«Высшее — это то, за что я буду себя уважать»: как работающие зумеры относятся к учебе в вузе

В 2025-м году образование, а именно важные для работы и профессии навыки, люди часто получают не в вузе, а на курсах и обучениях. При этом высшее образование даже по очень современным профессиям остается популярным — даже при отсутствии бюджетных мест. Это колонка бывшего студента филфака, который по корочке должен был стать медиапродюсером. Я расскажу о том, как учили контент-менеджменту, почему вышка все еще приносит пользу и насколько университетские знания пригодились в профессии.

В 2017-м году я выбрала филфак Пермского государственного национального исследовательского университета. Когда я задумывалась о том, что буду делать по окончании школы, то точно знала только то, что хочу на филологический по причине любви к русской литературе. Выбирать место учебы я могла по договору (то есть платное). Кем именно я стану после университета, тогда не думала, хотя, по моим ощущениям, человеку в 17 сложно представить, кем он будет в будущем.

Когда с документами я пришла в ПГНИУ, мне очень кстати рассказали о неклассическом новом направлении — Медиакоммуникации. Как я помню сейчас, это позиционировалось как филфак с уклоном в работу с соцсетями. Что за специалист получится на выходе, знали только создатели нового направления. Мы с абитуриентами, например, после первых встреч поняли, что ничего не поняли. Главное — нам рассказали, что профессия тогда, в 2017-м, только расцветала и что у неё было будущее.

Коротко о моем собственном отношении к высшему: если человек чувствует, что оно ему нужно, значит, оно ему нужно. Отчислиться, перевестись, бросить всё и пойти работать можно всегда. Я с самого начала знала лично для себя, что высшее — это то, за что я буду себя уважать. Это про труд и дисциплину. Так и получилось. А еще я искренне люблю новые сложные знания. И в университетские времена любила новые вершины, и в нынешние рабочие ощущение роста люблю.

На такого контент-менеджера, который может создавать понятный для аудитории с точки зрения маркетинга и брендинга образ продукта в соцсетях. Это значит, что с таким образованием я могла стать и обычным контент-менеджером, и SMM-специалистом, и продюсером, и видео- или клип-мейкером. Да хоть пресс-секретарем. Тут всё зависело от того, кто как устроится в жизни. Только сразу вылезал основной минус современного образования: если профессия новая, задачи по ней будут быстро меняться и человек будет много знаний добирать самостоятельно.

Профильных предметов было процентов 15. Однако здесь я всё равно за пользу высшего, потому что непрофильные лекции по физкультуре, логика, лингвопрагматика, теория вероятностей и мат.статистика не дают мозгу зачерстветь. Спустя пять лет полноценной взрослой жизни я поняла, как важно держать мозг сильным и гибким.

Предметы для себя по полезности я делила на несколько категорий: прикладные и реально полезные, общие гуманитарные и «для гибкости». Прикладным в прямом смысле я могу назвать контент-менеджмент, медиатехнологии, копирайтинг и теперь уже судебную лингвистику. На них так или иначе учили тому, чем я сейчас занимаюсь. Напомню, я училась с 2017 по 2021, и в самом начале учебы ведение соцсетей было очень похоже на постинг картинок с текстом.

Общие гуманитарные предметы помогли мне лучше понимать людей. В маркетинге очень важно чувствовать аудиторию. Если мы понимаем, кого можем заинтересовать продуктом, какие потребности закрыть, то и образ в соцсетях у бренда получится объемный и сильный. Сюда отношу социологию, психологию, культурологию и философию.

Культурная антропология, дискурс, конфликтология и теория вероятностей реально выгибали мозг. Над математикой я много плакала, но делала. Преподаватель, кстати, была не из добрых, творческие мозги не жалела. Примерно такие же чувства, как с этих предметов, я испытываю перед очень новыми задачами.

Работать по специальности я начала с 2018-го, то есть с первого курса. У меня были разные ниши во время учебы: частный детский сад, пространство декора для детской, отделка и ремонт, художница, тренер по хоккею, даже магазин строительных инструментов. Полноценным SMMщиком с уклоном в копирайтинг я стала в 2022-м.

Но учиться приходилось на ходу. Понимать брендинг, разбираться в аудитории, строить стратегию, писать тексты я училась у начальников с большим маркетинговым опытом. Еще я сама училась монтировать. Мне повезло, монтажу меня научил Пермский телеведущий Игорь Гиндис — он снимался для компании, в которой я тогда работала.

А вот что я делала самостоятельно, чтобы дотягивать до должности. Во-первых, внимательно читала коммуникационную и маркетинговую стратегию компании, в которой работала. И возвращалась к ней, когда начинала забывать. Во-вторых, ходила на летучки-планерки между разными отделами и сидела с развешанными ушами, когда начальники обсуждали продукт. Вклиниваться с вопросом о работе в разговор руководства не считалось зазорным даже на первом взрослом месте работы, и я этим пользовалась. В-третьих, дружила с отделами, которые занимались продуктом и продажами. Так можно было получить что-то раньше других. А для того, чтобы делать классный контент, я смотрела не только конкурентов, но и очень полярные ниши. В ПГНИУ этому не учили!

В целом я хотела классическое образование. То, что хотела, получила. Даже с небольшой базой для будущей профессии. В маркетинге и сейчас так: научиться чему-то можно либо по книгам американских маркетологов 20-го века, либо на больном опыте слитых бюджетов, либо от тех, кто самостоятельно освоил инструмент раньше тебя.

Моё направление было совсем новым, я была во втором потоке. Наверное, на нашей программе могли что-то обкатывать. Моё мнение о том, что это же высшее и это классно, расходилось с мнением одногруппников. Половина группы отчислилась в течение всей учебы. Многие говорили, что нас ничему реальному по профессии не учат, но я не согласна с этим мнением. Часто так говорили те, кто не хотел искать знания и тянуться к работе и профессии самостоятельно. Мне тоже казалось, что на курсе могло бы быть больше практиков, но всё-таки мнение относительно пользы высшего я менять не хочу.

Хотя согласна с тем, что для кого-то четыре года в университете — потеря времени. Университет и высшее помогли вырасти морально на несколько голов. Внутренне я чувствую себя и немного интеллигентом, и тем, кто не поверит, а проверит, и отчасти, наверное, все еще тургеневской девушкой.