Наиль Зарипов, заместитель начальника УФСКН России по РБ, полковник полиции: «Борьба с наркобизнесом – задача не только для органов наркоконтроля, но и для всего общества»

– Наиль Залилович, 26 июня весь мир отмечает Международный день борьбы с наркоманией и незаконным оборотом наркотиков, учрежденный Генеральной Ассамблеей ООН в 1987 году. Вклад в это жизненно важное для всего человечества дело сотрудниками Управлением наркоконтроля России по Республике Башкортостан вносится действительно огромный. А какие-то конкретные победы республиканского наркоконтроля на этом фронте на сегодняшний день вам хотелось бы отметить особо? И как вы бы могли оценить ситуацию с наркопреступностью в современном обществе? – Хотелось бы отметить, что борьба с наркопреступностью не в 1987 году началась. Милиция с момента своего создания с ней воевала и всяческими способами боролась. А что касается оценки нашей работы? Это надо, наверное, у населения спрашивать. Победы и достижения? Мы просто выполняем свою работу. Подозреваемые, обвиняемые через нашу следственную службу проходят. – В обществе ведь сейчас какая ситуация складывается? Некоторые силы всячески стремятся пропагандировать идею легализации в России хотя бы так называемых легких наркотиков, утверждая, что таким образом можно решить множество проблем, связанных с наркоманией. Через отдельные СМИ и, скажем, популярные кинофильмы эти вещества чуть ли не рекламируются как нечто забавное и при этом чрезвычайно модное. Хотелось бы услышать ваше мнение как эксперта, насколько осмысленны подобные призывы и реклама? – К легализации у меня отношение крайне отрицательное. К примеру, когда в Голландии разрешили курить траву в надежде на то, что население таким образом отвлечется от более сильнодействующих веществ, в итоге потребление наркотиков возросло в несколько раз, и многие перешли именно на тяжелые наркотики. В Италии ведутся разговоры по поводу того, чтобы наркоманам разрешить потребление под контролем врачей при лечебных учреждениях, а также выдавать им чистые шприцы. Но ведь такой человек, пусть даже он потребляет наркотики под присмотром врачей, неизбежно вовлечет в это пагубное занятие людей, составляющих его круг общения, поделится, так сказать, с ними своими эмоциями, расскажет о воздействии наркотика на организм и тому подобное. Я считаю, что это легальные наркопритоны. Профилактика СПИДа, гепатита – да, но от наркомании это не избавит. Известно, что один наркоман может приобщить к потреблению до десяти человек. Здесь выводы напрашиваются сами собой. Как известно, люди приходят к наркомании различными путями. Большинство ищет в потреблении наркотиков спасение от каких-то тяжелых жизненных проблем, не осознавая, что в итоге на смену прежним трудным обстоятельствам неизбежно придут новые. Сегодня человека угощают дозой героина, а завтра он уже наркозависимый и ему во что бы то ни стало требуются деньги на очередную порцию наркотика. А где может раздобыть довольно-таки значительные денежные средства, к примеру, неработающий гражданин? Ведь минимальная стоимость дозы героина – от 600 рублей. Причем тому, кто уже основательно сидит на игле, в день может требоваться до нескольких доз. Так и возникает замкнутый круг. Ради очередной дозы люди порой идут на преступления: грабежи, кражи. Из собственного дома, как правило, наркоман выносит все сколько-нибудь ценные вещи. Доходит до того, что иной раз родители обращаются с просьбой, чтобы наркомана посадили: не могут уже терпеть его образ жизни. – По долгу службы вам достаточно часто приходится общаться с людьми, которые явно и последовательно придерживаются асоциальной модели поведения и имеют соответствующее мировосприятие. Насколько это трудно выдерживать? Ведь представители следственных органов практически всегда вступают с правонарушителем в определенный психологический поединок. – Психологический поединок, конфликт? Понятно, что в тюрьме сидеть никто не хочет. Тем не менее за пять месяцев этого года следственной службой в суд направлено 186 уголовных дел в отношении 266 обвиняемых. Они обвиняются в 560 преступлениях. Из этих обвиняемых каждый ведь занимает определенную позицию. Большинство из них говорит: «Я не виноват, я был волею случая вовлечен в преступную деятельность». И все это, несмотря на то что нами собран достаточный объем доказательств его вины. Причем в основном это не потребители наркотических веществ, а сбытчики. И как они подчас утверждают: «Я преступления не совершал, все это спровоцировано органами наркоконтроля». Мол, наркотики подброшены. В прокуратуре изучаются наши уголовные дела, через суд они проходят. Конечно, определенное противостояние между представителями следствия и обвиняемыми существует. Но следователь обязательно должен установить с подследственным психологический контакт, ведь конечная цель этого взаимодействия – установление истины. До физического противодействия, конечно же, не доходит, никто на обвиняемых физически не воздействует. Работа у следователя тяжелая на самом деле. Вроде бы сидит он в кабинете, беседует с обвиняемым. А ведь каждый обвиняемый – это человек со своей судьбой, родными и близкими, с которыми следователю также приходится общаться. И на это общение уходит много сил – такой вот интеллектуально тяжелый труд. Со стороны может показаться, что уж тут такого тяжелого. Но, когда следователь вечером с работы уходит, это не значит, что он забывает об уголовном деле, которое он в настоящий момент расследует. По каждому уголовному делу срок сбора доказательств – два месяца. За это время необходимо собрать и закрепить доказательственную базу, чтобы дело было передано в суд. Так что даже во время отдыха от такой работы отключиться не получается: сотрудник все время свои действия анализирует, постоянно ощущает бремя ответственности. Например, стоит ли заключать человека под стражу, вдруг я потом не смогу доказать его вину? Принятие каждого решения – огромная ответственность. Поставил подпись – ты должен за эту подпись отвечать. Цена ошибки очень высока. – Расскажите о своем пути к нынешней должности. Как складывалась карьера начинающего правоохранителя? – В 1986 году после окончания юридического факультета университета я пришел в милицию, работал следователем и заместителем начальника райотдела, затем – в Главном следственном управлении МВД по РБ. С сентября 2007 года работаю в качестве заместителя начальника Управления наркоконтроля Башкортостана. Самое первое мое уголовное дело было по обвинению одного любителя пива, который, находясь в очереди за этим напитком, нанес телесные повреждения другому любителю пива – сломал челюсть. Сам он был боксер, ранее дважды судимый за хулиганство. Захотел приобрести пиво без очереди и вот так отреагировал на замечание. – Самое ценное сочетание, которое может быть у специалиста, как я понимаю, – основательная теоретическая подготовка и обширный практический опыт? – Опыт постепенно нарабатывается, настоящим следователем за несколько дней не станешь. Более-менее грамотным следователем человек становится примерно на третьем году службы. – Как вы полагаете, насколько в искусстве, к примеру, в популярных фильмах и сериалах, образ сотрудника правоохранительных органов часто показывают объективно, реалистично и убедительно? Или, на ваш взгляд, кинематографистам и писателям в этой тематике еще есть над чем работать в плане устранения недостатков? – Ну вот взять хотя бы сериал «Улицы разбитых фонарей». Первые серии году в 1997 вроде бы приятно смотрелись, качественно были сделаны, реалистично, но и с юмором. А сейчас он уже прежде всего развлекательный телепроект. То есть от жизни этот фильм оторван. Что интересно – иногда какой-нибудь американский полицейский боевик смотришь и замечаешь, что есть там отдельные моменты, которые порой могут быть полезными в практической оперативной и следственной работе. – При таком психологическом напряжении, которое возникает у человека, чья жизнь связана со следственной или оперативной работой, наверное, помогает только ироническое отношение к некоторым моментам? – Насчет профессионального юмора, то все же отмечу, что он у сотрудников следственных органов достаточно специфический. В одной из книг Андрея Кивинова такой пример: какая мотивация может быть для отказа в возбуждении уголовного дела по заявлению гражданина, у которого со двора пропал мотоцикл? Берется метеосводка за тот день, в который случилась пропажа, оказывается, был сильный ветер. Ну вот ветром мотоцикл и сдуло как раз в сторону мусорной свалки. А оттуда его уже мусороуборочная машина увезла. Следовательно, кражи не было. Вот такой милицейский юмор. – Не секрет, что сейчас среди некоторой части общества, особенно среди молодежи, бытуют несколько романтизированные представления о криминальном мире. Вы как человек постоянно наблюдающий не за кинематографическими, а реальными криминальными персонажами, наверное, много могли бы рассказать нашим читателям, особенно молодому поколению, о том, что этот мир представляет из себя на самом деле? – Романтика? Старая система воспитания молодежи ликвидирована. А что взамен? Сейчас только положение с организацией культурного досуга молодежи немного начинает исправляться. Да, сбывая наркотики, можно приобрести, так сказать, легкие доходы. Но соответствующая статья Уголовного кодекса предусматривает серьезное наказание – до 20 лет лишения свободы. А все от безнадзорности молодежи, подчас просто выброшенной на улицу. Это следствие тяжелой ситуации, сложившейся в обществе с начала 90-х. На самом деле в бизнесе на наркотиках нет ничего кроме желания обогатиться любой ценой. Те, кто находится наверху криминальной пирамиды, и рядовые наркоторговцы интересуются лишь деньгами, не задумываясь о том, сколько несчастий приносит этот товар. – Как вы считаете, все же наркомания и наркобизнес могут быть человечеством побеждены в обозримом будущем? Хотя бы минимизировать разрушительные последствия этого явления? – Маркс сказал: «Спрос рождает предложение». Следовательно, пока потребители наркотических средств будут существовать, наркотики будут поставляться на рынок. Если потребителя нет, то какой смысл затрачивать какие-то усилия на производство того, чем никто не интересуется? Прежде всего необходимо вести профилактическую работу с потребителями, перевоспитывать в первую очередь их. Нет потребителей – нет и сбытчиков. Наркотизация общества – огромная проблема, за один день ее не решишь. И опять отметим необходимость настоящей воспитательной и профилактической работы. Во времена Советского Союза в Уфе и республике наркоманов были считанные единицы. Редкая была статья. Мне кажется, здесь есть, над чем задуматься. Словом, борьба с наркобизнесом – задача не только для органов наркоконтроля, но и для всего общества. Все должны повернуться лицом к этой проблеме.