«Погибло 160 пчелосемей»: рапс цветет, а пчелы гибнут. Как пасечники Башкирии борются с химикатами

По всей России фиксируют массовую гибель пчел. Чтобы не быть голословными, вот такую статистику приводит ТАСС: в Аргаяшском районе Челябинской области погибло более пяти миллионов пчел, в Красноярском крае — около 30 миллионов, там же 23 фермера обратились с жалобами, прокуратура начала проверку. Но если раньше основной бедой пчеловодов были южные паразиты, то сейчас инфекционных заболеваний у пчел не выявили. Основная версия причины гибели — это обработка полей химикатами.

В Башкортостане ситуация, казалось бы, спокойнее — председатель РОО «Пчеловоды Башкирии» Рамил Магданов ранее отмечал, что с аграриями удается договариваться. Однако, как выяснилось, не везде всё гладко, как оно стелется.

Мы пообщались с агрономом и пчеловодом из Илишевского района — там активно выращивают рапс.

Рамиль Набиев работает агрономом в ООО Племзавод «Урожай» в Илишевском районе.

«Рапс у нас занимает около 20% от общей площади посевов», — рассказывает он.

По его словам, в этом сезоне жалоб от пчеловодов не было. Он поддерживает связь с местными пасечниками, чтобы избежать конфликтов. Кроме того, в хозяйстве начали применять препараты нового толка.

«Мы работаем только контактными инсектицидами и биопрепаратами. Перед цветением применяем биопрепараты, и во время цветения пчелы у нас не гибнут — жалоб не было. Эти препараты действуют долго и не наносят вреда пчелам. Это биологический инсектицид, например, „Лепидоцид“ — вредители его съедают и погибают, а пчелы его не употребляют», — делится агроном.

Существуют безопасные биопрепараты на основе бактерий, грибов или вирусов, которые действуют избирательно — только на вредителей. Единственный их минус в цене — они чуть дороже.

«С пчеловодами мы поддерживаем связь: заранее оповещаем их о предстоящей обработке. Конфликтных ситуаций пока не было, жалоб тоже. Мы не обрабатываем поля во время цветения. Для нас пчелы важны: хотя рапс — самоопыляемая культура, наличие пчел повышает урожайность», — подчеркивает Рамиль Набиев.

Он также говорит, что биопрепараты применяют именно из-за их безопасности, но если использовать химикаты строго по регламенту, то и с ними значительного вреда не будет.

«Причины конфликтов между аграриями и пчеловодами часто кроются в самих пчеловодах: они ищут выгоду, судятся», — считает агроном.

Рапс — масличная культура, и спрос на него высок. При этом и цена у нее выгодная: пшеница стоит около 10 рублей за килограмм, а рапс — 40 рублей.

Именно поэтому за пять лет посевные площади рапса в Башкортостане выросли более чем в четыре раза — с 30 тысяч гектаров в 2021 году до 131 тысячи гектаров в 2026-м. Доля рапса в общей посевной площади сейчас 5,1%.

Председатель пчеловодов Илишевского района Данис Садертдинов рассказал, что проблема в районе все-таки была.

«Проблемы весной были в мае–июне — тогда обработка полей привела к гибели порядка 160 пчелосемей. Конкретную причину определить не удалось, потому что поля обрабатывали 32 хозяйства и неизвестно, от какого именно гербицида погибли пчелы. Роспотребнадзор брал образцы, но пчеловоды не сдали анализы, так как это дорого: один анализ стоит 16 тысяч рублей, а нужно несколько. Никто не выложил 150 тысяч», — говорит он.

По словам пчеловода, только после этого массового мора в районе начали пробовать биологические методы обработки.

«Лично я, когда кочую, с агрономами всегда на связи. Но от рапса мы держимся подальше, потому что его много сажают, и это головная боль: много обработок за лето. Сейчас у нас пробуют использовать биопрепараты, смотрят, как получится. Это первый год, когда применили такой метод в нашем колхозе», — рассказывает Данис.

Главная проблема в том, что пчеловоды мало что могут сделать в такой ситуации. Пчел невозможно закрыть на время обработки — они запарятся и умрут. А рапса сейчас так много, что не все пасеки можно вывезти в безопасное место.

«Рапса сейчас много сажают, и не все пчеловоды могут увезти пчел, особенно пожилые люди. Молодежь может, но далеко не увезешь, потому что рапс сеют уже повсюду. Рапс обрабатывают от капустной моли несколько раз за лето. Если применяют системный химикат, яд держится до 14 дней, и это убийственно для пчел», — объясняет он.

Проблема, по его словам, общая для многих регионов — Алтай, Сибирь, Кемеровская область тоже сильно страдают от химикатов. Весной на собрании район заявлял, что не будет закупать химикаты первого класса опасности, но когда начались обработки, повсеместно пошли уведомления о применении химикатов именно первого класса опасности.

«Оценить убытки сложно, проблема остается из года в год. Пока единственное решение — личные договоренности. Пчеловод должен быть на связи с агрономом, иначе рискует потерять пчел», — резюмирует Данис.

В Башкортостане из рапса производят масло — около 21 тысячи тонн было произведено в 2025 году. Это масло очень активно экспортируют в Беларусь и Китай. Также есть и побочные продукты из рапса — жмых и шрот — они идут на корм скоту. Рапс — выгодная культура, и власти определенно делают на нее ставку.

Тем не менее, гибель пчелы повлияет и на урожайность, и на биоразнообразие в целом — об этом нам рассказывала биолог Института биохимии и генетики Уфимского научного центра РАН.

Ранее мы писали о проблеме массовой гибели пчел в Башкирии и о том, что председатель «Пчеловодов Башкирии» Рамил Магданов связывал это с применением пестицидов на рапсовых полях.