Нина Федянина, заслуженный работник народного образования РБ, председатель Детского фонда Республики Башкортостан: «Милосердие и сострадание – это именно то, что оставляет нас людьми»

Только-только подошла к концу юбилейная неделя Детского фонда республики Башкортостан, который предпочел отмечать свой 20-й день рождения не громкими словами, а добрыми делами. Это одна из самых гуманных общественных организаций, и ее девиз «Будь милосерден, помоги детям!» не требует комментариев. Но, может быть, не все знают о том, что коллектив этот, успевший за 20 лет сделать так много, совсем крошечный и состоит из трех человек – во главе с его бессменным председателем – Ниной Федяниной. – Так уж получилось, что я стала бессменным руководителем (Улыбается Нина Федоровна.) Пришла я к этой работе неожиданно даже для самой себя и спонтанно, потому что в свое время я была секретарем Орджоникидзевского райкома партии по идеологии, где проработала более 10 лет и никуда уходить не собиралась. Как сегодня говорят, была настоящий партократ. А в 1987 году в Москве прошла учредительная конференция в то время Советского детского фонда (инициатором его создания и председателем стал известный писатель и публицист Альберт Анатольевич Лиханов), после которой в регионах стали тоже создаваться подобные организации. В Уфе же на должность штатного заместителя председателя Детского фонда в обкоме партии предложили меня, а почетным председателем стал бывший министр финансов республики, герой Советского союза Шариф Сулейманов. Я даже не очень понимала тогда, какую ношу на себя беру. – Были ли моменты когда вы жалели о своем решении? – Совершенно никогда не жалела! Во-первых, потому что в отличие от большинства партийных работников к моменту развала партии, уже действительно нашла себя в новой работе. А, во-вторых, дело, которым мы занимаемся, действительно благое и доброе. К счастью, не так уж и редки моменты, когда видишь результаты своего труда, когда видишь, что кому-то помог, посодействовал, оказал духовную, материальную помощь, поддержал в трудную минуту. – Много изменилось за 20 лет? Ведь тогда, когда вы начинали, даже страна была другая. – Конечно. Наш фонд и возник в связи с перестройкой в стране. Для человека 20 лет – это молодость, а для общественной организации – довольно солидный возраст. Когда мы только начинали, в 80-е годы уже прошлого века, поднялась большая волна благотворительности. Я никогда не забуду 24-часовой марафон по центральному телевидению, который позволил собрать какую-то невероятную по тем временам сумму денег для помощи детям. Причем помощь шла не столько со стороны богатых людей, сколько тех, кто готов был хоть что-то сделать для детей. Сейчас мы работаем совершенно в других условиях – условиях рыночной экономики, в условиях демократии, в условиях строительства гражданского общества, которое мы хотим получить. Соответственно и формы работы поменялись. Все большую роль в нашей деятельности приобретают соглашения о сотрудничестве. Генеральное соглашение о сотрудничестве заключено между Российским детским фондом и правительством РБ. Кроме того, схожие соглашения у нас заключены с Уфимским филиалом банка «Уралсиб», профкомом Национального банка РБ, Главным управлением Федеральной службы исполнения наказаний России по РБ, вузами, в частности с Уфимским филиалом МГГУ им. М. А. Шолохова. Меняются люди. Раньше они жили и надеялись полностью на государство, надеялись, что за них кто-то что-то сделает. Сейчас же люди понимают, что надо надеяться на себя. Меняется политика государства. Уже в последние годы принят ряд законодательных актов, призванных помочь детям, семье, молодым мамам... – Проблемы детей, наверное, тоже изменились... – Если говорить о детях-сиротах, то с этой проблемой наша страна вплотную столкнулась после Великой отечественной войны. Но тогда это были действительно круглые сироты, которые потеряли родителей на фронте под бомбежками... А сегодня сироты совершенно другие – это социальные сироты, сироты при живых родителях. Был период в советской истории, когда число сирот стало сокращаться, и в нашей республике закрыли два детских дома. Но потом стало больше выявляться неблагополучных семей и дошло до того, что настоящих сирот в детских домах осталось не более 10 процентов. – А у вас у самой желания взять к себе в семью ребенка из детского дома не возникало? – Честно говоря, возраст уже не тот. Да и потом, чтобы стать приемным родителем, надо определенный склад характера иметь. На мой взгляд, эти люди совершают самый настоящий подвиг, когда берут на воспитание чужих детей, да еще и много, и способны заменить им родных. Я бы каждому из них при жизни памятник поставила. У нас были примеры, когда мои коллеги работники Детского фонда из разных областей брали детей на воспитание и образовывали приемную или опекунскую семью. Это не очень простое дело. И вопрос даже не в деньгах. Ведь многие дети имеют не совсем благополучный багаж – и генетический, и с криминальным миром многие из них знакомы, и опыт жизни в детских домах не всегда учит их хорошему. К тому же среди них очень мало здоровых детей. – Были дети, которые особенно запомнились, чьи истории потрясли? – Каждая история уникальна. Как можно забыть малышей с врожденным пороком сердца, которых мы отправляли в Америку для операций по программе «Дар жизни»? Запомнились мне три ребенка, которых мы отправляли в Германию в Деревню мира, созданную специально для детей с тяжелыми ожогами. Один ребенок с Салаватского, другой с Хайбуллинского, а третий из Аургазинского районов. История стипендиата Детского фонда РБ Дианы Сиразитдиновой, конечно, тоже никого не может оставить равнодушным. Есть в Уфе и уникальная семья Казанцевых. Ольга Ильинична удивительная женщина, которая поставила на ноги 13 детей, а сейчас воспитывает внуков. Эта семья стала одной из первых, кому мы действительно материально помогли. Вспоминаются, к сожалению, не самые счастливые моменты... Это и ужасная железнодорожная катастрофа под Ашой, в которой пострадало очень много детей. И наводнение, в котором охватило 23 района республики и масса детей осталось без крыши над головой. И такие общероссийские катастрофы, как землетрясение в Армении, захват заложников в Беслане... – А были в вашей практике такие семьи, которым не хотелось помогать? – К сожалению, таких семей много. Есть случаи, когда даже детские пособия родители пропивают. Но ведь ребенок не виноват, что родился в такой семье. И в таких случаях мы стараемся помогать конкретно ребенку: покупаем ему одежду, школьно-письменные товары, приглашаем на свои мероприятия, чтобы он отдохнул от такой неблагополучной семьи. – Меценатство развито у нас в республике? – Несмотря на то, что, как явление, оно еще только развивается, таких людей становиться все больше и больше – и это радует. И многим из них даже не важно упомянут ли, пропиарят ли, как сейчас говорят, их имена в числе участников какой-то акции. Для многих это веление сердца, зов души. Много различных благотворительных фондов, обществ и дай Бог, чтобы они все продуктивно работали, потому что, чем больше будет помощников у государства, тем лучше будет детям. Милосердие и сострадание – это именно то, что оставляет нас людьми, в какой бы ситуации ни находилось общество. – Но ведь у русского народа есть даже такая пословица «Чем богаче человек, тем он жаднее»... – Бывает. Но мы начинали с чего? Бедные – бедным. У нас, например, есть один меценат, которого и богатым не назовешь, но он помогает детям уже долгие годы. Потому что сам знает, что такое потерять ребенка. Его ребенок умер от рака. То принесет школьно-письменные товары, то спортивный инвентарь, то игрушки, то сладости. Для него это потребность. Очень много студентов. Только на прошлой неделе ко мне приходили студенты Уфимского топливно-энергетического колледжа и выразили желание помочь тяжело больным детям. Я у них спрашиваю: «Из каких средств вы помогаете?» «Со стипендий собираем», – отвечают. И пусть суммы не большие, уже одно то, что есть такой порыв, это уже замечательно. К 1 июня студенты из педагогического университета (у них там есть центр «Байрам») готовят благотворительную акцию для тяжелобольных детей, которые сейчас проходят лечение в Республиканской детской клинической больнице. Или, например, Уфимский филиал МГГУ им. Шолохова. Они ежегодно приглашают к себе на базу отдыха детей-сирот. Меня обнадеживает то, что все больше молодежи и в нашем общественном активе. – Какие у вас связи с Российским детским фондом? – С первого дня мы практически являемся отделением Российского детского фонда. При этом никаких перечислений от нас в Москве не ждут. Скорее, даже наоборот, они иногда нас поддерживают. Мы работаем по целевым комплексным федеральным программам. Хотя юридически совершенно самостоятельны. Но нельзя не признать того, что Российский детский фонд зачастую выступает с программами и акциями, которые нельзя не поддержать. Это такие программы, как «Теплый дом», «Соучастие в судьбе», «За решеткой – детские глаза», «Детская библиотека», «Юные таланты». – Но разве не государство должно заботиться о тех же самых детях-инвалидах, детях, оставшихся без попечения родителей? – Мы ни в коем случае не пытаемся подменить государственные органы или бюджетные средства, наоборот, работаем в тесном контакте с ними. Например, по инициативе Детского фонда вместе с Министерством образования РБ и Уфимским филиалом банка «Уралсиб» проведена акция «Компьютеры – детям», в результате которой 36 специальных школ-интернатов получили в дар от банка «Уралсиб» компьютеры. И лечение детей сейчас в большей степени берет на себя государство, особенно в рамках национального проекта по развитию здравоохранения. А как изменилась ситуация с обеспечением жильем детей-сирот в Уфе? В 2006 году 65 детей-сирот получили квартиры, выделенные администрацией города, в 2007 году новоселье справили восемь детей-сирот. В 2008 году из республиканского бюджета выделено более семи миллионов рублей, на которые приобретено благоустроенное жилье в десятиэтажном доме. На днях новоселами стали десять молодых людей, причем они въезжают в уже обставленные квартиры: на личные средства депутатов Горсовета, с помощью трудовых коллективов для них приобретены мебель, посуда, бытовые электроприборы, постельное белье. Я думаю, что это достойный пример для всех регионов нашей страны. Не стоит забывать и о нематериальной поддержке, которую мы оказываем детям-сиротам – это ходатайства, письма, звонки. Та рутинная работа, которая тоже дает свои практические результаты. Это и книги, которые мы привозим в детские дома, и слеты выпускников, и культурно-спортивные фестивали, и поиск одаренных детей, из числа воспитанников детских домов, детей-инвалидов. Многие из них теперь – известные артисты, музыканты, талантливые педагоги. В их числе скрипачка Людмила Миннибаева, музыканты Руслан Рахмангулов, Антон Мельниченко, поэтесса Гузель Рахимзянова. Сейчас у нашего фонда 20 стипендиатов, трое из них – стипендиаты Российского детского фонда. Резеда Валеева – стипендиатка Российского детского фонда имени Натальи Сац. – Насколько я знаю, первые семейные детские дома тоже создавались по инициативе Детского фонда? – Да, совершенно верно. В России их было 350. А у нас в республике шесть таких семей было. На сегодня осталось две семьи: Семеновы в Максимовке и Долгих в Стерлитамаке. Правда, сейчас они перешли в разряд приемных семей, но суть от этого не изменилась. И мы с гордостью можем сказать, что они стали настоящими семьями для приемных детей. Только вчера семья Семеновых вернулась из Москвы, где они стали дипломантами общенациональной премии «Семья России». – Уж больно все радужно из ваших слов получается. Неужели у тех же Семеновых нет никаких проблем? – Трудно всем. Просто согласно последним изменениям в законе, для того, чтобы называться семейным детским домом, надо получить специальную лицензию, собрать учредителей одними из которых должны выступить органы опеки, должна вестись строгая отчетность, то есть закон приравнял их к казенным учреждениям. Но и это не все проблемы. Согласно положению о семейных детских домах, коммунальные платежи брала на себя администрация района, сейчас же они даже таких льгот, какие имеет обыкновенная многодетная семья и то не имеют. Но проблемы такие со временем будут решаться, я уверена. – В личной жизни были моменты, когда вам нужна была чья-то помощь? – Я привыкла рассчитывать только на себя. В крайнем случае, могла к друзьям или родственникам обратиться. Спасал и надежный тыл, который позволял мне отдаться работе. Так уж получилось, что меньше всего я думала о себе, о своих каких-то проблемах. Мне они казались такими мелкими... – Тыл – это кто? – Это мой муж. Он бывший военный. Он прекрасно понимает мою работу, понимает ее значение. Он как никто другой видит, как я устаю, и поэтому ворчит: «Пора бы бросить. Когда успокоишься?» В дни юбилейных торжеств Детского фонда специально даже афишу повесил нашу дома на стене. Спросила: «Зачем?». «Чтобы хотя бы знать, где ты, когда тебя дома нет», – отвечает, а сам улыбается. Даже сейчас уже можно, казалось бы, оставить Детский фонд, но пока не позволяет ни душа, ни сердце. Даже представить себе такое не могу, что я буду отдыхать и ничего не делать. И, действительно, о каком отдыхе может идти речь, если только за время нашего разговора Нине Федоровне позвонили три человека с просьбой о помощи. Среди них была и многодетная семья из Уфимского района, и студентка педагогического университета, и представители республиканского общества инвалидов. Здесь никогда не делят проблемы на большие и маленькие. Все они требует решения. Ведь доброта это не слова, а конкретные дела. Если вы способны и готовы помочь страдающим детям, вы можете присоединиться к любой из программ Детского фонда. Контактный телефон Детского фонда РБ: 272-23-68, 272-23-48.