Нурмухамет Нуриев

В Уфе возобновил работу единственный в России исламский реабилитационный центр «Насихат», помогающий избавляться больным от наркотической и алкогольной зависимости. Центр работал с 2009 года, сюда за помощью приезжали люди со всей страны, однако... осенью прошлого года он был внезапно закрыт. А самое интересное – это причина.

«Местное духовное управление посчитало, что в одном здании с молитвенным домом реабилитационный центр не может находиться. И хотя претензия эта была лишь в устной форме, человек, предоставлявший нам здание, отказал в этом, – рассказывает руководитель центра «Насихат» Нурмухамет Нуриев. – Но спустя два месяца нам все-таки удалось поговорить и прийти к положительному решению».

Вместе с тем на прежнем месте центр останется максимум до лета этого года. Что будет дальше, пока неизвестно. Надежда есть, но...

«Мы, конечно, благодарны людям, предоставившим нам здание, однако на будущее мы планируем иметь хоть скромненькое, но свое здание, потому что процесс реабилитации должен идти непрерывно, и мы хотим ни от кого не зависеть, – говорит Нурмухаммет-хазрат. – Надеемся в течение полугода этот вопрос решить».

А пока работа по возвращению зависимых в общество идет полным ходом. С воспитанниками проводятся занятия по изучению Корана, истории Ислама, нормам поведения и морали. В свободное от занятий время ученики здесь живут и работают.

«Всем известно, что Ислам запрещает опьяняющие вещества: и алкоголь, и наркотики. И через изучение Ислама они (воспитанники центра. – Прим. ред.) понимают суть жизни. Изучаются основы Ислама, юриспруденция, изучается мораль, как должен жить мусульманин. И в процессе они отходят от своей прошлой жизни. И после того, как они возвращаются домой, они присылают сюда своих друзей», – объясняет суть своей работы преподаватель центра «Насихат» Виль Гимадеев.

Для воспитанников, приезжающих сюда за помощью со всей России, этот центр – настоящая отдушина.

«Одни наркотики, другие. Практически восемь лет с перерывами я употреблял наркотики, пять раз пытался лечиться в клиниках – ничего не помогало, в последняя время жизнь стала совсем пустая, в голове – полный стоп, – вспоминает воспитанник центра Эльдар из Москвы. – Больница мне не помогала, в душе все равно оставалась какая-то пустота. Я решил искать спасения в своей вере. Мусульманский центр в Уфе оказался одним единственным на всю Россию. Я здесь недавно, но чувствую некоторое облегчение. По крайней мере в больнице, в обычных центрах было желание уйти, сорваться, а здесь я чувствую себя спокойно».

Воспитанник Тимур приехал в Уфу из Ростова. Про центр «Насихат» он узнал от своего имама. И сразу был поражен результатами и особой атмосферой, царящей в реабилитационном центре: «Я общался с ребятами, у которых зависимость была очень долгое время, и я был очень удивлен, что спустя такое количество лет можно избавиться, хотя медики говорили, что шансов – ноль. Здесь я понял, что все зависит не от медиков, а от самого человека».

Вместе с тем вероятность, что центр снова закроют, по-прежнему существует – он располагается в частном здании, и у хозяина на помещение могут возникнуть свои планы в любой момент.

«Я думаю, что для всех это будет очень плохо. Нет больше в России мусульманских центров – куда мне пойти, где я могу найти такую же душевную помощь? – спрашивает Эльдар. – Мне придется вновь вернуться в Москву, и, возможно, я опять кинусь во все тяжкие».

Подобные проблемы остро стоят перед многими негосударственными реабилитационными центрами – часто они встречают непонимание и даже противодействие со стороны местных властей и населения. В свое время по этой же причине не удалось открыть реабилитационный центр в Стерлитамакском районе – местные жители вместе с администрацией устроили бурную акцию протеста, и благую инициативу пришлось свернуть.

Беда всего общества, проблема современности, угроза национальной безопасности – какие только не даны определения наркомании, а воз, как говорится, и ныне там. Самое неприятное – то, что за конфликтом имущественных интересов и банальным отсутствием денег остаются без внимания судьбы тех людей, которые попали в наркотическую зависимость и пришли за помощью. Что будет с ними, если центр снова закроют, смогут ли они продолжить борьбу за выздоровление, или снова сорвутся? Этот вопрос пока открытый.