотим пригласить сюда знаменитого Эдуарда Розовского, который снимал «Белое солнце пустыни». – Помимо кадровой проблемы, о чем еще сегодня болит голова у директора киностудии? – Сейчас самая большая проблема для нас – это нехватка финансов. Чтобы снять нормальный фильм, требуется около 30 миллионов рублей. На сегодняшний день самый масштабный проект, который мы сделали, это был «Ловец ветра». На него было потрачено 18 миллионов. Но в основном мы вынуждены снимать малобюджетные фильмы. А искать спонсоров… В первую очередь любой спонсор считает, что если он вложил один рубль, то должен получить два. А где гарантия, что фильм получится и принесет прибыль? Поэтому многие не рискуют вкладывать деньги в кино. Кинобизнес, к сожалению, у нас пока не так сильно развит, как во многих европейских странах. Многие фильмы просто себя не окупают. Предположим, «Казахфильм» потратил на своего «Кочевника» около 40 миллионов долларов. Но даже на одну треть эта картина себя не окупила. Зато Казахстан заявил о себе, как о стране кинематографа. Сама республика все больше вкладывает финансов в производство фильмов. В этом году «Казахфильм» ведет работу одновременно над семью художественными картинами. По моему мнению, так и надо – снимать больше. В свое время, когда молодое советского государство только развивалось, Ленин одну треть бюджета отдал кинематографу. На санках, лошадях возили передвижные установки, показывали людям кино. Одно дело, когда ты слышишь или читаешь, а совсем другое, когда видишь. – Как оцениваете современное телевидение и кинематограф? – Сейчас на телевидение сплошное насилие. Один за другим идут бандитские сериалы, как пособие для начинающих преступников, где все подробно рассказано и показано. Без этого и так в жизни много всего нехорошего. А телевизор очень много смотрят дети и показывать надо добрые мультфильмы. Мне кажется, в итоге мы и придем к тому, что будет введена цензура на телевидении и в кино. – Насколько работы киностудии «Башкортостан» востребованы у зрителей, кинопрокатчиков? – Дело вот в том, что создавая свои фильмы, мы ориентируемся прежде всего на документальность. К примеру, сейчас мы смотрим кадры провозглашения нашей республики, когда приезжал Борис Ельцин. Это хроника, которая постоянно показывается. Лет через 50-60 наши внуки или правнуки посмотрят документальные кадры и скажут, ага, оказывается, вот кем был мой дедушка или прадедушка. В действительности наша цель – снять именно хронику про жизнь нашей республики. Мы работаем не для того, чтобы было востребовано сейчас, а через поколения, чтобы могли показать детям. А художественные фильмы, которые мы снимаем, – это попытка сделать шаги вперед. – А есть идеи пустить фильмы в массовый прокат? – С тем же самым фильмом «Рахмат» мы так и поступали. Несмотря на то, что он идет на башкирском языке с русскими субтитрами, его посмотрели очень много зрителей. Ладно, в Уфе выбор кинотеатров огромный, есть, что посмотреть. А в деревнях ведь все совсем не так. Что остается делать сельским жителям? Приходят домой и смотрят телевизор. Сейчас кино в деревнях перестали показывать. Новые технологии развиваются, но это все стоит денег. К сожалению, частные кинотеатры не строят в маленьких городах и райцентрах, а только в мегаполисах. Сельский зритель остался ни с чем. Я считаю, что его не надо обделять вниманием и вернуть в кинозалы. – Киностудию «Башкортостан» вы возглавляете не так давно. Насколько сложно было становиться у руля башкирского кино? – Сначала было тяжеловато, непросто общаться с людьми искусства. Это мы привыкли сидеть на работе с девяти до шести. А у них вдохновение может прийти и в три часа ночи. К каждому творческому человеку надо найти свой ключ и подход. Поскольку у меня инженерно-техническое образование, приходится постоянно изучать. Я родился в Кугарчинском районе. Закончил там школу, потом поступил учиться в нефтяной институт. После того, как получил высшее образование, уехал работать в строительно-монтажную организацию в Салават. Но потом по семейным обстоятельствам приехал в Уфу. Помимо этого, у меня была давнишняя дружба с группой «Караван-Сарай». Я их продюсировал, вывел на большую сцену, организовывал гастроли, выпускали диски, клипы. В итоге, когда ребята встали на ноги, я немного занялся бизнесом, а три года назад меня пригласили возглавить киностудию. А сейчас у меня на столе всегда лежат книги и журналы по искусству и кино, как делать монтаж. Постоянно приходится быть в курсе дела, помимо хозяйственных дел, стараюсь быть и в курсе всего творческого процесса. Директор должен знать все и отвечать на любой вопрос. У меня есть семья, трое детей. Дочь закончила филологический факультет в Башкирском государственном университете, сыновья еще школьники. Один учится в восьмом классе, другой в четвертом. Кем они станут в будущем, это будет полностью их выбор. Со старшим сыном постоянно беседую, кем бы он хотел быть. Это мы в советские времена мечтали быть космонавтом, врачом или учителем, а у современных детей свои мечты и герои. – Они не просят, чтобы их в кино снимали? – Если только в массовках. Когда мы работали над фильмом «Рахмат», то пару сцен снимали в моей квартире. Дети посмотрели, что это такое, когда в восемь утра начались съемки и на следующий день в обед только закончились. Они были удивлены, какой это тяжелый труд. – А как можно попасть к вам в кино? Проводите ли кастинги? – Актеров на свои роли отбирает режиссер. У нас постоянно пополняется актерский банк, и, естественно, проводится кастинг. Люди могут узнать о наборах для участия в фильмах обычно из средств массовой информации или других объявлений. Опять-таки в массовку не все могут попасть. Даже туда отбор проходит. Люди могут пройти, если соответствуют параметрам, которые видит только режиссер. У Айбулата Галияновича очень мало свободного времени. К нему постоянно обращаются за советом, в рабочем кабинете не умолкают телефоны. Ведь на его плечах весь башкирский кинематограф, который переживает очередной этап своего развития, и ему необходимо постоянно держать руку на пульсе времени.