Гульнара Гильманова и Игорь Коновалов, влюбленные путешественники: «Автостоп в России довольно развит. Это такой интеллектуальный вид путешествий. По-английски о смысле жизни особо не поговоришь...»

25-летняя Гульнара Гильманова и 23-летний Игорь Коновалов уже несколько лет путешествуют автостопом по разным странам мира. Совсем недавно они вернулись из десятимесячного путешествия по самым экзотическим местам планеты. Правда, ненадолго. Однако время для блиц-интервью сайту 102km.ru у них все же нашлось. – Как вы познакомились? Что объединило коренную уфимку и петербуржца? Гульнара: Наша встреча была, можно сказать, мистической. Будто уготована самой судьбой. Когда я училась на пятом курсе педагогического университета, мне захотелось поехать на международный фестиваль хиппи в Турцию. И мне был нужен попутчик. По России я путешествую уже давно, с тех самых пор, как получила паспорт, а вот в Турции мне был необходим партнер для поездки. Так что я оставила объявление на нескольких сайтах. Как мне говорил сам Игорь, он никогда никому не писал, а тут почему-то ответил. Причем его послание было одним из самых кратких, которые мне присылали. И мы стали переписываться, хотя в Турцию я так тогда и не поехала. В итоге мы встретились спустя полгода в Самаре, куда я рванула сразу после выпускного. Мы объехали Турцию, Сирию, Грузию. Сначала мы смущались, когда нас спрашивали водители, кем мы друг другу приходимся: мы отвечали, что брат и сестра, либо что муж и жена. Постепенно вот сблизились и теперь вместе. Один наш друг назвал нас «четырехметровой парой» и даже посвятил нам стих. – Скажите, что заставило вас отправиться в столь долгое путешествие? Игорь: Даже не знаем, нам просто не нравится сидеть на месте. Хотя наши друзья в Таиланде называли нашу поездку adventures honey moon (приключенческий медовый месяц). Знаете, путешествие, которое длится больше, чем три недели, это уже не путешествие, а кусок вашей жизни. Вы уже не воспринимаете поездку как просто прогулку. Вы просто так живете: просыпаетесь, собираетесь, едете дальше, и где вы переночуете в следующий раз – неизвестно. В этом и есть самое интересное. Правда, каждые две недели лучше делать перерыв, потому что психологическое давление очень велико. – В каких странах вы побывали? – За 10 месяцев нам удалось побывать в Индонезии, в Китае, на Филиппинах, в Лаосе, Малайзии и так далее. Проехали почти всю Юго-восточную Азию. – С какой страны вы начали путешествие? Г: Мы двинулись в путь в августе прошлого года, начали с ближнего зарубежья: Казахстан, Таджикистан, Узбекистан. Удивительно радушные люди там живут. Они совсем не похожи на гастарбайтеров, которых показывают по телевизору. Они очень гостеприимные. Видимо, дело в том, что здесь их встречают как чужаков и тем самым вызывают ответное неприязненное чувство. – Не страшно было ездить автостопом? Г: Понимаете, есть туристы, которые ездят по принципу «все включено»: они приезжают в определенные курортные зоны и наслаждаются отдыхом; есть путешественники, которые берут путеводители и просто едут по ним куда-нибудь, ни на йоту не отклоняясь от маршрута. Есть просто независимые путешественники – такие, как мы, которые стремятся избегать подобных туристических резерваций. Во время нашего путешествия я подрабатывала гидом у русскоязычных туристов в Таиланде. Так было забавно, когда однажды я отправилась на прогулку в джунгли и слегка заплутала. Я шла среди лиан, мимо проползали какие-то пауки и змеи, немного жутковато, и тут неожиданно зазвонил телефон – одна из моих туристок говорит: «Знаете, Гульнара, я потеряла полотенце и не могу его найти...». Контраст был велик. (Смеется). – Где легче всего путешествовать стопом? И: Наверное, в России и странах бывшего СССР. У нас довольно развит это вид путешествий. У нас такой интеллектуальный стоп. По-английски о смысле жизни особо не поговоришь. В Европе он уже почти отмирает, кроме разве что восточной части. Хорошо путешествовать в Америке. Это очень интересная и необычная страна. Побывав там один раз, хочешь вернуться туда вновь. В Африке немного сложновато, но все зависит от страны. Там считается, что если ты белый человек – значит, у тебя есть деньги, поэтому они часто навязывают свои услуги, требуют оплату. Раньше даже существовала практика – путешествовать со старыми деньгами или купонами МММ, которыми мы расплачивались за такой «ненавязчивый» сервис. В Эфиопии, например, меня подвозили со словами: «Ты, конечно, белый, белых мы не любим, но тебя подвезем». А вот на Филиппинах народ оказался очень зажатым. Они боялись. Там вообще достаточно опасная страна, терроризм процветает. Но, несмотря ни на что, путешествовать можно везде. – Были ли моменты, когда вы испытывали настоящий культурный шок? Г: Нет, мы были в принципе ко всему подготовлены. Пожалуй, я только немного боялась Китая: в моей голове не укладывалось, как же так – столько людей живет на таком маленьком кусочке земли. Но все оказалось не так плохо. Правда, было интересно, когда к нам подходили китайцы, что-то говорили, потом видели, что мы их не понимаем, и рисовали на бумаге иероглифы. Они не предполагали, что есть страны с другой грамматикой и алфавитом. Мы в итоге стали просто писать что-нибудь на листочке, чтобы показать, что мы и иероглифов не знаем, причем писали абсолютно разные слова: «Мы вас не понимаем», «Привет», «Игорь, я тебя люблю!». Так что потом наше общение оканчивалось рисованием картинок – этакие комиксы получались... И: А меня вот что поразило: когда я приехал в столицу Индонезии, в Джакарту, и вышел из автобуса в центре города, то оказался по пояс в воде. Оказывается, у них началось наводнение. Но что меня особенно удивило, это то, что местные жители воспринимали ситуацию как должное, дети играли на берегу, плескались. У меня создалось ощущение, что у них наводнение – что-то вроде нашего первого снега, только дети не в снежки играют, а просто брызгаются друг в друга. – Вы отметили во время поездки и новый год. Как он справляется без снега и елки? Г: Да, странное ощущение, впрочем у Игоря это уже второй Новый год без снега. Прошлый он провел в Африке. А этот мы встретили на пустынном пляже в Таиланде. Смеялись и веселились с друзьями, с которыми там встретились. А еще там начинался шторм, но мы все равно искупались;нас тогда здорово побило о камни, так что наш Новый год – это кровь и шторм. Было очень забавно: у нас не было телефонов, курантов мы тоже услышать не могли и очень боялись пропустить торжественный момент. – Только не я, – вмешивается Игорь, – я его просто проспал. Г: А еще в Таиланде есть удивительный обычай. На Новый год они мажутся гашеной известью, танцуют и обливаются водой. Тайцы – очень сдержанный народ, они стараются не прикасаться друг к другу, особенно лица и головы. Но в этот день они выплескивают, причем в самом прямом смысле этого слова, свои эмоции. И чем больше тебя обливают, тем лучше. Новый год у них может длиться несколько дней. – Обычно автостопщики путешествуют налегке. Брали ли вы с собой какие-то необычные вещи? Г: Да, с нами всегда был рядом мой любимый игрушечный верблюжонок. Его зовут Жираф – он желтый и с пятнами. Очень любит фотографироваться на фоне необычных пейзажей. А еще мы брали шахматы. Не ожидали, что они нам пригодятся, но вышло просто здорово. Оказалось, что в Азии обожают играть в шахматы, и причем играют хорошо, особенно на Филиппинах. Нам было даже немного неловко, когда мы проигрывали. Там о России такое представление, что здесь живут исключительно шахматные гении, причем эта игра входит в обязательный набор школьных предметов. «Ну как же, говорят, – у вас же есть Каспаров, Карпов, Крамник». – А с какими еще представлениями о России вы столкнулись? И: Почти постоянно нас спрашивали о Марии Шараповой, просили передать ей привет. Так приятно было, что наконец-то с нашей страной ассоциируется не война в Чечне, а знаменитая теннисистка, мы даже отправили на ее сайт письмо с благодарностью. – На каком самом необычном виде транспорта вас подвозили? И: Однажды я сел в грузовичок, на котором перевозили слонов. Так что в течение некоторого времени мне пришлось находиться в кузове на скамейке, почти под ногами у слонов. Единственное, что я понял, – это то, что они жутко неприятно пахнут. Но самой романтичной оказалась поездка на маленьком катере. Это было по-настоящему здорово. Правда, когда мы договаривались с капитаном, и он узнал, что на борту будет девушка, он попросил принести ему живую курицу. Мы так и не поняли зачем, но принесли. Так что курица переплывала с нами канал. С ней ничего не делали, она жила в трюме, мы ее навещали. Правда, ей было не так комфортно, как нам (Улыбается). – Как преодолевали языковой барьер? Г.: Ну вообще у нас достаточно высокий уровень английского. Правда, его понимают не во всех странах, так что мы обычно выучивали несколько слов на местном языке. В основном это приветствия, слова типа «спасибо», «пожалуйста», «вперед», «ехать», «бесплатно» и «спать», «ночлег» и, конечно, самое главное – «сколько стоит?». Самое интересное, что, переезжая из страны в страну, быстро забываешь местный язык, так что полиглотами мы не стали (Улыбается). – Экспериментировали с едой? И: Мы поехали в достаточно экзотические страны. Но знаете, простые люди предпочитают простую пищу – в основном это рис с чем-нибудь. А вот с чем – зависит уже от конкретной страны. Экзотическая еда – это в основном удел богатых местных жителей и туристов. Часто можно было наблюдать, как тайки собираются в круг и щелкают жареных тараканов, будто наши бабушки семечки. Самым большим, наверное, потрясением, стали вареные яйца. Мы как-то на улице купили яйца, почему-то жутко дорогие, мы торговались и не могли понять, за что платить такие деньги. Но потом все объяснилось. Оказалось, что внутри находятся почти сформировавшиеся цыплята, которые должны были вылупиться всего через несколько дней. Съесть мы это не смогли, отдали кошке. – Гульнара, после всех ваших приключений трудно было привыкать к Уфе? Г: Да, сложновато, мы провели всю зиму в жарких странах, а сюда приехали на лето и сразу замерзли (Смеется). Ну а насчет адаптации – тут нам помог Казахстан. Когда мы ехали в автобусе и видели все эти мрачные лица – бомжей, ссорившихся женщин, то я очень боялась, что и в Уфе будет то же самое. Но нет. Люди здесь тоже улыбаются. Хотя меньше, конечно, чем в Таиланде. – Какие планы на будущее? И: В Уфе мы проведем пару дней, а потом отправимся в Москву на музыкальный фестиваль «Пустые холмы», а оттуда – в Питер. Дальше пока не придумали.