«Выполнить из бронзы»: нашли архивные документы и узнали, что там говорится о памятнике Салавату Юлаеву в Уфе

Идея создать для Уфы памятник Салавату Юлаеву появилась у скульптора Сосланбека Тавасиева ещё в 1940-е, когда он находился в столице Башкирии из-за эвакуации художественной интеллигенции. Тавасиев, художники и их семьи прожили здесь несколько лет, пока не закончилась война. Однако в распоряжении UFA1.RU оказались архивные документы, которые говорят, что памятник должны были поставить ещё в начале 1950-х. Что ещё удалось узнать — приводим подробности.

Проект памятника был готов уже в 1943 году — тогда же его утвердил Совнарком Башкирской АССР. В 1946 он прошёл утверждение в Москве, в комитете искусств при Совмине СССР.

В марте 1947 года комитет отправил письмо в Башкирию, где сообщил об одобрении проекта памятника. В авторах указаны Сосланбек Тавасиев и работавший в Москве архитектор Исмагил Гайнутдинов.

«В 1947 году необходимо обеспечить скульптору Тавасиеву создание условий для работы (аренда мастерской и оборудования), а также изготовление деревянного макета памятника в Уфе для окончательной проверки на месте всех размеров памятника. Горсовету Уфы необходимо осуществить в этом году разработку архитектурного проекта пьедестала памятника и исполнение рабочих чертежей. Для вышеуказанной работы рекомендуется привлечь автора архитектурной части проекта памятника архитектора Гайнутдинова», — сказано в письме.

В августе 1947 году Совмин Башкирской АССР принял постановление, в котором обозначил сроки строительства:

«Сооружение памятника закончить к 1-му ноября 1950 года, приурочив открытие памятника к Октябрьской годовщине — к концу первой сталинской послевоенной пятилетке».

Работы оценивали в 740 тысяч рублей. В документах 1948 года — уже 528 тысяч.

В 1948 году власти страны заключили с Тавасиевым договор на создание скульптуры Салавату Юлаеву. По нему предполагалось, что памятник отольют из бронзы до конца 1950 года. Установка была намечена на первую половину 1951 года.

«Комитет просит вас провести необходимую подготовительную работу по установке памятника (планировка места, проведение необходимых архитектурных работ и подготовка постамента). Одновременно с этим комитет по делам искусств просит вас в течение первого квартала 1949 года обеспечить необходимые условия для работы скульптору С. Д. Тавасиеву предоставлением рабочего места — мастерской, обрудование последней, натуры и реквизитов и изготовлением макета памятника на месте», — говорится в письме.

В документах несколько раз подчёркивалось, что памятник нужно отлить из бронзы. По условиям договора, скульптор делал конную статую в глине, затем контролировал перевод в гипс, а из него в бронзу, а также ему нужно было следить за чеканкой и установкой. Сосланбеку Тавасиеву доверили полное сопровождение производства.

Предполагалось, что черновая прокладка будет готова до 1 июля 1949 года, глиняная статуя — ещё через год. Гипсовая версия — до 1 сентября 1950-го. Там же указан был и адрес — село Ахтырка Загорского района Московской области (ныне деревня Ахтырка в Сергиево-Посадском округе).

Гонорар Тавасиева — 252 тысячи рублей. Выплаты шли поэтапно:

• 25% после подписания договора;

• 35% после черновой прокладки в глине;

• 25% после сдачи в натуральную величину в глине;

• 5% после сдачи в гипсе;

• 5% — после бронзы;

• 5% — после установки памятника на месте сооружения.

В договоре был пункт, согласно которому сроки автоматически сдвигались, если дирекция задерживала оплату.

В июле 1950 года Тавасиеву пишут из комитета по делам искусств при Совмине СССР. В письме говорится, что в Ахтырку отправят 12-15 форматоров и подсобных рабочих. Далее скульптора предупреждают, чтобы до начала 1951 года он обеспечил рабочих жильём. И предупреждение:

«Предупреждаем вас, что в случае необеспечения соответствующей утеплённой площади, сроки работ будут сорваны, чем будет нанесён Государству большой материальный ущерб».

В 1957 году со скульптором заключили новый договор. Согласно приложению к нему, скульптор Сосланбек Тавасиев за всю работу получал 324 тысячи рублей — это вознаграждение.

Также в расчётах указан авторский надзор «при переводе в бронзу и установке» — 36 тысяч рублей. Содержание мастерской, включая оплату отопления, освещения и труда рабочих — 27 тысяч. Натура и реквизит — 36 и 3 тысячи рублей соответственно.

Итого по данному расчёту получалась 441 тысяча рублей. При этом расходы Тавасиеву нужно было подтверждать, предоставляя счета от организаций.

Также среди документов есть «Калькуляция № 4 на отливку конной статуи памятника Салавату Юлаеву в бронзе для г. Уфы по модели скульптора Тавасиева С. Д.». Там расписан весь процесс: просмотр гипсовой модели перед изготовлением, сборка и разборка модели, подготовка формовочной смеси, изготовление формы для отливки в бронзе коня и всадника, их монтаж, а также ряд других работ.

Точная дата документа не указана, но там уже стоимость работ выросла до 931,4 тысячи рублей. Предположительно, это уже 1950-е или даже 1960-е. Немало денег ушло на зарплаты рабочим — 286,8 тысячи рублей, при этом налог там составил 5% — 31,3 тысячи рублей. За установку статуи предполагалось заплатить 75 тысяч рублей.

В декабре 1960 года, согласно документам, Сосланбек Тавасиев столкнулся с трудностями в работе. Он написал заявление Валею Набиуллину — председателю Совмина Башкирской АССР, в котором сообщил о необходимости внести поправки в модель памятника. Тавасиев писал, что поправки нужно завершить к 15 июля 1961 года, а после этой даты он собирался размонтировать модель и отправить её на бронзолитейный завод.

Скульптор говорит, что ему срочно нужно собрать бригаду рабочих и приступить к работе, для этих целей требуются деньги, но ему в Дирекции выставок и панорам (структура комитета при Совмине СССР) «категорически отказали».

«Поэтому я вынужден обратиться с просьбой в Совет министров Башкирской АССР выдать мне возвратную ссуду в размере 40 тысяч рублей сроком до окончания работы по сооружению монумента. Другого выхода в данный момент у меня нет», — написал Сосланбек Тавасиев.

Дальнейшая переписка в архиве уже не объясняет, как именно решались финансовые проблемы. Однако, как мы знаем, памятник в итоге открыли в 1967 году — почти через двадцать лет после заключения первого договора.

В этих документах также не указано, почему в итоге от варианта с бронзой отказались. Не исключено, что госбюджет такую трату потянуть в то время не мог.