«А чего маникюр не сделали?»: автор «Черного тюльпана» оценил башкирскую копию памятника

В башкирском городе Салавате местные жители высмеяли новый памятник воинам-интернационалистам, который власти установили в сквере. Горожане уже назвали его плохой копией екатеринбургского «Черного тюльпана». Об этой истории скульптор уральского мемориала Константин Грюнберг узнал от E1.RU. Мы приехали к нему в мастерскую с распечатанной фотографией «двойника». В своей мастерской Константин Грюнберг работает с 90-х годов. Здесь создавались самые известные его работы, которые стоят в Екатеринбурге: «Черный тюльпан», памятник маршалу Жукову, композиция царской семьи у Храма на Крови. Посмотрите на его реакцию. Во время нашего визита в мастерской кроме скульптора работал его внук Георгий. Он по специальности и по основной работе менеджер по продажам. Деду помогает как подсобный рабочий. Первая реакция на фотографию памятника была именно от внука. — Как им не стыдно! Константин Васильевич молчал, разглядывая работу башкирского автора. Потом попытался пошутить. — Надо же... покрасили еще (мундир в отличие от всей скульптуры покрашен в черный цвет). А чего маникюр не сделали? Можно еще глаза раскрасить, уши — в красный цвет… от стыда, — скульптор постепенно начинает заводиться. — Это называется самодеятельность, вот этот автор, он малограмотный, «академиев» точно не кончал! (сам Грюнберг закончил ленинградскую академию художеств имени Репина). Но был бы хотя бы порядочный человек, порядочный скульптор он бы никогда чужую работу выдавать за свою не стал. Это называется плагиат. И глава города, и заказчик должны это знать. Этот человек (автор памятника в Салавате. — Прим. ред.) права не имел делать подобные вещи. Это беззаконие. И работа эта не делает чести ни главе, ни городу. Хотя бы конкурс объявили. Это же явно бесконкурсная работа, взяли да поставили! Зачем они украли у меня мою работу! Им что, трудно было ко мне обратиться, предупредить? — А вы бы разрешили? — А почему нет... Но посоветовал бы. Я б башкира, например, сделал. Но вообще я бы придумал другую композицию именно для этого города. Не надо делать одно и то же! — В суд подавать не будете? — Есть такая русская поговорка: с сильным не борись, с богатым не судись. Что я с «Газпромом» (заказчик — градообразующее предприятие «Газпром нефтехим Салават». — Прим. ред.) воевать буду что ли? Они меня удавят. На кой черт мне это надо?! Пусть она им мозолит глаза каждый год. Памятник «Черный тюльпан» установили в Екатеринбурге еще в 1995 году в память о погибших в Афганистане. Воин с автоматом, склонившийся как будто над могилами павших товарищей, а вокруг него лепестки — пилоны, похожие на фюзеляж самолета. Того самого самолета АН-12, который наши афганцы называли «черный тюльпан». Он вез груз 200 — тела погибших советских солдат в цинковых гробах. Можно спорить о памятнике, об образе солдата, кто-то считал, что солдат — это не воплощение скорби и тоски, а наоборот, напряжен, как пружина, полон решимости, готов разогнуться и мстить, кто-то считает, что композиция создает мрачную, гнетущую атмосферу. Скульптура эта сильная, с мощной энергетикой, заставляет задуматься о тех трагических событиях в истории нашей страны. Вызывает эмоции, равнодушно мимо не пройдешь. Сам Константин Грюнберг в интервью E1.RU признался, что «у памятника нехорошая, мрачная аура». Он также вспоминал, как он создавал эту работу в 90-е. У него пытались отобрать мастерскую, это были времена бандитских разборок, и афганцы установили в его мастерской свой пост и охраняли скульптора и днем, и ночью, пока он работал. Позже добавилось «чеченское» продолжение памятника, пилоны с именами погибших солдат в Чечне, свидетельство еще одной трагедии страны.